— Миусы. Вот старая карта, смотри, — Ит открыл визуал. — Что там сейчас?

— То же, что и везде, — ответил Карин. — Знаете, давайте и правда пошлем модуль. Живых цветов тут нет, конечно, но можно сделать имитацию. Модуль дойдет до точки, и положит цветы на предполагаемое место могилы.

— Тогда пусть это будет наш модуль, как ты предложил, — решил Ит. — Мы инициаторы этой затеи, нам и делать. Карин, слушай, — он помедлил. — Ты… ты не просто изменился. Ты стал совсем другим человеком, и человек этот — удивительный и прекрасный.

— Не надо льстить, — поморщился Карин. — Ит, ты ведь знаешь, чем я занимался раньше, и кем я был. Одна только моя коллекция непотребств чего стоила. Мне по сей день стыдно за то, что я это делал. И человеком я остался прежним, просто — я стал осознавать намного больше, чем в тот период, когда вы меня знали. Моя вера научила меня не только понимать чужие чувства, но и делать много всего другого.

— Например, распознавать ложь, верно? — спросил Ит.

— И это тоже, — Карин посерьезнел. — Ит, вы пришли не только из-за долга. Я прав?

— Нам нужны образцы, — ответил Ит. — Да, ты прав. Королева послала нас сюда за образцами, потому что Санкт-Рена проводит сейчас одно исследование по деструктивным процессам в аналогичных мирах, и генетическому слепку, поэтому…

— Не продолжай, — Карин покачал головой. — Используем для официальной вашу легенду, а на самом деле — заводите модуль, берите то, что вам требуется, и уходите. Я вас не выдам.

— Почему? — спросил Скрипач.

— Потому что когда-то вы преподали мне один из самых важных уроков в моей жизни. Вылечили от самонадеянности. Приходите завтра, мы всё сделаем. Подготовьте модуль.

— Карин, тебе за это ничего не будет? — спросил Скрипач.

— Нет, — усмехнулся Карин. — Хотя не совсем верно. Будет.

— И что же? — Скрипач нахмурился.

— Радость от осознания, что я помог хорошим людям в хорошем деле, — ответил Карин. — Может быть, это ваше исследование сумеет предотвратить другие трагедии, аналогичные той, что произошла на Соде. Я знаю Санкт-Рену, и верю, что её разработки не могут быть направлены на нечто плохое. Поэтому действуйте. А я помогу.

— Ещё раз спасибо тебе, — тихо сказал Ит.

— Когда вы у него были, он отключил все системы слежения, — сказала Авис. — Знаете, это удивительно.

— Росток, — вдруг произнесла Элин. — Добрый росток.

— Не понял, — признался Скрипач.

— Кто-то помог ему вырастить в себе добрый росток, — объяснила Элин. — И он победил то злое, что в нём было. Что же, нам это на руку. Жалко только, что в твоей сказке, Ит, подобное невозможно.

— Это так, — согласилась Бао. — Потому что в сказке Ита вермис проращивает в душе Динозавра исключительно злые ростки. Мне не понравилась идея рассеченного солнца, которую предложил вермис.

— Зато она понравилась Динозавру, — Элин вздохнула. — Ладно, давайте по делу. Мы с Авис создали новую схему для сбора, которая будет в модуле. Попробуем за проход собрать максимум. Конечно, было бы крайне желательно подойти к разумным, но, кажется, в этой местности нет разумных.

— Там вообще никого нет, — сказала Авис. — Но я кое-что придумала. Нам придется чуть-чуть обмануть Карина, но, мне кажется, он ничего не заметит.

— Второй модуль? — спросил Ит.

— Именно, — подтвердила Авис. — Второй модуль, малый, в скрытом режиме. Я тщательно отсмотрела местность, которая будет у нас в доступе, и нашла два небольших поселения в ста пятидесяти километрах от нашей точки. Малый модуль создаст ядро катера, так что на счёт анонимности можете не волноваться.

— Отлично, — сказал Скрипач. — Слушай, Авис, мы можем сделать какой-нибудь подарок для Карина и его трёх жен? Что-то достойное и необычное?

— Сможем, — ответила Авис. — После посещения Сферы Тэус у нас осталось несколько малых камней, которые не заинтересовали покупателей. Мне кажется, Карин и его жены оценят такой подарок по достоинству.

