Короткая белая вспышка — и обмякшее тело Великого Мага, выпустив из враз обессилевших пальцев рукоять меча, устремилось к далёкой земле.

Шехзаде Селим пытался сопротивляться. Он боролся до конца, с мужеством яростного, обречённого отчаяния, уйдя в глухую защиту — но в одиночку у него не имелось ни единого шанса. Даже с пронзённой грудью я был в лучшем состоянии, чем страдающий от обширных повреждений ауры и физического тела Великий Маг. И немудрено — он-то пережил удар Сверхчар в лицо, а я всего лишь удар меча, усиленного обычным Заклятием, к тому же нанёсший урон в основном физическому телу…

— Потому я считаю своим долгом заявить, что так продолжать нельзя. Мой Император, что нам делать? — задал мучающий всех присутствующих вопрос генерал Воронов.

В императорском шатре, разбитом посреди одного из бесчисленных безымянных лесов вдоль всей линии бесконечного фронта, царила напряжённая тишина. Генерал-полковник Антон Воронов озвучил то, на что не решались куда более именитые, могущественные, знатные и приближённые к повелителю Российской Империи персоны, опасаясь монаршьего недовольства.

Ведь вопрос сей прозвучал не в пустоту, не просто так и не в попытках выказать подобострастное преклонение перед разумом правителя. Нет, вопросу предшествовал вполне себе предметный доклад, в котором прямолинейный вояка без всяких экивоков указывал на проблемы, стоящие перед армией, приводил своё видение причин тех или иных провалов и сложностей и без стеснения указывал на тех, кто, по его мнению, к этой ситуации привёл. И в числе последних он не побоялся указать и самого Николая Третьего, выделив и обосновав те его решения, кои, по мысли Воронова, оказались провальными.

И теперь многие из присутствующих мысленно хоронили чрезмерно самоуверенного, по их мнению, вояку, который позволил себе явно больше того, что мог вынести. За последние полгода все успели убедиться, что их владыка не только не является безответственным самовлюблённым нигилистом, ничего не смыслящим ни в управлении Империей, ни тем более в военном искусстве — более того, что Николай оказался человеком хитрым, решительным и циничным, так он оказался ещё и сверхмогущественным чародеем, который, помимо прочего, успел совершенно незаметно вырастить преданных лично ему весьма могущественных чародеев. Причём весьма в немалом количестве, часть из которых возглавляла мощнейшие, но до поры практически незаметные Великие Рода, а также имел личные войска огромной силы, выучки и немалой численности… И всё это он сумел создать так, что никто — никто! — не заподозрил ничего за все те десятилетия, что Император занимался сбором этих сил.

— Итак, — прервал затянувшееся молчание государь, с загадочной улыбкой оглядывая присутствующих. — Наш доблестный генерал только что озвучил весьма занятный доклад. Все ли присутствующие согласны с высказанными им доводами? Не стесняйтесь, господа — всё же у нас военный совет, и мнение столь опытных в воинском деле людей для меня весьма ценно.

И вновь ответом служила лишь тишина. Присутствующие обменивались осторожными взглядами, но на большее не решались не то что шёпотом, но даже телепатически. Некоторые из присутствующих были Магами Заклятий, да… Но в большинстве своём — начальных ступеней этого ранга. Сильнейший из них был Магом трёх Заклятий, тогда как большинство присутствующих были Высшими и Архимагами, причём последних было около семидесяти процентов.

Учитывая могущество Императора как мага, в котором успели убедиться все его подданные на деле, когда несколько раз самодержец лично принимал участие в сражениях, они небезосновательно полагали, что тому под силу перехватить чужую мыслеречь даже не слишком сильных или искусных Магов Заклятий — ведь одной из граней способностей Николая Третьего была магия Разума. В этом они тоже имели возможность убедиться, когда Император лично взломал разум пленённого британского Мага Заклятий…

И тем удивительнее был тот факт, что сам Воронов был всего лишь Старшим Магистром, причём даже не из Великого Рода. Так, один из Старейшин всего-навсего дворянского Рода даже не первой, а второй категории, из тех, чьи члены, даже самые видные, обычно и формируют большую часть служилого сословия, продолжая, в отличие от своих более богатых и знатных товарищей, следовать изначальной цели, ради которой дворянство вообще создавалось. Рода первой категории следовали этим идеям уже в меньшей степени, предпочитая концентрировать свои силы на семейных структурах, не говоря уж о Великих Родах…

