— Поправка. Мы ждали, что они сделают это быстро. И если мне потребуется напоминание, то я в телефоне себе заметку сделаю, — огрызнулся я и повернулся к Алисе. — Ты возражение уже подготовила?

— Почти, — кивнула она. — Нужно только внести пару правок. Это даже хорошо, что они подали своё сейчас. Я сразу сделаю корректировки, и через пару часов всё будет готово.

Выслушав её, я кивнул.

— Отлично. Занимайся.

— Когда будет готова исправленная заявка от Белова?

— В конце недели, — ответил я. — Его люди сейчас над ней работают, так что скоро её подадут.

Алиса посмотрела на меня с лёгкой тревогой в глазах, на что я лишь пожал плечами. Её опасения я понимал. Да, как и сказал Лев, мы ждали, что они подадут эту жалобу. Тут ничего нового. Как ответить на неё, мы тоже знали. Проблема не в ней. Проблема в том, что это, по сути, было единственное, что они сделали за всё проклятое время. И вот такая вот пассивность меня уже напрягала.

В остальном же, если не брать эту несколько неприятную весть, совещание прошло хорошо. Нужно будет только проверить работу Алисы. На всякий случай. И нет, я не верил, что она может допустить какую-то ошибку в столь простой задаче, но… бережёного бог бережёт, как говорится.

Когда все разошлись по своим кабинетам работать, а я направился в свой собственный, то заметил, что иду туда не один.

— Что? — поинтересовался я. — Хочешь сменить должность? Дать тебе место моего секретаря?

— В каком смысле? — не понял Лев.

— В прямом, Лев. Потому что я не вижу ни единой причины, по которой ты мог бы сейчас идти в сторону моего кабинета вместе со мной.

О как. Полыхнул злостью, но сдержался. Забавно, год назад он бы молчать не стал. Значит, есть причина. Интересно только, какая именно? Может, боится, что я его за неосторожное слово уволю?

— Я поговорить хотел, — произнёс он с десяток шагов спустя.

— Ну, раз хотел, то пошли поговорим, — вздохнул я, сворачивая.

Дошёл до кабинета и открыл дверь.

— Присаживайся.

— Спасибо.

— Уверен?

— В смысле? — не понял Лев, садясь в кресло напротив моего стола.

— Не хочешь попридержать слова благодарности? — уточнил я, заняв своё место. — Ну, вдруг тебе расхочется их говорить после того, как я тебе откажу.

Его глаза прищурились.

— Я же ещё ничего не спросил.

— А тебе и не надо, — пожал я плечами. — Мой ответ — нет.

— Ты же не знаешь, что именно…

— Ты хочешь вести дело Белова вместе со мной в суде, — перебил я его и моментально ощутил всколыхнувшееся внутри него удивление.

— Я даже спрашивать не стану, откуда ты…

— И не нужно, — кивнул я. — Потому что мой ответ будет точно таким же. Нет, Лев.

— Почему? — спросил он, явно сдерживая себя.

— Потому что своими собственными стараниями ты добился того, чтобы каждая более или менее приличная фирма отсюда и бог знает откуда стала считать тебя нерукопожатным, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза.

— Это Лазарев…

— Нет, Лев, — вновь перебил я его. — Это ты. Ты и только ты сам виноват в том, что оказался здесь с протянутой рукой. Ты, твой скотский характер, манера вести дела, мелочность и жадность.

— Удивительно, что это ты мне говоришь, — уже с трудом сдерживая рвущееся в голос презрение пополам с гневом сказал он. — Ты точно такой же.

Что сказать. На подобный пассаж у меня имелся ответ, который я произнёс с абсолютно невозмутимым лицом.

— Я уже говорил тебе, Лев. Мы с тобой сильно разные. Но да. Кое в чём мы с тобой действительно схожи. Я тоже не чураюсь грязных методов. Только в отличие от тебя я избирателен в своих действиях.

— И что? — с вызовом бросил он мне. — Думаешь, что только потому, что боишься запачкать ручки, ты чем-то лучше меня? Что? Я не заслуживаю второго шанса из-за поганой и тупой ошибки в прошлом? Так что ли⁈

— Проблема не в том, что я боюсь быть мразью, Лев. Проблема в том, что, в отличие от тебя, я должен думать не только о себе любимом. На мне висит фирма. И ты сам видишь, в каком положении мы находимся. И если бы я считал, что ты даже на йоту не заслуживаешь этого самого второго шанса, то я выгнал бы тебя за порог уже через пару минут после того, как твоя нога ступила на этаж. А если бы я был точно таким же, как ты, то использовал бы твою информацию про Белова. И сделал бы это предварительно вышвырнув тебя за дверь. Как видишь, я так поступать не стал.

