Наши же повязки были синими, просто синими без всякого рисунка. Парни не пожелали заниматься украшательством, им и так сойдёт, а я не захотела таскать на себе ещё одного красноярского льва. Хватит того, что на кольце. Мой счастливый талисман — это всё-таки кролик; вон он, выбит на лезвии у гарды клинка.

— Мне нравится твоя улыбка. — Яр наконец-то выпустил руку Алёны. — Постарайся не растерять её, когда будешь объяснять Таганрогскому, почему пятеро грозных «тигров» с треском проиграли четырём с половиной «котятам».

— Что ж, пусть победит сильнейший.

— Пусть победит.

Закончив с обменом колкостей, капитаны расположились в капсулах симулятора и активировали их клинками, подав пример командам. Уже через полминуты десять юношей и девушек погрузились в виртуальную реальность, где их ждала первая настоящая битва.

Тип арены и погодные условия выбрала автоматика. Уровень восприятия боли выставлен на сто процентов, запись включена, условие победы — смерть всех противников. Из послаблений даются лишь пять минут времени до старта самого боя, чтобы команды немного освоились, а капитаны раздали последние указания.

Что интересно, перед нами предстала обычная белая комната пять на пять метров.

— Так и должно быть? — Иеремия Выборгский пальцем пощупал матовую стену. Она никуда не исчезла.

— Считайте, мы в десантном корабле, — ответил Яр уже без тени прежней иронии и той раздражающей ухмылки, которую Аля почему-то находит милой. — Настоящая арена огромная, радиусом свыше двадцати километров. Высадка — методом рассеивания. Первичная задача — сбор группы. Время на её выполнение — тридцать минут.

Значит, нас раскидает по разным точкам арены. Сюрприз, блин. Не знаю, как парни, я почему-то ожидала нечто вроде стенки на стенку. Примерно как в обычной симуляции, только побольше, а не бродилку фиг пойми где.

— Весёленькое начало, — хохотнул Денис Соликамский.

— Не самое из возможных. — Красноярский бросил короткий взгляд на таймер, отсчитывающий время до «высадки». 04:31. — Сейчас внимательно слушаем и запоминаем: на первом этапе у нас не будет связи. Ориентирование — визуальное. Сразу после выхода из «десантного» режима закрепитесь на исходной позиции и смотрите в небо. Через три минуты я запущу в него девятиранговым «Магическим глазом». Его сигнатура — ярко-алый спектр с импульсными вспышками. С вражеским не спутаете, в группе Али одни семёрки. От маркера — азимут два-семь-ноль, пятьсот метров до первой отметки. От неё — триста метров, азимут ноль-ноль-ноль. Там будет точка сбора. Всё понятно?

— Так точно, — закивали парни и я вместе с ними.

С ориентированием по сторонам света у меня всё так же плохо, как во время охоты в тобольском заповеднике, но проблемы не вижу. Я псионик, мне не нужно знать азимут, чтобы найти хорошо знакомого человека в пределах нескольких километров. Научилась кое-чему после фиаско с Зэдом.

— Вспоминаем прошлогодние лекции Таганрогского и действуем в соответствии с уставом полевых выходов и тактическими наработками, — продолжил Яр. — Адаптируемся к обстановке. Ну, не мне вас учить, парни.

Голос его оставался ровным, однако я сумела уловить в нём едва заметное волнение. Значит, он не так уж уверен в победе «львов» над «тиграми», как показывал снаружи. Логично, что. В сумме команды сформированы равными по силе и мастерству участников. Явных преимуществ ни у кого нет, опыта, собственно, тоже, а вот дури хватает.

— Главный приоритет до сбора — скрытность. Какой бы выигрышной ни казалась позиция, в контакт с противником не выходить, тем более в огневой и по одиночке. Заметите «тигра», любого из них, по-тихому проходите мимо.

— Даже если попадётся Владивостокская? — уточнил Антон Белоцарский.

— Особенно если она, — ответил Яр. — Алёна умелый противник с опытом реальных боевых действий, об истинном масштабе которого мы не в курсе.

«Львы» понятливо хмыкнули. Каждый из нас помнит её поединки на ринге у Таганрогского. За два месяца красотка с восточной границы Княжества не проиграла ни одного боя. Пугающий факт, но в схватке с мрачной Переславль-Залесской и то больше шансов одержать верх, чем с улыбчивой Алёнушкой.

