А отдельные кабинеты, в один из которых нас провели, наводили на мысли, что место это используется и для приватных бесед между купчихами ли, заключающими сделки на сотни тысяч рублей, дворянками ли, решающими вопросы между родами — не суть важно. Я, по крайней мере, место оценил, как и выбор Ольги, без лишних глаз и ушей. Половым тут явно платят достаточно, чтобы не болтать о гостях.

А затем, подкрепившись, мы поехали к губернаторскому дому. Расположенное на набережной реки Ангара большое трёхэтажное окрашенное в белый цвет здание с колоннами при входе, в народе так и прозываемое «Белым домом», было торжественно украшено к приезду государыни. Место было известное в городе своими большими балами, правда, проводились они строго раз в год, в день рождения мужа генерал-губернаторши, собирая всех окрестных дворян и чиновниц высокого ранга.

Всё это мне поведала Ольга, пока мы неспешно катили по улицам Иркутска.

Ну, а сегодня чествовали императрицу и немного нас. За победу над трёхголовым чудовищем Легендарным древним злом, что пробудилось через триста лет. Не без моей невольной помощи. Но другим об этом знать не стоит.

И вновь пришлось пройти через оцепление, потому что народ всё ещё жаждал хоть краешком глаза увидеть государыню-матушку. Нас, конечно, пропустили сразу. Не было ни одной солдаты, которая бы не знал в лицо командующую армией. Поэтому вскоре мы уже поднимались по широкой лестнице к гостеприимно распахнутым дверям бального зала.

Было прекрасно слышно доносящийся оттуда гул голосов. Чей-то смех, звон бокалов, а когда мы вошли, то на секунду замерли, оглядываясь.

Места, и правда, было много. Высокие потолки с лепниной, большие стрельчатые окна, люстры на на несколько сотен свечей каждая. Не настоящих, конечно, что губернаторша старается идти в ногу со временем, было заметно. Свечи обычные были искусно заменены на множество электрических лампочек, чей яркий тёплый свет, отражённый в тысячах стекляшек, не оставил, казалось, ни единой тени в огромном помещении.

Впрочем, даже таких площадей едва хватило, чтобы вместить всех. Потому что, помимо гостей, там же были выставлены наиболее примечательные экспонаты.

По центру, притягивая взгляд, был установлен скелет трёхголовой твари. С ним неплохо поработали, соединяя оторванные в ходе сражения конечности и, судя по всему, каким-то путем воссоздав крестцовую часть монстра, которую явно разнесло, когда мой выстрел развальцевал ему всю задницу.

Ну и конечно, помимо скелета, там же лежал образчик шипастой шкуры, торчавший частоколом чёрных игл. Неровный кусок с частично обломанными верхушками. Чья необычайная сопротивляемость заклинаниям делала тварь почти неуязвимой.

Большая часть гостей крутилась как раз возле главного трофея. Я сразу вычленил из толпы возвышавшуюся на полголовы над всеми императрицу, которой что-то с важным видом доносила генерал-губернаторша, помахивая бокалом в сторону одного из черепов. Наверное, хвасталась.

Меня всегда забавляла эта способность гражданских чиновников воспринимать всё происходящее на подведомственных землях, как собственную заслугу. Убили тварь недалеко от Иркутска? Значит это мы убили тварь. О чём и будем всем, надувшись от гордости, рассказывать. Я даже представил себе эту картинку, как соберутся все генерал-губернаторши на приёме в Петербурге и так, промежду прочим, между двумя бокалами шампанского, наша сообщит: «А вы знаете, мы же трёхголовую трёхсотлетнюю тварь этим летом уничтожили». «Да вы что?» — покачает головой обязательно кто-то. «Представьте себе. Размах крыльев два десятка метров, головы метр в поперечнике, шкура сплошь из каменной твёрдости игл». «И как только смогли?» — произнесёт ещё кто-то. «Да уж пришлось постараться», — ответит наша, всем видом показывая, кто старался больше всех.

Впрочем, скелет был хоть и самым большим экспонатом, но не единственным. На отдельных деревянных стойках, расположенных вдоль стен, была представлена часть изъятых из полуросличьих закромов предметов, в основном предметы убранства, украшения и оружие из тех, что не представляли опасности для окружающих.

