Он умолк.

— Я понимаю, что не могу дать ей то, что она хочет. Был бы я богат, то она бы меня любила!

— За деньги? — спросил я.

— Да пусть за них. Я ведь люблю ее, — усмехнулся подполковник Брайс. — И мучаюсь при мысли, что не оправдал ее надежд… Но Аврелия, она… она другая… Она не похожа на мать. Я до сих пор не могу простить себя за то, что не уберег ее… Я же еще спрашивал, нет ли у нее кого-то на примете. И она ответила, что нет. Посмотрите на меня? Разве я бы стал заставлять собственную дочь выходить замуж за нелюбимого?

— Тогда как это получилось? — спросил я.

— Она часто гостила у старой тетки. Тетка еще та интриганка. Когда-то состояла фрейлиной при дворе, но была изгнана с позором за то, что из-за нее на дуэли погиб министр, — заметил подполковник. — Поначалу она мечтала вернуться, но годы взяли свое. Но старуха все грезит о балах… Быть может, где-то тетка не уследила.

Пока я металась по комнате, послышался стук колес. Он сменился уверенными и твердыми шагами и скрипом открываемой двери в комнату. На пороге стоял муж.

— Мадам! Я вам что сказал? — произнес Вэндэл, уставившись на мать. — Чтобы я вас не видел!

— О, я приехала навестить дочь! — заметила мать, глядя на меня с таким притворным умилением, что меня аж передернуло. — Я волнуюсь за нее. Она еще так слаба! К тому же вам давать первый семейный бал! И очень ударит по репутации, если бал будет не на высоте! А она такая неопытная. Ей обязательно понадобится чей-то совет и помощь!

— Сможешь организовать бал? — спросил генерал, хмуро глядя на мою мать.

Я не смыслила в балах ровным счетом ничего. Мне всегда казалось, что оно как-то само собой организовывается. Но сейчас, видя, как мать горит желанием организовать бал от моего лица, мне вдруг захотелось сказать «Да!».

— Да, — назло матери ответила я. — Думаю, я смогу организовать бал!

Одна только мысль о том, что мать будет здесь всем заправлять, вызывала у меня зубной скрежет. Никогда! Я не позволю ей тут командовать!

— Ты опозоришься! — воскликнула мать. — Не слушайте ее, господин генерал! Девочка еще ни разу не организовывала балы! Вы понимаете, что соберутся сливки общества! Тем более, что до меня дошел слух о том, что сюда едет принц! Это вам не скромный бал! Это должен быть грандиозный бал! И моя дочь не справится! Я уверена! На кону ваша честь и репутация!

Она произнесла эти слова с вызовом. Я посмотрела на генерала, который смотрел на меня. Поймав его взгляд, я сжала кулаки.

— Пусть организовывает бал жена, — произнес генерал.

— Она слаба! Подумайте, а что если ей станет плохо? Ей бы сейчас подольше находится в постели, а тут намечаются разъезды! Они очень утомительны, поверьте мне на слово! — заметила мать с наигранной тревогой. Глаза у нее блестели, словно она предвкушала праздник.

— Я справлюсь! — произнесла я, чувствуя, что уже иду на принцип. Я не хотела видеть мать хозяйкой в моем доме! А она, видимо, спала и видела, как командует мной и генералом. Холодный взгляд Вэндэла намекал, что где сядешь, там и слезешь. Если не упадешь.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — строго произнесла мать, наклонившись к моему мужу. — Она не знает, как провести подобное мероприятие! Весь дворец будет смеяться над ней! Над вами!

— Они будут смеяться над нами, если мы позволим вам вмешиваться в организацию бала, — резко ответил Вэндэл, не отводя взгляда от меня.

Я почувствовала, как внутри меня разгорается пламя решимости. Этот бал станет моим.

— Я уже сказала, что организую его сама! — повторила я с силой, заставляя себя говорить уверенно. Мать возмущенно вздохнула, но в ее глазах я заметила легкую растерянность. Она не ожидала от меня такой стойкости.

— Вы не можете принимать такое важное решение, при условии, что у вас нет опыта, — произнесла она, оборачиваясь к генералу с наигранной заботой. — Пожалуйста, подумайте о вашем доме, о вашей репутации, о семье! Одно дело — позор перед соседями. Месяц — два погудят и забудут. Но другое дело перед особами королевской крови!

