Откланявшись, я спиной отступаю к двери, а затем аккуратно разворачиваюсь и покидаю приёмный зал. С кронпринцем я тоже попрощалась, но старалась не смотреть на него вовсе.

Он пугает меня. Будто всё его бытие противоестественно.

И я должна стать его женой?

Кас, кажется, заподозрил неладное, ведь когда я проходила мимо него, его аура колыхнулась.

Лёгкий стук в дверь перед ужином заставляет меня дёрнуться. Всё это время я просто лежала на кровати, пытаясь переварить то, что произошло днём.

— Госпожа, к вам пришёл лорд Тинрейт. — Голова служанки выглянула из-за двери.

— Минутку.

Я отрываю голову от подушки и, чуть не споткнувшись об угол огромной кровати, бросаюсь к сундукам, которые уже успели занести в мои покои. Там я кое-как нахожу и накидываю на себя халат.

— Барон может войти.

В дверях показался Кас. По его ауре я понимаю: у него есть ко мне вопросы. Не самые приятные вопросы.

Убедившись, что служанка ушла, а нас никто не слышит, мужчина подходит ближе и садится на край кровати. Я продолжаю стоять, сложив руки на груди и неосознанно прикладывая к губам указательный палец.

— Что произошло? Всё шло хорошо, пока тебя не представили принцу. — Его голос звучит строго, но аура барона не кроет в себе потайной злобы.

— Кас… — Мой голос звучит тихо. Незаметно для себя я начинаю нервно грызть ноготь, большим пальцем теребя кольцо на своём мизинце. То самое кольцо, благодаря которому я тут оказалась. — У меня… нет, у нас проблема!

Он смотрит на меня с недоумением. Вспоминая то вселяющее ужас чувство пустоты, я начинаю нервно выхаживать круги по комнате.

— Да объяснись ты уже! — Кас встаёт одним рывком и резко останавливает меня, схватив за плечи. Вот теперь он злится.

Но я не могу унять бушующий во мне ураган чувств.

— Я не чувствую кронпринца.

Хватка барона вдруг ослабевает.

— Что? В каком смысле?

— Кас! — Мой голос становится твёрже. — Всю свою жизнь я могу видеть ауры людей. Об этом тебе хорошо известно. Но там, в зале, я вообще не смогла почувствовать ауры от принца. Ни грамма эмоций, ни малейшего признака жизни.

Мужчина отпускает меня и делает шаг назад.

— Может, ты и правда просто устала?

— Тогда я бы не чувствовала и твою ауру. И ауры других. Но даже если я устала, я всё равно чувствую отблески Эфира. А тут — ничего. Я… — Мой голос стал тише. — Я не понимаю, как такое возможно.

Кас отходит к кровати и чуть ли не падает обратно на неё. Склонив голову, он запускает свои пальцы меж аккуратных локонов.

— Да уж… Это сильно усложняет ситуацию. То есть, ты не можешь понять, как кронпринц относится к тебе, что чувствует по тому или иному поводу?

— Именно так.

В комнате повисла гробовая тишина.

— Кас…

— М? — Мужчина поднимает на меня усталый взгляд.

Прежде чем озвучить свою мысль, я нервно сглатываю. Не хочется об этом думать, но я вообще не знаю, что думать.

— А что если… Этот кронпринц… И есть организатор убийства?

Каменные стены спальни пусть и украшены гобеленами, но всё равно создают двоякое впечатление. Если бы комната не была столь просторной, я бы чувствовала себя как в темнице. Хотя отчасти так оно и есть. Мне не удалось рассмотреть свои покои, когда я пришла сюда. Было не до этого. Серебряная посуда, необходимый атрибут королевских семей, расставлена по разным углам покоев: кувшин и чаша — на прикроватной тумбочке, большое блюдо с сухофруктами и вино — на небольшом столике в углу, узорчатый поднос — на тележке около двери. У кровати расстелен красивый шерстяной ковёр с узорами, напоминающим рисунки наледи на стёклах.

Мне снова придётся видеться с ним сегодня.

К ужину я спускаюсь вовремя, хотя долго пришлось возиться с выбором платья. Я решила надеть не слишком простое, но закрытое платье из синего бархата, достаточно плотное для первого приёма пищи с королевской семьёй. С Касом мы говорили недолго. Слишком продолжительное общение тет-а-тет может вызвать ненужные подозрения, пусть он и посланник моей страны.

