— Присаживайтесь, корнета, — кивнула она на стул напротив.

Когда девушка со свежими погонами с ярко поблескивающей звёздочкой на них, буквально вчера пришитыми на такой же новенький, ещё не обмятый китель, села, то полковница, одобрительно осмотрев ладно сидящую на той форму, коснулась ладонью лежавшего на столе личного дела. Произнесла:

— Что ж, мы обе знаем, что в отношении тебя были кое-какие особые договорённости и обязательства, о которых ты, надеюсь, не забыла.

После недолгой паузы Лика кивнула, подтверждая.

— И, судя по тому, что я знаю, своё слово ты держишь. Это хорошо, потому что мне бы не хотелось портить судьбу такой перспективной официры. И так как по учёбе у тебя везде высший балл, я могу со спокойной душой, уже во исполнение этих договорённостей со своей стороны, направить тебя на новое место службы. В столичный гарнизон, и не абы куда, а в гвардию, в Преображенский полк! — Начальница улыбнулась. — Поверь мне, нашим выпускницам такой шанс выпадает раз в десятилетие. Махом окажешься при дворе. Служба на глазах у августейших особ. Большой шанс быть замеченной и возвышенной. Перспективы! Можно далеко пойти, если правильно себя поставить. Ну, как тебе? Устраивает?

Лика на секунду задумалась, снова опустив взгляд. Затем подняла его на полковницу и вдруг спросила:

— А могу я попросить назначение в другое место?

— Другое? — начальница училища чуть наклонила голову, внимательно разглядывая девушку. — И в какое же конкретно?

Иванова сначала рассеянно мазнула взглядом по столу с личным делом, потом по шкафу сбоку, перевела его на портрет на стене с императрицей в полный рост в полковничьем мундире Преображенского полка, но затем её взгляд заострился, и она попросила:

— Если можно, туда, где сложнее. Не хочу прозябать в столице. Хочу воевать с тварями и развивать свой дар.

— Вот как… — полковница посмотрела на девушку напротив с каким-то даже сочувствием, но улыбнулась, а затем произнесла: — Ну что ж, это твой выбор. Принимаю, понимаю и уважаю. Есть у меня одно направление, — она коснулась пачки листов, безошибочно выудив нужный, — в Иркутскую зону отчуждения. Там как раз нужны с сильным потенциалом. И тварей полно, хватит навоеваться. Возьмёшь?

— Возьму, — решительно кивнула Лика и протянула руку.

— Ну, как там твоё подразделение? — поинтересовалась Ольга, в этот раз решившая встречать меня не полулёжа на любимой козетке, как обычно, а сидя за большим массивным столом, разбирая какие-то бумаги.

В кабинете было пусто, но меня не покидало стойкое ощущение, что мы здесь не одни. Впрочем, я собирался говорить исключительно на рабочие темы, поэтому не стал обращать внимание на это, сосредоточившись на главном.

— Ну… как вам сказать, Ваше Высочество? — протянул я, делая некоторую паузу, призванную показать, что новость у меня не самая приятная, а потом максимально честно ответил, — А нету подразделения. Потому что-то, что мне тут насобирали… Там не то, что отряд стрелков с ружьями, им тапки-то доверить, чтоб тараканов бить, страшно.

Бровь великой княжны поползла вверх, и она уточнила:

— Неужели всё так плохо?

— Я бы даже сказал, ваше высочество, что всё ещё хуже. Спихнули тех, кого не жалко. Они или сами бездарно погибнут, или послужат причиной гибели других.

Покачал головой.

— Нет, парней мне надо набирать самому.

Ольга посидела с минуту, задумчиво откинувшись в кресле, но затем кивнула и достаточно спокойно, несмотря на то, что новость я принес не саму приятную, произнесла:

— Ладно, хорошо. Отправишься искать сам. Сопровождение — Федора и парочку ещё каких-нибудь официр для солидности.

«Ну да, — мысленно усмехнувшись, подумал я, — конечно, для солидности. И совсем не для того, чтобы негласно меня охранять, а то и сторожить».

Но в ответ только верноподданически кивнул и тут же добавил:

— Готов выезжать немедленно.

— Это хорошо, — согласилась великая княжна, — что немедленно. Мне нужны результаты, чтобы было, что показать.

Она не сказала, кому конкретно собирается показывать, но тут можно было догадаться и так: Генеральному штабу и, возможно, кому-то из императорской семьи.

