Выборгский его ждал. Один шаг на свет — и наперерез «тигру» устремился ослепляющий ВД-7- «Кровавый туман». Следом целая серия быстрых, хлёстких ударов стихии воздуха, призванных не столько нанести урон, сколько отпугнуть. И снова в тень. С такого расстояния Йеру не пробить защиту Полтавского даже снайперскими «выстрелами», но лишить его желания штурмовать в лоб — запросто.

Видимость на парковке упала в ноль. Один стук сердца, и на наши окна из стены плотного тумана обрушился шквал низкоранговых ЗМ-. Роман не дурак ломиться в двери, не видя их.

Меня спасло предчувствие.

Чисто инстинктивно я припала на колено, и в тот же миг по стене над головой огненной кляксой расплылся ОГ-7-45-7 «Рассвет». Сразу за ним последовали уже менее мощные удары. И всё это из глубины зала! Волна жара опалила кожу. Упав навзничь, я перекатилась в сторону, снова поднялась на колено и ответила в сторону атаки шестнадцатой ступенью «Лестницы к Сапфировому Небу» — ВЗ-4-7-138 «Звездопад».

В «Звездопаде» 580 эсс-джоулей, а пропущенный через псионическую линзу он выдал больше тысячи. Шрапнель эссенции чудовищного заряда разлетелась по торговому залу, в секунду раскурочив все его полки и стеллажи аж до противоположной стены. Бум! Супермаркет сотряс грохот, звон бьющегося стекла и треск бетона. Я запоздало подумала, что в зале могла быть заложена взрывчатка — вот был бы номер!

Из темноты донёсся матерный протест Азамата Чебоксарского.

Проклятье, он всё это время был здесь, а мы даже не поняли этого!

— Цела?! — крик Иеремии прорвался сквозь гул в ушах.

— Да.

Бам!

Окно, выходившее на жилой дом, взорвалось с оглушительным ревом. ЗМ-7-50-39 «Бомба» влетела, как артиллерийский снаряд, превратив участок стены возле рамы в груду летящих обломков. Ударная волна вжала меня в пол, часть убийственной эссенции по касательной прошила ногу от колена до стопы.

— Дичь!

Металлическую пластину сапога прорубило, будто топором палача, острые края загнулись внутрь и впились в кость голени. Я сдавленно зашипела от жгучей боли, на глаза навернулись слёзы.

Коронная фишка Алёны. «Бомба» — самый мощный удар в репертуаре княжны Владивостокской. Поразительная точность ядра с взрывным уроном!

Вторая «Бомба» угодила немного правее. Проём разворотило ещё сильнее, бетонная перегородка посыпалась, открывая идеальную зону поражения для следующих ударов. Капитан «тигров» не стала нежничать, как только поняла, что внезапная атака не принесла должного результата. Будь супермаркет чуть менее целым, стена бы уже рухнула.

— Отходим на второй этаж! — скомандовала я.

Наверху сейчас относительно безопасно; по крайней мере, «тигров» там нет. Ещё нет. Звуки битвы однозначно привлекли внимание оставшихся ребят, и сейчас сюда спешит не только Красноярский.

Иеремия снова бросил «Кровавый туман», но уже не в сторону Полтавского, а вглубь торгового зала, откуда подбирался Азамат. Чебоксарский нацелился задержать нас контактным боем, совершенно не опасаясь, что он в меньшинстве. А зачем? В текущем хаосе мы всё равно не успеем прирезать его до подхода Полтавского.

Почти синхронно с «Кровавым туманом» товарища я бросила в образовавшуюся дыру свой ВЗ-4- «Туманные тени». Белый смог взметнулся, заполняя пространство. Алёна не прекратит обстрел, но теперь хотя бы не сможет по нам прицелиться.

Не успев сделать и трёх шагов в сторону эскалатора, я почувствовала острую опасность, и почти сразу из-за груды стеллажей на меня обрушилась тяжелая тень.

Азамат.

Сделав высокое сальто, парень атаковал ещё до того, как его ступни коснулись пола. Круговой режущий удар огненной стихией прошёлся по диагонали вниз. Мой клинок встретил удар скользящим блоком. Сталь жалобно взвыла, горячие искры эссенции брызнули в стороны.

Поднырнув под следующий удар, я оттолкнула Азамата «Крыльями славы» прямиком в острые объятия Иеремии.