— Тогда в чём причина?

— В том, что ты прокажённый. Буквально. Хочешь вернуться в большую игру? Хорошо. Я понимаю это. Это потребует времени и сил. Но я не собираюсь рисковать репутацией фирмы и демонстративно показывать тебя на людях…

Услышав меня, Калинский фыркнул.

— Ты не можешь этого скрывать. Я уже закрыл для тебя дело…

М-да. Ну вот мы и дошли до самой мякотки, как говорится.

— Строго говоря, Лев, его закрыла Алиса. Именно её фамилия будет стоять на всех документах в конечном итоге.

В кабинете повисла тишина. Калинский выглядел так, словно я его сейчас палкой по голове ударил.

— Прости, — очень медленно произнёс Лев. — Что ты сейчас сказал?

Надо же. А я думал, что в этом плане он умнее. Думал, что он сразу поймёт, а в итоге…

— Лев, вот давай только сейчас без скандалов и истерик, хорошо, — попросил я. — Мы с тобой оба взрослые мальчики и понимаем, как устроена игра…

— Я решил дело Парфина! — проговорил он с рычащими нотками. — Я это сделал!

— Да, — не стал я спорить. — А если бы им занимался не ты, то это сделала бы Алиса или Вадим. Или что? Ты думал, что я настолько туп или невнимателен, что не проверил документы по предыдущим судебным делам заранее? Конечно же я знал, что экспертиза была подставная в пользу ответчика.

Лев медленно сглотнул ком в горле. Его правая рука поднялась, и он коснулся кончиками пальцев губ, словно раздумывал над ответом. Да только я уже прекрасно чувствовал — ни над чем он не раздумывал. Скорее тянул время в поисках моральных сил, чтобы не наброситься на меня прямо тут.

Потому что желание дать мне в морду читалось в его эмоциях так же чётко, как чёрная надпись на белоснежном фоне.

— То есть, — медленно проговорил он, глядя куда-то мимо меня. — Это всё было идиотское представление…

— Ну почему же, — пожал я плечами. — В конце концов ты сам решил это дело, разве нет? Ты нашёл хороший выход и…

— Какой же двуличный говнюк.

Лев посмотрел на меня и покачал головой.

— Я-то думал, что ты дал мне второй шанс, а ты просто потешался…

— Я и дал тебе второй шанс, — поправил я его. — Или мне напомнить, почему ты пришёл ко мне в поисках работы, вместо того, чтобы обивать пороги в других фирмах? Нет? Так я напомню. Тебя бы туда не пустили, но ты и сам это знаешь. Так что я дал тебе этот шанс. И ты его оправдал. Потому ты всё ещё здесь…

— ТЫ ВЗЯЛ МЕНЯ ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО ТВОЯ ИДИОТСКАЯ ФИРМА В ЗАДНИЦЕ! — неожиданно рявкнул он. — Потому что вы идёте ко дну, так что засунь своё благородство…

— А что, я когда-то отрицал причину, по которой это сделал?

— Ты сделал это потому, что я принёс тебе информацию про «ТермоСтаб»!

Какое-то слишком глупое обвинение.

— Я и этого не отрицал, — кивнул я. — И, как я уже сказал, заметь, я не погнал тебя за порог после того, как выслушал…

— Да, конечно, — фыркнул Калинский, вставая с кресла. — Конечно же не сделал. Ты ведь весь такой высокоморальный и правильный, да, Рахманов? Стараешься выглядеть беленьким и пушистым, но даже тут не смог отдать мне победу…

— Лев, не неси чушь…

— Да пошёл ты, — прервал он меня. — Знаешь, что самое смешное? Я всё равно пришёл бы к тебе. Ещё раньше бы пришёл. Потому что ты прав. Меня действительно никуда не пустят. Только вот я не знал, в какой заднице находится твоя поганая шарашка! И если бы я этого не узнал, то даже не стал бы париться с попыткой получить для тебя информацию по возможному клиенту…

— Ну, тогда прошу. Чемодан. Вокзал. Юридические консультации какой-нибудь Тувы. Вперёд, Лев…