На этих словах, мать благоговейно прикрыла глаза.

— Мы сами можем позаботиться о своей репутации, — уверенно ответил генерал, испепеляя взглядом мою мать. Его поддержка придавала мне сил. — Если моя жена уверена в своих силах, пусть организовывает. Я в этом ничего не смыслю.

Некоторое время мы смотрели друг на друга молча, и в этот момент я поняла, что этот бал станет не просто мероприятием, а настоящим экзаменом для меня. Я должна была доказать всем, и прежде всего самой себе, что могу справиться с этой задачей.

— Хорошо, — произнесла я, прокладывая дорогу своим мыслям. — Спасибо, ма-ма! Но твоя помощь здесь не понадобится!

Моя мать опешила. Я произнесла слово «ма-ма» так, словно забиваю тапкой тараканов, бегающих по полу. Она явно не ожидала, что я буду настолько упорной, поэтому поджала губы. Вэндэл улыбнулся с лёгким вызовом, как будто зная, что эта битва только начинается. Я почувствовала прилив энергии и уверенности.

Я чувствовала, как волнение сменяется решимостью. Если подготовка немного растопит лед между нами? Вдруг она сможет нас сблизить?

Мать что-то фыркнула и направилась прочь. Я почувствовала, как решимость постепенно сходит на нет. Я даже не знала, с чего начать!

— До бала неделя. Маргарита тебе поможет, — кивнул генерал, направляясь к двери. Он даже не задержался, хотя мне очень хотелось, чтобы он остался. — Сейчас она придет. Все счета на оплату присылать на мое имя.

И все? И это вся помощь? Я надеялась, что мы будем вместе, а тут… От досады я фыркнула, поджимая губы.

— А ты? Ты уходишь? — спросила я, видя, как муж остановился в дверном проеме. Свет из коридора очерчивал его высокий и мощный силуэт. — Может, просто поговорим?

Мне вдруг стало ужасно стыдно за свой порыв и за слова, которые слетели с моих губ. Раз уж судьба подарила мне этого мужчину, такого о котором я мечтала, то я должна его беречь.

Судьба она штука интересная. Она иногда дарит щедрые подарки, но как только ты перестаешь радоваться им, перестаешь ценить их, как она их отбирает.

— И о чем ты хотела бы поговорить? — спросил Вэндэл. Он передумал уходить, а я не верила в свое счастье. — Предупреждаю. У меня нет желания разговаривать про наши с вами отношения. Я очень устал.

— Ты можешь просто что-то рассказать, — выдохнула я, чувствуя напряжение.

— И что же рассказать? — спросил Вэндэл. — Я могу рассказывать о войне и смерти. Боюсь, эти темы тебе не понравятся. Женщины предпочитают другие темы. О моде и кружевах.

Я чувствовала пропасть между нами. И она все разрасталась. Казалось, я стою на одном конце, а он на другом.

— Я просто подумала, что мы могли бы для начала просто разговаривать. Как друзья, — выдохнула я, пытаясь скрыть чувство неловкости.

— Дружить? С женщиной? — удивился муж, делая паузы между словами. — Это невозможно.

— Ты просто не пробовал! — вздохнула я, стараясь улыбаться. — А вдруг это интересно? А вдруг женщина окажется интересным собеседником?

Я цеплялась за каждую секунду, которую он находится рядом. С одной стороны, я понимала. Ему нужно время и одиночество, чтобы он принял решение. А с другой стороны, за это время решение может быть любым.

— Я скучный собеседник. За время службы я растерял свои манеры. Мне сложно перестраиваться на высокопарно — изысканный лад. И многие выражения могут показаться… неприемлемыми, — с кривой усмешкой произнес Вэндэл.

Он смотрел на меня с вызовом, а потом стал выходить за дверь.

— Ну, как хотите, — холодным голосом произнесла я, понимая, что попытка не удалась. Ну что ж. Значит, ему нужно больше времени, чтобы простить ужасное начало нашего брака. Наверное.

— Ну что ж, я пыталась, — грустно усмехнулась я. — Не смею вас больше задерживать.