Скользнув взглядом по ткани, я заметила пятнышко свежей крови и нахмурилась.

– Что это?

Морвил вернул платок назад.

– Кровь леди Эдит. Ткань обработана специальным магическим составом. Попавшая на нее кровь сохраняет свои свойства: не сворачивается, не темнеет, – объяснил он.

– Но для чего вам кровь леди Пембелтон? – я, право слово, не понимала.

– Во время брачной церемонии сэр Энтони может потребовать провести проверку на подлинность крови и вашу принадлежность к его фамилии. Он хитер. Боюсь, Пембелтон в состоянии заподозрить нас в обмане, – объяснил Джаврис. – Я хочу предугадать все варианты, чтобы этот брак состоялся.

– То есть… – я нахмурилась.

– Да. Если он потребует провести проверку, я устрою все так, что в руки проверяющих попадет нужный платок, но, – Морвил усмехнулся, – будем надеяться, что это напрасная предосторожность и до проверки не дойдет.

– Понимаю, – вздохнула я.

– Итак, моя милая леди, наш неожиданный контракт принимает интересный оборот, – Джарвис отвернулся от меня и подошел к окну. – У вас есть магия и мне хочется помочь вам разбудить ее, уничтожив печать. Но, – мужчина резко повернулся, и я невольно вздрогнула от цепкости его темного взгляда, впившегося в мое лицо, – вы ведь понимаете, что все не так просто. Магистр Кроули не стал бы лично заниматься обычной девочкой из трущоб.

От излишне пристального взгляда Джарвиса мне стало не по себе.

– Скажем так, у меня есть кое–какие мысли на этот счет и пролить свет на эту тайну может лишь ваша матушка, – добавил мой наниматель.

– Вы поделитесь со мной своими догадками? – попросила я.

– Нет, – странно улыбнулся Джарвис. – Я не совсем уверен и не хочу вас напрасно обнадеживать. Пусть все идет своим чередом, согласны, леди Эдит!

Чужое имя резануло слух. Я поморщилась, но Морвил этого не увидел, так как повернулся лицом к окну и, заложив руки за спину, задумчиво посмотрел во двор.

Я проследила за направлением мужского взгляда и снова вздохнула, понимая, что мой наниматель смотрит на снег. Огромные снежинки, сбившись в комки, медленно падали вниз. Небо стало совсем темным. Впору было зажигать свечи или светильники. Но я отчего–то тоже не спешила подняться со стула и покинуть кабинет. В душе творилось нечто необъяснимое. И глядя на падающий снег я думала о том, какой сложной порой бывает судьба и не всегда знаешь, что ждет тебя за тем, или другим, ее поворотом.

– Вам конверт, милорд, – расторопный слуга с поклоном подал лорду Пембелтону поднос, на котором лежал белый треугольник с печатью. Сэр Энтони, сидевший за столом в обеденном зале, тяжело посмотрел на письмо, затем взял его. Он медлил всего секунду, прежде чем решительно сломал печать. Из конверта выпала блестящая открытка. Лорд Пембелтон подхватил ее и, раскрыв, принялся читать. С каждой строчкой лицо мужчины темнело, словно небо перед грозой. Дочитав послание, сэр Энтони сжал свободную руку в кулак и что было силы опустил его, ударив по столу. Зазвеневшая посуда заставила лакеев вздрогнуть и отпрянуть. Слуги переглянулись, а хозяин поднялся и хмуро велел: – Уберите здесь, – после чего взял открытку и твердым шагом направился прочь из обеденного зала.

«Значит, решили сочетаться браком, – подумал он, сжимая зубы в бессильной ярости. Если допустить этот брак, то наследство и титул уплывут из рук. Девчонка Пембелтон стала слишком весомой помехой, и избавиться от нее пока, увы, не удается.

Сначала потерпел крах Питер, теперь Форман не справился с возложенной на него задачей. Казалось бы, что может быть проще, чем напасть на экипаж и толпой хорошо обученных головорезов расправиться с единственным магом и двумя женщинами?

Кого он недооценил или переоценил? Морвила или Ибриса?

Скорее первое. Этот мерзкий лорд Джарвис словно догадывался о чем–то, упорно не желая покидать гостеприимный дом герцогини. Следил за ним, вынюхивал. А ведь какая была чудесная идея: избавиться чужими руками от мешающих людей, а самому остаться вне подозрений!

