— Как удачно, что наши апартаменты по соседству, — заметила она, получив ключ-карту у коменданта общежития. — Сможем перестукиваться азбукой Морзе через стенку. Ты ведь знаешь её? Если нет, научу в два стука.

— Вот что, Алёна, — я посмотрела на неё в упор, — давай сразу начистоту. Тебе вовсе не обязательно быть рядом со мной двадцать четыре на семь, даже не желательно. Ты молода, красива и далеко от войны, так лови момент! Наслаждайся мирной жизнью, развлекайся, знакомься с новыми людьми и делай что нравится.

Голубые глаза Али сузились, в них вспыхнуло что-то острое:

— Ты о чём, Вась?

— Я знаю о вашей с моим отцом договорённости, услышала краем уха на той неделе. Присмотр мне не нужен. С глупостями покончено давным-давно, сейчас я само благоразумие и всё, чем собираюсь заниматься в стенах института, это прилежно учиться и тренироваться в эсс-фехтовании.

К чести Али, она не стала делать вид, будто я неправильно поняла ситуацию, а князь Тобольский вовсе не приказывал ей навязываться мне в подруги самым что ни на есть прямым текстом.

— Прости, но нет, — очаровательно улыбнулась она. — Анатолий Евгеньевич оказал Приморской области большую помощь, ничего не требуя взамен. Деньги, что он перечислил на гуманитарные нужды в наш госпиталь, спасли и ещё спасут многие жизни, а твёрдая позиция Тобольской губернии в Парламенте способствовала принятию закона о переброске дополнительных подразделений под Владивосток на месяц раньше запланированного срока. Потом он приютил меня в своём доме и помог с переводом в Столичный институт. Думаешь, я настолько неблагодарна, чтобы забить на его просьбу? Нет, Вася, я в долгу у твоего отца и сделаю всё, что он скажет.

— Не сомневаюсь, — примирительно ответила ей. — Всего лишь прошу не доводить ситуацию до абсурда.

— Ходить за тобой хвостиком не стану, не переживай. Шпионить или докладывать Тобольскому тем более, у меня есть чувство собственного достоинства. Семья Владивостокских не самая богатая и влиятельная, но мы платина. — Положив руку мне на плечо, Аля легко подмигнула: — Просто считай меня заботливой старшей сестричкой.

Какой внимательный у меня родитель, по всем фронтам успевает! Не только жениха выбрал, но и подругу. Спасибо хоть за внешностью не следит и справку о невинности не требует.

— Как скажешь, «сестричка».

Вот оно мне надо?

Понятно, что нет, но сопротивление бесполезно. Аля не отступит. Люди в здешнем мире крайне серьёзно относятся к понятию долга. Раз дали слово, сдержат даже вопреки собственному желанию или выгоде. Таково их воспитание. Я уже столкнулась с их принципиальностью. Прошлым летом в Бухаре Василиса спасла жизнь сестре Надира, и он поклялся во что бы то ни стало вернуть ей долг. Парень сумел всего за месяц перевестись из Самарканда в столицу, а ведь у него за спиной не было ни денег на взятку, ни властного покровителя, только собственное упорство.

Василиса многим осложнила жизнь, но за Надира я благодарна ей от всего сердца.

— Куда сейчас по плану? — поинтересовалась Аля, с вежливым любопытством рассматривая интерьеры. — За расписанием занятий?

— Его выдаст лидер курса в первый учебный день. Возникнут какие вопросы, сразу к нему, он у нас вместо куратора.

— О, так в Столичном ВИ Александровская модель иерархии?

— Она самая, — подтвердила я, — стандартная вертикаль четырёх. Курсанты подчиняются лидеру курса, лидер — председателю факультета, председатель — декану, декан — ректору. Ректора звать Костромской Тихон Викторович; мужик он ушлый, так что не ведись на его речи о справедливости и бескорыстии. Декан факультета «Управления и политики» — Таганрогский Сергей Алексеевич, с ним познакомишься уже завтра. Председатель — Ярослав Красноярский, а имя нашего лидера навскидку не назову, последний год я провела с логистами.

— Ох, не завидую...

— Оставь предубеждения, логисты отличные ребята.

