— Во время нашей прошлой встречи я был невежлив и не представился, — мой спаситель впился в меня взглядом, — лорд Джарвис Морвил, к вашим услугам, мисс Джейн Грей.

Я вошла в дом, плотно прикрыв за собой дверь и закрыв ее для надежности на засов.

Красть у нас с матушкой нечего. Разве что дрова. И все же, лучше обезопаситься. По ночам в трущобах бывает неспокойно.

Стоило мне войти и снять верхнюю одежду, как матушка появилась тут как тут. Взволнованно посмотрела на меня и быстро спросила:

— Как ты?

Я вздохнула.

— Увы. Сегодня снова не повезло найти работу, — ответила, а сама подумала о предложении, которое мне сделал лорд Джарвис Морвил. Соблазн ответить согласием был велик. Но еще больше был риск, о которых Морвил меня предупредил, как истинный джентльмен.

— Я не о работе, — матушка взяла меня за руку и провела к столу. Усадив, налила миску похлебки и положив на тарелку кусок темного хлеба, села напротив, подперев щеку рукой. – Тут приходили какие—то люди. Тебя искали.

Не стоило огромного труда догадаться, кто именно это был.

— Знаю я таких господ, — продолжила мама. – Сразу им отворот поворот дала.

Я бросила на нее быстрый взгляд, решив пока не рассказывать о встрече с лордом Морвилом и тем более о его предложении. Матушка запретит. Да и я пока не определилась, согласиться или нет. Нам очень нужны деньги. Матушке на лекаря, нам на еду. Да и мысли о хорошем доме и средствах, способных позволить нам жить далее безбедно, что греха таить, были очень соблазнительными.

Если бы не одно «но» — дядюшка леди Эдит, лорд Пембелтон, от которого, если верить словам лорда Джарвиса, можно ожидать всего, чего угодно. Морвил не сомневался, что в болезни его невесты виновен ее дядюшка. Мне же приходилось верить джентльмену на слово.

— Ты кушай, кушай, — матушка протянула руку и нежно прикоснулась к моим волосам. – Значит, никого не видела перед домом?

Я качнула головой.

— Вот и хорошо, — вздохнула она с видимым облегчением. – Я—то я опасалась, как бы эти двое не подкараулили тебя в переулке рядом.

«А они и подкараулили», — подумала, но промолчала. Незачем волновать матушку.

— Ты остерегайся таких мужчин. Ничего хорошего от них нет, — вздохнув, мама поднялась. – Благородные никогда не женятся на таких, как мы. Впрочем, о чем это я, — она тихо рассмеялась. – Ложись. Утро мудрее вечера. Завтра снова пойдешь искать работу?

— Да, — ответила я.

Матушка одобрительно кивнула и устало пошла спать.

Я доела похлебку, а когда мыла посуду в тазу, услышала, как она засопела уснув.

Неловко улыбнувшись, я снова и снова повторяла в памяти слова лорда Морвила:

«Если вы, все же, решитесь согласиться, поверьте, я клянусь, что сделаю все мыслимое и немыслимое, чтобы с вами ничего не случилось. И обещаю: когда все закончится, вы не будете ни в чем нуждаться».

«Дом. Деньги. Спокойная жизнь!» — проговорила я мысленно, а затем вытерла руки и отправилась спать.

***

Ни свет ни заря нас с матушкой разбудил требовательный стук в дверь. Не сразу сообразив, что к чему, я села, сонно моргая, когда стук повторился.

— Я открою, — услышала голос матери и, откинув одеяло, поднялась с кровати, закутавшись в старую шаль.

Скрипнула дверь. В дом, вместе с сыростью промозглого утра, ворвался мистер Фармер, занимавшийся сбором аренды. Не потрудившись даже закрыть за собой дверь, он сделал несколько шагов к едва тлеющему очагу, бесцеремонно взглянул на меня, кутавшуюся в шаль, а затем наклонился, подхватил одно из оставшихся бревен и сунул в угли, расшевелив пламя.

— Что произошло, Вильям? – спросила взволнованно матушка. Фармера она знала с того возраста, когда он был еще сопливым мальчишкой и воровал у торговцев яблоки. Теперь перед нами был взрослый мужчина, сменивший привычку к воровству на работу, которая мало чем отличалась от его детских увлечений.

