Внезапно, до него доносится мощный гул голосов, и по наитию парень движется в сторону, откуда тот доносится, оставив позади психически резонансную область. Чем ближе от к гулу, чем отчетливее слышит рев сотен глоток. Пройдя через будку охранника, встроенную в металлический сетчатый забор, он попадает совсем другое царство. Даже в воздухе здесь ощущается аромат мужественности. А также пота и плохо выстиранных носков. На аналогичной площадке с силовыми тренажерами тусуется много крепких парней и подростков, в отличие от пустующей на женской стороне.

Здешняя спортивная площадка вдвое больше. Одна половина точно такая же, как в корпусе девочек, а на другой установлены ряды деревянных бревен, плотно обвязанных веревкой, и каменных столов. Под крики мастера местные ученики бьют в бревна кулаками или толкают их плечом. На каменных столах мешки с мелкой галькой, которые отбивают другие ученики. На десятках бойцовских рингов они отрабатывают друг с другом не броски и хваты, а удары и защиту. Кто-то стоит, подняв руки перед собой и слегка расставив ноги, другой бьет его в обнаженный торс ногой или кулаком. Потом они меняются. Мысленно представив себя без одежды, довольно тренированный Акира понимает, что находится в куда худшей форме, чем эти подростки. Да, блин, куда он попал⁈ Здесь действительно учат на магов или пилотов мехов?

— Муж, тебе не кажется, что Ника слишком часто сюда шастает? — с ехидной улыбкой спрашивает Зоя, когда они остаются в одиночестве. — Нам одной Вайолет хватает за глаза. Мне лично без разницы, если у тебя появится еще одна супруга. И Вика также тебе ничего не скажет. Я общалась на эту тему с Мариной, она недовольна, но не станет устраивать скандал. Для укрепления связей с утопианцами мы не против политического брака. Ты только скажи.

— С чего ты решила, что я рассматриваю кого-то из них для брака? — Большой Босс своими сильными руками подхватывает супругу и сажает себе на колени, отчего та взвизгивает.

В отличие от Марины и Виктории, сильно прибавивших в росте, оставшись при своей изначальной комплекции, Вторая Госпожа больше прибавила в объемах, чем в росте. Ее 190 см могут показаться значительными для среднестатистической землянки, но на фоне двух с половиной метрового супруга она кажется весьма миниатюрной. Ее макушка находится на уровне сосков любимого. Даже сидя у него на коленях, Зоя едва дотягивается темечком до подбородка мужчины. Меж тем, при обхвате груди в 110 см, талии 65 см и бедер 104 см, она совсем не похожа ни на маленькую девочку, ни на опытного бойца. Ее зрелая женственность очень примечательная и привлекательна, хотя и создает некоторые проблемы в ближнем бою. Она даже не может победить Вику, которая почти не тренируется, а занята общественными делами. Высокая, но хрупкая и миниатюрная на вид Марина может одолеть обеих даже со связанными руками. Однако, мягкие и округлые формы нисколько не мешают ей во время снайперской стрельбы. Макс не отпускает Вторую Супругу на реальное поле боя, но она участвует во многих спецоперациях на четвертом, пятом и шестом пластах Механоида через робота-аватара.

— Мы здесь уже неделю, и ты почти не возвращаешься на Землю, — качает головой красавица, радостно прильнувшая к могучей груди. — Ходят слухи, что у тебя есть чувства к этой маленькой девочке.

— Послушай, я — уже старый дед, — криво ухмыляется Босс. — Какие чувства у меня могут быть в восемнадцатилетнему ребенку? Разве что, некая сентиментальность, оставшаяся из прошлой жизни, когда я часто смотрел аниме. Как у мужчины, у меня есть сексуальный интерес в разнообразии, но он не такой преувеличенный, как кажется со стороны. Мое нынешнее молодое тело вырабатывает тонны тестостерона, но это только физика. Вас троих мне за глаза хватает, чтобы утолить жажду.

— А политические мотивы?