Лорд Пембелтон стремительно поднялся по лестнице и направился в свой кабинет, едва держась, чтобы не смять полученное приглашение.

Уже оказавшись в комнате, мужчина сел и, бросив открытку на стол, задумчиво скрестил руки на груди, неотрывно глядя на приглашение, словно кусок бумаги был в чем–то перед ним виноват.

Уничтожить его он не мог. Кто знает, вдруг пригодится? Впрочем, сэр Энтони уже знал, что пора брать дело в свои руки. Никто не справится с этим лучше, чем он. Но сначала следует хорошо продумать, как именно провернуть гибель женишка леди Эдит, а затем и самой племянницы. Обставить все необходимо так, чтобы ни одна душа не могла заподозрить его в убийстве.

«Хорошо, что я был любезен с девчонкой в доме герцогини!» – похвалил себя лорд Пембелтон. Затем он выдвинул верхнюю полку и сбросил в нее приглашение – с глаз долой, из сердца вон.

– Сначала все должны увидеть, что я расположен к племяннице, – проговорил он тихо и кивнул, довольный прозвучавшими словами. – Мне надо выразить радость от предстоящего бракосочетания леди Эдит. А еще лучше, послать ей дорогой подарок. Возможно, поздравить через прессу. Пусть объявление появится в газетах. Я должен быть любезным и милым, – губы Пембелтона тронула злая улыбка, – а затем я отправлю Джарвиса Морвила на тот свет, а следом и девчонку.

Сэр Энтони взял чистый лист и перо, приготовившись писать текст объявления в «Столичный вестник».

«Начинать надо с малого. Время еще есть!» – сказал себе мужчина, вспомнив дату, указанную в приглашении.

Время есть, но лучше поторопиться, подумал он, и перо заскользило по белому полотну бумаги, рождая добрые строки.

***

– Итак, приглашения разосланы. Полагаю платье, которое шилось для Эдит, идеально вам подойдет, – обрадовал меня Джарвис этим утром, когда мы, в сопровождении миссис Харт, вошли в его кабинет.

– На какую дату назначена свадьба? – совсем по–деловому спросила Энн, а я поджала губы, понимая, что мне придется встать перед алтарем рядом с Джарвисом и произнести лживые клятвы. Одно дело врать людям, и совсем другое – богам. Матушка точно этого бы не одобрила.

Ах, да… Матушка…

Я вздохнула.

Не сомневаюсь, она удивлена, что я не прихожу в гости. Возможно, даже взволнована. Но Джарвис обещал, что мы поедем к ней. Я даже приготовила одно из старых платьев. Надену его, а сверху закутаюсь в длинный теплый плащ, чтобы прислуга не увидела свою госпожу, одетую, как служанка.

– Сегодня же вечером я приглашу модистку, – между тем продолжали разговаривать миссис Харт и лорд Морвил, – полагаю, платье придется немного расширить, – высказалась Энн. – Мисс Грей более плотного телосложения.

Джарвис покосился на меня и покачал головой.

– Не думаю. Она заметно похудела.

– Если это и так, то это все нервы, – согласно кивнула миссис Харт.

– Дни перед свадьбой самые опасные, – продолжил Джарвис. – Сегодняшняя поездка к вашей матушке, мисс Грей, будет первой и последней до того, как вы станете моей женой.

Я подняла глаза и встретила взгляд нанимателя, не удержавшись, чтобы не поправить его.

– Не я, милорд, а ваша настоящая невеста леди Пембелтон.

Он как—то странно посмотрел на меня и усмехнулся.

– Вы правы, Джейн.

– А мне вот интересно, как отреагировал на приглашение лорд Энтони Пембелтон, – произнесла миссис Харт. – Наверняка рвет и мечет. Вы, милорд, играете с огнем.

– Знаю. Но чем раньше мы с Эдит станем супругами, тем быстрее все закончится, – ответил Джарвис.

– А леди Эдит? – спросила я. – Ей не стало лучше, хотя бы немного?

Морвил только развел руками и тут же развернувшись, направился к столу. Присев, он важно притянул к себе какие–то документы и начал читать.

– Когда мы едем к моей матушке? – решилась уточнить.

Джарвис поднял взор.