Вильям резко распрямил спину, обернулся и, смерив мою маму уничижительным взглядом, выплюнул:

— Для вас, миссис Грей, не Вильям, а мистер Фармер, — поправил он ее довольно резко. – И да, я пришел получить деньги. Вы же помните, какое сегодня число?

Мы с матушкой переглянулись. Она нахмурилась, а затем перевела взгляд на незваного гостя, который уже вполне вольготно устроился на лавке. Вытянув вперед длинные ноги в перепачканных высоких сапогах, мужчина торопливо почесал крупный нос.

— Но вы же обещали дать нам отсрочку, — проговорила матушка.

— Обещал, — он кивнул и расплылся в улыбке. – Но я ведь хозяин своего слова, не так ли, миссис Грей? – улыбка Вильяма стала еще шире и неприятнее. – Хочу, даю, хочу, забираю. Так вот, — тон его голоса стал резче. – Обстоятельства изменились. Возможно, в этом доме будет жить другая семья. Более платежеспособная.

— Но… — голос матушки дрогнул. – Вы не посмеете выставить нас! Мы всегда честно платили. Впереди зима…

— Что прикажете делать? – Фармер сунул в рот палец и принялся ковырять в зубах. Я поморщилась при виде подобного зрелища. Отвернулась, негодуя на мерзавца. – Деньги мне нужны. И прямо сейчас.

Матушка качнула головой.

— Я могу дать вам крошечную, скажем так, отсрочку, — Фармер вытащил палец изо рта, посмотрел на него, после чего вытер об штаны. – До завтра. Устроит? – спросил он, снова улыбнувшись. – Завтра, мои дорогие дамы, крайний срок.

— Завтра? – мы с матушкой переглянулись. – Но… — проговорила она.

— Нам не собрать такую сумму всего за день, — произнесла я решительно. – Это нереально!

Фармер развел руками.

— Я свои условия назвал. Если постараетесь, сможете выкрутиться.

Он поднялся и шагнул ко мне. Взгляд Вильяма изменился, став отвратительно липким. Встретившись с ним глазами, я невольно плотнее запахнула на себе шаль.

— С вами, мисс Грей, я бы мог договориться по поводу небольшой, скажем так, отсрочке, — сказал он и придвинулся ко мне. Глаза мужчины сверкнули и стали совсем масляными. Я прекрасно поняла, на что он намекает.

Гнев заполнил душу. Но удержав его в себе, просто отступила назад, давая Фармеру шанс удалиться.

— Мы можем встретиться вечером, — продолжил сборщик аренды. – Я очень щедрый мужчина и…

Закончить фразу Вильям не успел. За его спиной что-то оглушительно загремело, зазвенело, а затем в наступившей тишине прозвучал ледяной голос матушки:

— А-ну пошел вон!

Фармер медленно обернулся. Я удивленно посмотрела на матушку, которая застыла с кочергой в руке. Вид при этом у нее был самый воинственный. Так что я даже удивилась. Нет, я знала, что матушка при случае может показать характер, но такой разъяренной видела ее впервые.

— Вы чего это, миссис Грей? – спросил Фармер, явно не устрашившись вида моей матери. Я же подумала, что зря он ее недооценивает.

— Вон, говорю, пошел, — повторила она почти спокойно, а затем с силой опустила кочергу, ударив по старому ящику, в котором мы обычно держали запас угля или дров. Ящик печально хрустнул и рассыпался, а матушка снова подняла свое оружие и воззрилась на Вильяма. – Еще нужны объяснения?

— Я хотел как лучше, — разозлился сборщик аренды. – А вы свою Джейн слишком уж опекаете. Здоровая девка. Или принца ждете? Так не дождетесь! А я, может быть, и женился бы на ней потом, а так…

Мне отчего—то стало смешно. Я смотрела на этого мужчину, одетого в потертый костюм, в грязных сапогах, небритого, отвратительного даже на вид, и вспоминала лорда Морвила и его предложение.

Вот уж действительно, видимо, сама судьба решила за меня!

— Пошел вон! – не выдержала матушка и замахнулась на Фармера.

Стоило отдать Вильяму должное – ретировался из нашего дома он проворно, благо дверь так и осталась распахнутой. Он выбежал во двор, запутавшись в бельевых веревках, выкрикивая какие-то мерзости обо мне и матушке, а затем пустил стрекача, когда мама, вконец разозлившись, швырнула ему вслед кочергой.