Огромный зал освещён только пламенем камина и несколькими подсвечниками. В центре стоит длинный стол, накрытый бордовой скатертью. Он ломится от множества разных блюд, но выглядит скромнее, чем это бывало в Велмарском дворце: на столе почти нет фруктов, вместо свежих овощей соления, десерты тоже почти отсутствуют. Зато в центре стоит главное блюдо вечера — запечённый ягнёнок. При виде него у меня сводит желудок. Точно, я же почти ничего не ела.

Но стоит мне обратить внимание на присутствующих, как аппетит снова пропадает. Кронпринц смотрит на меня.

Когда моё появление в зале объявляют, я делаю реверанс и прохожу внутрь. Ровные шаги, безупречная осанка. Я сосредотачиваюсь, чтобы убедиться. Мне видны все ауры присутствующих, но не его. Там просто зияет пустота.

Слуга отодвигает для меня стул… Рядом с кронпринцем.

Скрип ножек стула отдаётся эхом в моей голове. Ладони потеют, я стараюсь незаметно вытереть их о платье. Шаг, второй. Я оказываюсь рядом со своим местом. Аккуратно присев, я стараюсь не смотреть в сторону кронпринца. Хотя это и так сложно, учитывая, что на уровне моей головы находится его плечо.

— Вы прекрасно выглядите, Ваше Высочество. Ваш туалет вызывает восхищение. — Обращается ко мне королева. Я поворачиваю голову в её сторону, стараясь игнорировать попадающего в поле зрения жениха.

— Благодарю, Ваше Величество. Это платье я купила в северных землях по пути сюда. Здешняя мода очень элегантна. — Мой голос звучит ровно. Я дополняю любезность лёгкой улыбкой, хотя это бесполезно. Её аура всё такая же холодная, колючая.

Раз я ей не нравлюсь, зачем королева согласилась на этот брак? Или она пока просто приценивается? Надеюсь, если у нас не получится найти общий язык, она не отправит меня обратно в Велмар.

— Насколько я знаю, на вашей родине носят более лёгкие наряды? Климат в Велмаре более благоприятный.

Пустые разговоры. Они нужны лишь чтобы перебить неловкое молчание и занять время, пока слуги разделывают ягнёнка.

— Вы совершенно правы, Ваше Величество. Но насчёт климата мне пока сложно судить. Сейчас зима, а северные земли в летнюю пору мне пока не довелось увидеть.

— О, я уверена, вам понравится праздник Середины Лета. Тогда весь свет Аркании съедется в замок, надев свои лучшие наряды. Так совпало, что в этот день мой сын будет также праздновать свой двадцать пятый день рождения.

Невольно я обращаю внимание на кронпринца, и тут же виню себя за это.

Пара необычайно ярких оранжевых глаз, напоминающих пламя, в полумраке выглядит ещё более опасно. Мурашки по коже. Удивительно, как можно обладать такими яркими глазами, но выглядеть столь бездушно.

Я тут же отвожу взгляд. К счастью, именно в этот момент нам подают блюдо вечера.

Мне не просто неуютно, мне жутко находиться тут. Сидеть рядом с пустотой всё равно что стоять на краю обрыва: неизвестно, в какой момент порыв ветра снесёт тебя, и ты провалишься в пропасть.

Каждый стук вилки о тарелку отдаётся эхом в моей голове. Рука трясётся.

Он заметил? Да как мне вообще отслеживать реакции этого чудовища?

— Вам понравилось основное блюдо, Ваше Высочество?

Когда кронпринц обращается ко мне, я вздрагиваю.

— Да, очень изысканно.

Его взгляд цепляется за мою левую руку. Ох… Там же шрам от ожога! Он ведь на него смотрит? Надеюсь, кронпринц не начнёт задавать вопросы. Шрамы на коже монарших особ — весьма редкое явление.

Оранжевый… Я замечаю за противоположной стороной стола, по левую руку от королевы, придворных дам. Их ауры полны зависти и желания посмеяться надо мной, они собирают сплетни.

Дворяне с оранжевым цветом ауры всегда были противны мне. Как правило, такие люди движимы лишь одним желанием — доказать, что они лучше всех. Но не своими делами и поступками, а за счёт поливания грязью остальных. И тут они.