Воронов был честным служакой. И учитывая порядки, принятые в обществе, поднялся очень высоко для своего ранга — обычно Старшие Магистры не могли рассчитывать ни на что большее, чем генерал-майор. Он и был им ещё несколько лет назад, командуя пехотным полком в Костромской губернии, но затем отправился вместе с генерал-аншефом Добрыкиным, приняв участие в Дальневосточной кампании и показав себя с лучшей стороны. Вернувшись, отправился с генералом Солдатовым в короткий и неудачный поход, закончившийся разгромом, гибелью командующего и пленением великого князя Михаила Николаевича, младшего сына Императора. Однако и тут он сумел проявить себя как весьма толковый офицер — командуя на тот момент уже дивизией (его успехи на Дальнем Востоке не остались незамеченными) сумел, вовремя осознав, что битва проиграна, вывести свою дивизию из сражения. Более того, собрав вокруг себя осколки разбитых подразделений имперской армии, в том числе и почти четыре десятка пилотируемых големов разных классов и пять артиллерийских батарей, увести эти силы в относительном порядке, отразив несколько наскоков преследователей.

Так он и стал генерал-лейтенантом и командующим корпусом, уже в этом звании вступив в противостояние русского Императора и британского кронпринца. И уже тут дослужился до генерал-полковника, буквально месяц назад получив новое звание и семнадцатую армию под своё командование. Предыдущий её командир, Маг Заклятий в аналогичном звании, Уваров Павел Александрович, Глава Великого Рода, проиграл сражение и понёс значительные потери, не став слушать советов назначенного ему начальником штаба армии Воронова. Впрочем, обвинить его в чём-либо и тем более как-то наказать не представлялось возможным — Павел Александрович и сам сложил голову в том сражении…

— Виталий Георгиевич, скажите же нам, что подсказывают вам опыт и разум? — не дождавшись добровольцев, взял инициативу в свои руки Император.

Невысокий, полноватый мужчина в богато украшенном мундире генерал-полковника кашлянул в кулак и бросил досадливый взгляд на Воронова — бучу поднял этот худородный выскочка-слабосилок, так как он, Старейшина одного из Великих Родов, недавно взявший, благодаря зелью Императора, ранг Мага Заклятий, оказался втянут в намечающийся скандал⁈

Однако медлить с ответом или, тем паче, как-то выражать Императору своё нежелание участвовать в данном обсуждении он, конечно, не рискнул.

— Благодарю за столь высокую оценку, Ваше Императорское Величество, — поклонился он государю. — Но вы, право же, переоцениваете мои способности. Однако если уж говорить… Господин Воронов, конечно, многое сказал по делу, однако же ничего сам не предложил. Никаких конкретных мер, как исправить те или иные ошибки и недочёты, о которых он столь подробно сейчас рассказывал. А ведь всё это мы и сами знаем — да и нехитрое это дело, постфактум, с высоты уже случившегося рассуждать о правильности или ошибочности тех или иных решений. Принятых зачастую в ситуациях, когда времени детально прорабатывать и продумывать действия не имелось времени и меры приходилось принимать сразу и на месте, сообразно моменту и ситуации в данный конкретный момент.

Чародей на несколько мгновений прервался, но Император лишь поощрительно улыбался, никак не комментируя сказанное. Воронов тоже оставался совершенно невозмутим, безо всякого интереса глядя на своего визави.

— Так что я пока не понимаю, что здесь вообще комментировать? — продолжил он. — Да, проблемы есть. Да, обстановка на поле боя пока складывается не лучшим для нас образом. Однако всё далеко не так мрачно, как рисует нам генерал, а с некоторыми из его слов я и вовсе никак не могу согласиться. Например, с его оценкой недавнего контрудара шестой и одиннадцатой армий — да, мы понесли некоторые потери, но куда без них? Это война! Но зато были отбиты плацдармы, на которых враг накапливал силы для удара во фланг шестой армии и рассылал отряды диверсантов!