15

Огни погасли навсегда

'Усатик идею про солнце и шею сперва не понял. Что ж, это было немудрено, потому что, с точки зрения Динозавра, большим умом Усатик не отличался. Да, говорун он, конечно, отменный, вот только откуда в такой крохотной головёшке взяться умным мыслям? Правильно, неоткуда. Они там просто не поместятся. Для умных мыслей нужна такая голова, как у самого Великого Динозавра. Великая. И большая. Очень большая.

— Символ? — переспросил Усатик, когда Динозавр объяснил ему идею, подсказанную вермисом. — А для чего он нужен?

Динозавр объяснил, для чего, а потом повторил объяснение ещё раз, чтобы до Усатика, наконец, дошло.

— Ааа… — протянул Усатик. — Ооо… Вот теперь понял. Уважаемый Великий Динозавр, идея действительно замечательная. Но… как бы сказать-то… у этой идеи есть техническая сторона. И она, выходит дело, непростая.

— Ты о чём? — нахмурился Динозавр.

— Чем рисовать, где, и как именно, — перечислил Усатик. — Вот, например, вы. С вами вроде бы как всё просто, потому что вы Великий, и, соответственно, большой. Можно будет нарисовать круг и шею у вас на боку, и видно будет вполне сносно, если смотреть издали. Но взять тех же пияв — как с ними быть? Во-первых, они маленькие, во-вторых, они всё время в грязи или в воде, а ещё у них гладкая и скользкая кожа. Рисунок просто не удержится. Никак. Или посмотрите на меня и на Гривастого. Мы мелкопетающие, у нас мех. Как на мехе рисовать? Если стоять неподвижно, то круг останется кругом, но стоит нам пошевелиться, и круг превратится непонятно во что.

— На Нефиле рисовать вполне можно, — сказал Динозавр. — И на стрекозах. У них большие крылья, наш символ будет виден издалека.

— Тогда я предлагаю разделить тех, кто пригоден для ношения эмблемы, и тех, кто нет, — предложил Усатик. — Вы, разумеется, будете носить её. Вам она необходима. Нефила, с её гладким броюшком, тоже. Стрекозы — однозначно да. А вот потом начинаются сложности. Лягушки пытаются на себе что-то рисовать, но рисунки не держатся дольше одного пияво-часа, потому что кожа у лягушек сколькая и влажная. К тому же рисунки могут помешать им выступать. Мы с Гривастым тоже оказываемся не у дел из-за шерсти.

— Согласен, — покивал Динозавр. — Теперь следующий вопрос. Кто именно будет рисовать, и чем? Наше солнце и моя шея должны быть яркими, и видными издалека. У тебя есть предложения? Я, честно говоря, подумал о светлой и тёмной болотной грязи, но грязь, когда высыхает, начинает отваливаться…

— Да-да-да, так и есть, — подтвердил Усатик. — А ещё грязь может смыть дождь. Поэтому грязь нам уж точно не подходит. Знаете, одна идея у меня имеется, — продолжил он. — Лягушки для нанесения на свои тела искусственных татуировок использовали соки растений. Конечно, на лягушках рисунки долго не держатся из-за их скользкой кожи, а вот на вас или на Нефиле они будут держаться очень даже хорошо.

— Растения? — Динозавр задумался. — То есть сок растений… угу… их, наверное, понадобится много. Но где их в таком количестве взять?

— Не только взять. Нужно переработать, то есть отжать из них нужное количество сока, — подтвердил Усатик. — Вот что. Если вы позволите, уважаемый Великий Динозавр, я попрошу Нефилу провести воздушную разведку с целью обнаружения местоположения трав. Когда травы будут обнаружены, мы сперва начнём сбор, а потом нам потребуется создать место для их переработки в сок. Назовём это место… травяной переработочный завод. Как вам идея?

— Идея интересная, — похвалил Динозавр. И подумал, что Усатик всё-таки не такой глупый, как ему порой кажется. Может быть, Усатик для чего-то притворяется глупым? Но зачем ему это? — Узнай у лягушек, какие именно травы лучше всего подходят для рисунков, и позови ко мне Нефилу. Пожалуй, я обсужу вопрос воздушной разведки с ней. К тому же именно ей придется обучать стрекоз искать нужные для нашего дела травы. И… — Динозавр сделал паузу.