— А если контакт неизбежен? — Денис с намёком похлопал по висящим на поясе клинкам весьма внушительного вида. — Прости, кэп, бегать с поля боя не в моих привычках, уж точно не от Вяземской!

Яр одарил его тяжёлым взглядом:

— Не важно, кого вы встретите, наступательный потенциал три человека. Среди наших соперников точно так же нет дураков нападать один на один, даже Владивостокская не настолько безрассудна и не станет нарушать принцип численного превосходства без крайней необходимости. Это не ринг. Нежничать ударами в триста эсс-джоулей здесь никто не будет. Ваша задача — не доказать личное мастерство, а выполнить приказ. Потом уже будем делать разбор полётов и корректировать тактику на будущее.

— Резонно, — нехотя согласился Денис. — Но мимо Тобольской «тигры» точно не пройдут, даже Вяземская. Наша Вася — лёгкая добыча.

— Легче не бывает, ага, — дежурно огрызнулась я в ответ. — Радуйся, что не узнаешь мою настоящую силу на собственной шкуре, Соликамский.

— Да ладно, я не боюсь щекотки зубочисткой с кроликом на лезвии.

— Хорош бравировать, Дэн, — попросил Ярослав. — Прояви больше уважения к заместителю капитана.

— К кому?

Повисла напряжённая пауза.

— Поздравляю с назначением, Василиса Анатольевна! — блондинка хлопнул меня по плечу. — Все слышали, парни? Тобольская — мой заместитель с полномочиями возглавить группу, если я погибну раньше. В отсутствие иных приказов, её слово — приоритет.

Я перевела на него ошеломлённый взгляд:

— С какого это перепуга я?

— А вот с такого.

Новость удивила не меня одну. Парни выглядели так, словно им предложили сдаться без боя. Один лишь Йер не переменился в лице, а поймав мой взгляд, хитро подмигнул. Так понимаю, он был в курсе затеи друга с самого начала и уже успел переварить новость.

— Здорово, — Антон первым нашёлся с подходящим ответом, и это был сарказм. — Где такое видано, чтобы дуо-практиками седьмого ранга командовал моно-практик пятого, да ещё бывшая подсобница? Мы ж не вечеринку планируем!

— Что-то ты не жаловался, когда эта подсобница договаривалась с Кыштымским закрыть тебе хвост по автоматизированным системам без обязательной отработки, — припомнил ему Яр.

— Ну... — замялся парень. — Там мирная жизнь, а тут боевое задание.

— Это приказ, Антон.

— Есть, кэп, — проворчал он. Без энтузиазма, правда, но дальнейших возражений не последовало. Ни от кого, включая меня саму.

Подобного стоило ожидать. Красноярский уже свесил на меня половину своих обязанностей, ещё одна погоды не сделает. Но этой я даже порадовалась. Не хочу подчиняться тем, кто совсем недавно открыто смеялся над моим назначением на должность лидера курса.

Единственный вопрос — почему, блин, раньше не сказал? Хотел посмотреть на нашу реакцию или по какой-то другой причине?

— И всё-таки, почему именно Тобольская? — не унимался Антон.

— Потому что она живучая и знает, когда следует нападать, а когда лучше сбежать. Как раз то, чего нам так не хватает. На этом всё. С остальными планами сориентируемся в точке сбора.

Едва капитан договорил, как таймер на стене отсчитал последние секунды мирного времени, и в следующее мгновение белая комната исчезла, сменившись открытой панорамой и прохладным ветром с хрустящими нотками бетонной пыли на зубах.

Крыша двадцатиэтажной высотки. Я стояла на её парапете, а внизу раскинулся довольно крупный город, пронзённый оранжево-жёлтыми лучами закатного солнца. Город-призрак. Куда ни глянь, повсюду бетонные гробы разрушенных домов. Ни одного целого! Их выбитые окна чернели провалами, из разорванных фасадов рёбрами гигантских чудовищ торчали арматурные балки, на улицах завалы и брошенные автомобили. Название города недолго оставалось секретом. В его центре, далеко отсюда, высился силуэт огромного здания с легко узнаваемой архитектурой в стиле индустриального ампира и польского историзма — знаменитый Дворец культуры и науки, ставший намогильным памятником самому себе. Мы в Варшаве. Точнее, в том, что от неё осталось в 2037 году.