— Как ска-ажешь, — протянула Аля. — Значит, Ярослав председатель факультета? Вот ведь повезло тебе, лиса! — Она хотела ткнуть меня локотком, но я вовремя увернулась. — С такой протекцией что ни попросишь, всё получишь.

— Сильно вряд ли, — ответила я без малейшего в том сомнения. — Наша с Красноярским помолвка отягчающее обстоятельство просто по факту своего наличия. В русском языке есть слово «антипротекция»?

Алёна многозначительно хмыкнула:

— Прости, не верю. Почти два года прошло с момента объявления первой помолвки. Неужели... — она затаила дыхание, словно мы говорим о важном секрете, — ты до сих пор не прониклась к жениху нежными чувствами?

— Только не надо про «стерпится — слюбится»! — я едва не рассмеялась. — Это, кстати, любимая присказка моей мамы.

— А мой брат говорит: «Жри, что дали, и не выделывайся». Иногда ещё добавляет сексистскую херню, что женщине из высшего общества ни при каких условиях нельзя давать право выбора мужа. Мы, видите ли, обязательно притащим в дом ушлого альфонса.

— Поздравляю, твой брат круче! Давай тему помолвки мы тоже закроем здесь и сейчас, но на будущее: я не хочу становиться женой Красноярского не потому, что люблю кого-то другого или нечто подобное. Я в принципе не желаю быть ничьей невестой по приказу свыше.

Губы Али дрогнули в сочувствующей улыбке:

— Понимаю. Я тоже не хочу, чтобы ты выходила замуж против воли. Ладно, — она тряхнула головой. — Идём заселяться.

— А вот это здравая мысль! — я с энтузиазмом поддержала предложение. — Завтра у меня экзамены, нужно подготовиться, поэтому дальше каждый сам по себе. Рекомендую первым делом заглянуть в комплекс «Двух Клинков», тебе там понравится. Симуляторы боя последней модели — реалистичность локаций зашкаливает, настройки противников на любой вкус, допуск для старшекурсников неограничен.

— Здорово, обожаю спарринги в симуляторах! — кивнула Аля. — Мы с тобой обязательно должны сразиться друг с другом. Я, конечно, не солнечный вепрь, но тоже кое-чего стою. В Зале Славы Дальневосточного института занимала девятое место. Даже немного жаль, что баллы рейтинга не учитываются при переводе, придётся начинать с нуля.

— Тогда начинай прямо сейчас, систему рейтинга уже включили.

Не став продолжать пустой разговор, я коротко попрощалась и направилась вперёд по коридору.

***

Если в прошлом году меня определили в комнату для курсантов-бюджетников, то в этом вернули положенные статусу апартаменты с отдельной спальней, приличной ванной и чайным уголком. Тобольская больше не изгой, по крайней мере, юридически. Само собой, отношения с бывшими сокурсниками не поправились по щелчку пальцев, что меня ничуть не расстроило, да и преподаватели профильных дисциплин не пришли в восторг от возвращения печально известной курсантки. Уж точно не декан Таганрогский.

За три года в дневнике Василисы о нём нашлось всего несколько абзацев общего толка. Его превосходительство Сергей Алексеевич — немногословный мужчина возрастом чуть за сорок, на текущий момент является одним из самых молодых обладателей звания генерал-майора в Княжестве. Понятное дело, не за красивые глазки. Человек он суровый, принципиальный и терпеть не может легкомысленных девиц с патологическим неприятием дисциплины. С Васей у них установился хрупкий и весьма напряжённый нейтралитет и то лишь потому, что она была сильным практиком стихий с высоким потенциалом и превосходной успеваемостью. В противном случае Таганрогский давно бы добился её перевода на любой другой факультет.

Господин декан принимал у меня экзамены с таким рвением, словно желал завалить. И он бы это сделал многочисленными придирками, не будь в составе комиссии купленного с потрохами ректора.

— Моно-практик воздуха пятого ранга с ограниченной годностью к тренировкам по состоянию здоровья, — недовольно ворчал Сергей Алексеевич, разглядывая письмо от мастера Шэня с рекомендацией исключить удары выше десятой категории из моей учебной программы. — Да это настоящее издевательство! Тихон Викторович, курсантке Тобольской стоило остаться на факультете «Логистики», только у них разрешён такой низкий ранг на выпускном курсе. А ещё лучше перевестись в филиал.