— Политические мотивы? Ха-ха! — мужчина в голос смеется. — Я — лендлорд одиннадцати Звездных систем. У меня есть подчиненные фракции на Аквамарине, Стилиме и других планетах. Думаешь, с моей силой и властью мне необходимо успокаивать местное население через политический брак? Я пришел сюда со всей своей силой, чтобы установить собственную власть. На Утопии не может быть никакой другой фракции, кроме Республики Надежда. Я ничего не делаю с независимыми государствами на Земле из-за чувства принадлежности к расе землян, а не потому что я боюсь восстания или революции. Я могу быть достаточно добрым к собственной расе, чтобы дождаться естественной интеграции, но утопианцы — иная раса. Пусть даже они и люди или антропоморфы, пусть даже и красавицы. Для них я всегда буду чужаком, и я не могу быть с ними таким же терпеливым, как с землянами. Политический брак повлечет за собой массу проблем, в частности, другие страны также захотят выдать замуж своих представительниц, чтобы сформировать фракции интересов. Я этого не хочу. Здесь могут быть представлены только интересы Республики и Гильдии, а не чьи-либо другие.

— Ты всерьез не рассматриваешь их в качестве партнерш?

— Нет!

— Твои слова могут расстроить девочку… девочек…

— Они уже взрослые. Переживут как-нибудь. Я не стану с ними нянчиться из-за безответной любви.

— И что, они тебя вот вообще никак не интересуют?

— Как я уже сказал, политический брак на Утопии бесперспективен. Даже чреват проблемами. Для согрева моей постели у меня есть такая красавица, как ты. Я — не какой-нибудь кобель, чтобы жаждать каждого свежего женского тела. Если кто-то из них проявит исключительный талант, работая на меня в армии или в правительстве, и будет достаточно настойчив, чтобы держаться меня пару десятилетий, я могу и рассмотреть их кандидатуру. В конце концов, Вайолет, хотя и озорная и своевольная, обладает приятным характером. На данный момент. Это может прозвучать несколько утилитарно, но я не в том положении и не на той должности, чтобы играть в романтику и любовь.

— Тогда, почему ты все время здесь торчишь? — с интересом в глазах любопытствует Зоя.

— Мне нужно успокоить местных, — качает головой Макс. — Пока Вайолет и Ника видят меня каждый день, они думают, что я серьезно настроен на защиту Утопии. Конечно, мой серьезный настрой не зависит от того, нахожусь ли я в здешнем командном центре, либо на Земле, но если своим присутствием я могу поднять дух местных солдат, почему бы не использовать это преимущество?

— Хмм… Значит, мы тебя неправильно поняли.

— Однозначно!

Биг Босс заглядывает в свой баланс. На счете довольно много цифр. И все бы ничего, если бы перед ними отсутствовал знак «минус». Хотя земляне и уничтожают толпы демосов каждый день, прибытие солдат, инженеров и техники не прекращается уже больше недели. И за каждый грамм телепортируемых материалов и людей приходится платить системными очками. Кроме того, строительство укреплений и жилых комплексов также время от времени требует очков. И только значительная боевая сила на Утопии-3, а также солидный ежедневный прибыток позволяет Максу занимать столько очков у Системы. Просто так зайти в минус не получится, нужен солидный военный контингент на Утопии в качестве гаранта возвращения очков. Таким образом, в общем боевом зачете он все еще держится на последнем месте. Сколько конкретно очков занял или заработал тот или иной игрок, Система не показывает, оставляя отстающим игрокам надежду на преодоление разрыва. Однако, Большому Боссу на данном этапе и не нужно знать, каков разрыв. Он пришел на Утопию, чтобы властвовать, а также, чтобы соединиться с армией Стилима. Ему не нужно зарабатывать очки, а нужно уничтожать демосов и укреплять свою местную армию.

За прошедшую неделю земляне при поддержке королевской армии Миуйи и присоединившихся к землянам повстанцам уничтожили несколько десятков точек вторжения. Основная часть добровольцев из защищенных городов вступает в ряды королевской армии. Вместе с тем, у миуйцев уже возник дефицит боеприпасов, бронетехники и топлива. Поэтому в качестве авангарда работают земляне, и часть добровольцев напрямую присоединяется к армии Республики Надежда, отринув свою прежнюю идентичность. К этим добровольцам земляне относятся позитивно, но на поле боя большинство из них не допущены из-за недостаточно боевой подготовки. Только некоторые бывшие солдаты смогли войти в состав логистической команды на передовой. Остальные все еще застряли в тренировочном лагере.