Но чем дальше, тем сложнее было сопротивляться.
«Плоть слаба», как верно заметил кто-то из мудрецов. И моя плоть восставала против меня, едва Рита появлялась рядом.
Эта плутовка замечала стояк в штанах и только посмеивалась, то расстёгивая лишнюю пуговку на блузке, то являясь на работу в короткой юбке…
Искушала меня каждый день, и терпение было на исходе.
А сейчас у меня есть индульгенция, подаренная женой.
Воспользоваться или нет?
Насколько страшными будут последствия, если решусь на физическую измену? В мыслях-то я уже сотню раз поимел Маргариту Владимировну в различных позах.
Или жена действительно успокоится, её навязчивый страх растворится: муж разок сходил налево и дальше будет примерным семьянином, пришло время расслабиться.
Может этот поступок с моей стороны тоже будет из любви к ней? Ради её спокойствия?
Я рассекал размеренными гребками воду на дорожке в бассейне и думал, думал, думал...
О себе…О жене… О Ритке…
Об этот любовный треугольник можно сломать мозг, но я справлюсь.
Вырулю.
Выйду сухим из воды…
Глава 6
Артём
После бассейна зашёл в кафе, выпил чашку кофе и написал Стоцкой:
— Привет! Ты уже проснулась?
Представил её тёплую, сонную, разнеженную, как берёт телефон и улыбается. Стопудово сейчас начнёт со мной флиртовать.
Не ошибся.
— Проснулась. Но так холодно и одиноко в постели… Жаль, что вы женаты, Артём Сергеевич.
Вот же бестия!
— Могу приехать и согреть. Как на это смотришь? — напечатал после паузы.
Дружок в штанах дёрнулся, согласившись со мной.
— Оу! Вам ослабили поводок? Неужели? Или это воскресный розыгрыш? — съязвила Ритка.
Эта стерва постоянно троллила меня, чем цепляла ещё больше.
— Пиши адрес, буду через полчаса, — решился, наконец, сорвать яблочко, что само просилось в руки…
Сердце радостно выбивало чечётку. В груди бушевал ураган эмоций.
Внутри боролись два серьёзных противника: совесть и вожделение. Побеждал в схватке последний.
Этот внутренний конфликт постоянно выбивал меня из колеи. Невозможно жить спокойно, когда не можешь удовлетворить своё самое сильное желание.
Да, я когда-то поклялся не быть похожим на отца, не совершить его ошибку.
А теперь думаю: ошибка ли это — уйти к той, которую полюбил всем сердцем, и дать свободу жене?
Как бы мы жили, если бы отец остался в семье, но мыслями всё время пребывал рядом с другой?
Уверен, мама не была бы счастлива. Наверняка, мучилась от ревности и подозрений.
Искала бы следы измены на его одежде. Каждый раз, когда задерживался на работе, рисовала бы в голове картины его совокупления с любовницей, а потом выносила мозг.
Пожалуй, нам с ней было бы ещё хуже, чем в реальности, когда отец ушёл…
Не знаю, оправдывал я свой поступок этими мыслями или действительно стал с годами мудрее и смог посмотреть на ситуацию с другого ракурса.
Но факт: оказавшись на месте отца, я его простил.
Окончательно и бесповоротно.
Понял, как мужчина мужчину.
Нет, уходить из семьи я пока не планировал: Ри это просто убьёт, слишком она зависима от моей персоны.
Часто было ощущение, что у меня на руках двое детей — Ира и Маша. Настолько жена казалась чувствительной, слабой и беспомощной.
И я любил её, определённо.
Вы спросите, возможно ли такое?
Да, мужчина может любить двух женщин одновременно. Думаете, откуда многожёнство на Востоке?
Там парни давно просекли фишку: если можешь содержать двух-трёх любимых женщин, почему бы честно не дать им статус жены, а вместе с ним и защиту, содержание, незапятнанное имя?
И дети не станут бастардами, а родятся официальными наследниками, будут воспитываться отцом и матерью, жить в полной семье.