Чёрный доспех тоже стоял в простенке между двух больших окон. Его, к сожалению, мне пока не отдали, и я опасался, что и вовсе пригребут куда-нибудь в столичный музей. Потому что смотрелся он весьма грозно и одновременно с этим, не побоюсь этого слова, изящно. Кузнецы и артефакторы Тёмной Империи в целом не любили гнать шлак, а доспехи легатов и вовсе далеко не массовое поделие, а штучный товар. Такие и в качестве украшения в каком-нибудь дворце не стыдно выставить.

Я пытался обосновать, что он мне необходим, но не афишируя те его возможности, которые были мне известны, было сложно найти действительно вескую причину для этого. Каждый раз натыкался на полное непонимание, зачем таскать на себе такую гору железа, когда есть современные лёгкие с хорошей защитой варианты, типа тех, в которых ходили в рейды официры. Там бронировались только отдельные участки тела, а плотная, но гибкая кожа, напитанная некоторыми магическими чарами, была весьма крепка сама по себе, ничуть не уступая в защите от колюще-режущего и к тому же защищавшая в том числе и от некоторых магических воздействий физического характера, таких как огонь, молния и тому подобное.

И вот поэтому теперь, словно металлическая статуя, он был выставлен на потеху публике, а я в который раз испытал острое желание его натурально выкрасть. Правда, пока совершенно было непонятно, как это провернуть незаметно и где потом его хранить.

— Слава, пойдём, познакомишься кое с кем, — произнесла Ольга, двинувшись в глубь зала.

Её узнавали, немедленно кланяясь. Кого-то она едва замечала, кому-то чуть более тепло кивала, называя по имени. Я же неотступно следовал чуть позади и впитывал получаемую информацию, запоминая поименованных. Мы не пошли сразу к Её Императорскому Величеству, давая круг по залу и, после пятой или шестой остановки до меня вдруг дошло, что княжна таким элегантным образом знакомит меня с наиболее значимыми лицами из окружения государыни.

Впрочем, я мог ошибаться, и Ольга просто проявляла вежливость, показывая своё внимание к присутствующим тут дамам. Но в любом случае, граф давал мне по всем этим людям исчерпывающие характеристики, и теперь я мог их привязать к конкретным лицам. Удобно.

Тут у входа в зал снова произошло какое-то шевеление, и, взглянув туда, великая княжна заулыбалась и произнесла:

— А вот и моя сестрица.

Вопреки ожиданиям, в поезде цесаревны не было, и я уж было решил, что в какой-то момент наследница престола просто решила не ехать. Но нет, похоже, добиралась она сюда каким-то иным путём.

Резко развернувшись, Ольга направилась к ней.

Пока мы шли, я успел сравнить обеих царственных дочерей и был вынужден признать, что Мария источала куда большую ауру власти, чем младшая сестра. Это ощущалось во взглядах, жестах, позе. Будущая императрица, осознающая своё бремя и готовая его принять. Я не обольщался на этот счёт, править такой страной, как Россия, это тяжкий труд. Особенно когда всю историю находишься в кольце врагов. Почти как моя Тёмная Империя.

Внешне они тоже, хоть и были похожи, но отличались. Старшая была повыше, с чуть более резкими чертами лица, с волевым, выступающим вперёд подбородком, впрочем, не делавшим её менее красивой. И магической силой, конечно. Не аркана, как мать, но близко, очень близко. Сильная чародея, куда сильнее Ольги. Что примечательно, когда станет императрицей, станет и арканой. Потому что все триста лет, сколько дом Романовых правит Россией, все императрицы были максимального ранга магической силы. И тут одно из двух: или есть какой-то родовой ритуал, или род обладает магическим артефактом, доводящим уровень силы до максимума. Ничем иным такую стабильность не объяснить.

— Ну здравствуй, Оля, — не чинясь, цесаревна обняла сестру, чмокнула в щёку, — слышала я, как вы тут геройствовали. Обзавидовалась страшно. Даже разозлилась на тебя немного.