— Где планируешь подбирать рекрутов?

— Думаю, стоит пройтись по Иркутским гимназиям, — ответил я, — чтобы по домам не шататься, а пообщаться сразу, со всеми возможными кандидатами разом. Так будет быстрее и эффективнее.

— Ну что ж, добро. Федора! — позвала великая княжна свою адъютану, которая обычно находилась в соседней комнате.

Та появилась на пороге почти мгновенно, словно дежурила под дверью. А Ольга скомандовала:

— Федора. Вместе с княжичем сейчас поедете в Иркутск. Возьмешь ещё парочку официр на подмогу. Святослав вопросами будет заниматься сам, а твоё дело будет обеспечить, ну, так скажем, вес его словам. Задача понятна?

— Так точно, Ваше Императорское Высочество, — гаркнула подполковница и тут же, дабы высокое начальство не сомневалась, повторила: — Сопроводить княжича Святослава в Иркутск, обеспечить поддержку и помощь.

— Правильно, — кивнула Ольга, снова посмотрела на меня и добавила:

— Давай, Слава, не подведи, результат нужен как можно быстрее.

— Будет сделано, — немедленно склонился я в поклоне и тут же, не дожидаясь команды, развернулся на выход.

Да, кстати, — произнесла она, когда я уже почти дошел до дверей, — хотела сказать, очнулась твоя воевода, потихоньку идёт на поправку. Госпиталь, сказали, покидать пока рано, ну а дальше решим.

— Это хорошо. Что-то говорит? — тут же поинтересовался я, на что Ольга только чуть прищурилась, дёрнув уголками губ, обозначая лёгкую улыбку, но ответила:

— Говорит. Почти то же, что и ты. Правда, вину берет на себя. Утверждает, что это была её идея, ты тут совсем ни при чём, и она фактически тебя похитила.

— Наговаривает, — тут же махнул я рукой, — продолжает пытаться меня защищать.

— Ну, я, в общем-то, так и подумала, — покивала великая княжна, после чего, коротким жестом отослала прочь, — Ты иди, иди.

Стоило княжичу выйти, как в кабинете материализовалась жандарма, до этого находившаяся за неприметной панелью, ведущей в глубокую нишу в стене, откуда она могла незаметно за происходящим наблюдать.

— Ну, твоё мнение? — сосредоточенно поинтересовалась Ольга.

— Ваше высочество, — задумчиво ответила та, глядя на дверь, за которой скрылся юноша, — у меня двоякое впечатление. С одной стороны, новость он воспринял достаточно ровно. Не было заметно, что она его как-то особенно взволновала. Но в то же время слишком уж легко и спокойно он отмахнулся от слов о её вине. Даже ни на миг не задумался о том, что, если подтвердит, то в этой ситуации может выйти сухим из воды, если действительно выставить всё как похищение. И это меня настораживает. На его месте любой, даже самый честный человек, хоть на долю секунды, но задумался бы, а он отмёл слова воеводы мгновенно. Если его первый рассказ можно было посчитать достаточно искренним просто из-за неумения хитрить и скрывать правду, то сейчас это уже всё напоминает заранее продуманную позицию. Будто он эту версию событий проработал ещё тогда и теперь просто её придерживается. Не потому что это правда, а потому что он решил сделать её правдой.

— Интересно, интересно.

Ольга, слушая сотрудницу охранки, задумчиво вертела в руках карандаш, затем несколько раз стукнула торцом по столу, словно утверждаясь в каком-то мнении.

— Ну что ж, по всей видимости, мальчик не так прост, что, с учётом его необычности, вполне закономерно.

— Ваше высочество, — вновь произнесла жандарма, — может, всё-таки, повременим с созданием этого подразделения стрелков? Мало ли, что он захочет с ними провернуть. Всё же, магически обработанные пули могут представлять реальную опасность…

Но великая княжна только улыбнулась и возразила:

— Во-первых, я у него не вижу какой-то особой хитрости и тайных намерений. По мне, так, когда он рассказывал о своём желании стать официрой, а то и генералой, он был абсолютно искренен, а военная служба — это в первую очередь именно служба. Родине. Стране. Императрице. Так что нет. Думаю, ничего страшного в том, что мы попробуем вручить ему некоторую силу, не будет. А может даже и польза государству российскому выйдет. Поэтому пусть всё пока идет так как идёт.