Хрен знает, как пойдёт дальше, но пока я покупал цветы, игрушки для дочки Риты, продукты на стол и вкусняшки для девочек.
Как меня там примут? Стану ли я желанным гостем? Кем войду в жизнь этих двух женщин?
Время покажет…
Ирина
Как я провела день без Артёма? Лучше не вспоминать. Кажется, это был самый ужасный день в моей жизни.
Уснуть так и не получилось. Подушка казалась неудобной, одеяло тяжёлым, воздух в комнате душным…
А мысли…
Мысли чёрными птицами кружили, загоняя меня в капкан тревоги и безысходности.
Чтобы отвлечься, сделала уборку в квартире, приготовила обед, позвонила дочке и села ждать мужа, постоянно проверяя телефон.
Ни сообщений, ни звонков…
Сердце в груди плакало и болело, предвещая беду.
Я себя успокаивала:
«Да, Тёма переспит с этой Марго. Надо ей ещё спасибо сказать, что избавила меня от страха быть преданной и брошенной.
Муж вернётся домой, и мы заживём, как раньше. Получив желаемое, он успокоится, да и я перестану дёргаться: измена случилась, бояться больше нечего…»
Именно так я рассуждала в тот момент.
Мне казалось, что я отнесусь к измене, как незначительному эпизоду в нашей совместной жизни. Неизбежному препятствию на пути к счастью в семье. Временному кризису.
И даже не могла предположить, чем обернётся для меня поход мужа налево…
Поход, в который я сама его собрала и отправила…
***
Артём не приехал к обеду.
Мама звонила, не переставая. Я внесла номер в чёрный список, чтобы не испытывать панику при каждом высвечивании её имени на телефоне.
Перестирала руками всё грязное бельё, что было в корзине. Иначе просто сошла бы с ума…
Вечером три раза разогревала ужин в надежде, что повернётся ключ в двери и муж привычно прокричит: «Ри, я дома!»
Степень моего невроза достигла пика к десяти часам, и я решилась позвонить.
Дрожащими руками взяла телефон, отыскала номер Артёма и нажала на вызов.
Механический голос столкнул меня в бездну, не оставив шанса удержаться на пороге входа в преисподнюю: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети…»
Острая, как клинок из дамасской стали, догадка, пронзила сердце:
«Он выключил телефон, чтобы никто не мешал заниматься сексом с другой женщиной. Она для него важнее, чем я и Маша…»
Не помню, в какую секунду меня охватило безумие.
Оказывается, Бешеная Ирка все эти годы так и жила внутри, оставаясь в тени.
Я выла, бросала на пол посуду, громила фотографии в рамках, расставленные по дому, рвала и топтала рубашки Артёма, выплёскивая свою ненависть.
Если бы он вошёл в квартиру в тот момент, наверняка набросилась и расцарапала лицо, обозвала самыми последними словами, выгнала вон.
Теперь я знаю, как мечется по клетке раненый зверь. Он готов покусать и загрызть любого, кто войдёт, лишь бы избавиться от этой боли.
Сделать больно другому. Наказать, за свои страдания.
Истерика прошла так же быстро, как и началась.
Я сидела в гардеробной на полу, держала в руках пиджак любимого и рыдала, размазывая по нему тушь и помаду.
А потом… лихорадочно начала проверять карманы, искать адрес этой Маргариты или её телефон. Или доказательства, что любовница у него не одна.
Вот так и начинает «ехать крыша» у обманутых жён.
Ты сама не замечаешь, как скатываешься всё ниже и ниже в своём безумии.
Превращаешься в одержимую желанием найти доказательства, улики, вывести на чистую воду…
Своим разрешением на измену я едва не разрушила себя.
Осталась на волоске от гибели.
Чуть не сделала сиротой дочь…
Полночи наводила порядок в разгромленном жилье.
Собирала в чёрный мусорный пакет осколки своей благополучной семейной жизни.
Уже понимала, что всё хорошее осталось в прошлом. Впереди меня ждёт долгая дорога боли, страданий, раскаяния за свою ошибку и неизвестности.