«Тигр» на удивление быстро сориентировался в условиях практически нулевой видимости. Погасив импульс удара, он развернул свой клинок на сто восемьдесят градусов в продольной плоскости и нанёс мощный кистевой удар снизу вверх налево. По Выборгскому прилетел колючий ЗМ-7- «Когти зверя».

Йер успел закрыться щитом и сразу же контратаковал стихией воды.

Я в свою очередь не постеснялась рубануть врага седьмой ступенью «Лестницы». В этот раз обошлась без линзы, чтобы не терять время на правильную настройку, но даже без неё лезвие прорубило металлический наплечник «тигра» и глубоко вошло в сустав.

— Твою ж!.. — Азамат выругался до неприличия грязно, но его крик наполняла не боль, а дикая ярость.

Он рванул с линии атаки назад, исчезая в дыму, и в тот же миг на нас полетели удары от подоспевшего Полтавского.

Земля.

Воздух.

Гнев!

— Не мешкай, Вася! — рявкнул Иеремия.

Отбивая атаки большей частью наугад, ведь не видно ж ни фига, мы с Иеремией наконец-то сиганули вверх по ступеням.

Выборгский в инструкциях не нуждался. Как только мы оказались на втором этаже, он резко развернулся и открыл заградительный огонь вниз по вероятному преследованию. Я в свою очередь принялась рубить стену перекрытия возле эскалатора. Перчатки, усиленные псионикой, выполняли роль экзоскелета, позволяя мне наносить удары невероятной силы, а заряженная стихийная сталь кромсала железобетон как дерево. Острые камни дробью летели во все стороны, создавая невероятный шум.

Удар. Ещё один. Ещё!

Через минуту адской работы перекрытие сдалось на милость Василисы — застонало, просело и рухнуло с неприятным треском. Путь наверх оказался напрочь завален тоннами хлама и бетона, отрезав нас от преследователей.

Стало тихо. Даже слишком.

Йер прислонился к стене между двух каким-то чудом уцелевших окон и устало съехал по ней на пол.

— Ну что, зам-кэп... — хрипло выдохнул он. — Живём ещё?

— Пока да, — ответила я, прислушиваясь к тишине за завалом. — Немного времени мы выиграли.

— Офигенно было, правда? — Йер вытер лицо тыльной стороной ладони, размазав кровь по щеке. «Когти зверя» оставили на нём отметины в виде длинных царапин от линии волос до подбородка, но боли он не чувствовал. Вэл хорошо обучил нас отключать её в экстренных ситуациях.

— Не расслабляйся, мы в ловушке.

— Но ещё дышим, — парень беззаботно сверкнул зубами. — А вообще, нужно отметить, это всё не наш профиль. Такими тренировками должны заниматься стражи, на крайняк следаки, а мы управленцы, наш удел — сидеть в безопасном штабе, где хорошенькие помощницы в коротеньких юбочках и чулках с сексуальными стрелками приносят кофе с коньяком по первому требованию.

— Безопасных штабов с красивыми помощницами мало, и на всех их не хватает, — усмехнулась я в ответ. — Только если ты не логист.

— Вот умеешь же приземлить, Тобольская.

Активности внизу не было, по крайней мере, мы ничего не слышали. Вероятно, «тигры» отошли продумать стратегию перед штурмом. Умницы какие.

Стоило адреналину чуть схлынуть, как раненая нога напомнила о себе взрывом боли. Мир перед глазами нехорошо поплыл, а в ушах зашумело, как бывает перед обмороком. Я едва успела заблокировать болевые рецепторы, чтобы не улететь из реальности. Ох...

Несколько глубоких вдохов, и снова тут. Боль ушла... сменившись отвратительным чувством тревоги и неуверенности. В зале как будто повеяло могильным холодом и безнадёгой запертых в ловушке смертников. Это отключилась Аура победы.

Я сразу попыталась «включить» её обратно.

Осечка!

Иеремия тоже уловил подсознательную перемену. Его улыбка потухла, плечи напряглись, во взгляде появилась колючая настороженность.

— Хреново выглядит, — он кивнул на мою ногу уже без грамма веселья в голосе.

Тёмно-бордовый цвет доспехов скрадывал проступившую кровь, но её было слишком много для пустякового ранения. Она оставила вполне очевидную дорожку из капель и натекла маленькой лужицей, стоило мне остановиться. Хорошо хоть Алёна не обладает талантом снайпера, как Надир или тот же Йер, иначе бы ногу ниже колена отрезало под очень острым углом.