— Да! — гордо сказал Чудножил.

— И зачем?

— Разве не ясно?

— Нет.

— А я, кажется, понял, — сказал Мирослав, — Раз болезнь распространяется с пеплом и сохраняется в нём не меньше суток, то избавление от трупов погибших нужно сделать таким, чтобы он не летел повсюду, а оставался в одном месте.

— Именно так! — широко улыбнулся подгоренец.

— Но разве пепел всё равно не будет улетать в трубу? Пусть даже и меньше, чем когда кострище обдувает ветром, — сказал Евграф.

— Это уже немало, — сказала Снежана, — Чем меньше пепла, тем лучше.

— Однако я предусмотрел и это! — сказал Чудножил, продолжая сиять от радости, — Дымоходы устроены так, что дым сначала проходит через несколько фильтрующих слоёв, включая резервуар с водой. Так что наружу попадает почти чистый воздух!

— Впечатляющая изобретательность, достойная репутации мастеров подгоренцев, — воскликнула Снежана, — Ты большой молодец! Теперь мы точно сможем покончить с этой эпидемией окончательно.

Понадобилось ещё три дня, чтобы довести дело до конца. Раздача лекарств, отлов и уничтожение тех, кого не спасти, уничтожение тел, зачистка возможных очагов заражения. Всё это было успешно выполнено. Единственное, чего добиться не удалось — выяснить источник болезни. Если и существовало что-то, что могло помочь это узнать — оно было сожжено вместе с Каменкой.

В округе не нашлось ни логов чудовищ, способных вызвать подобную хворь, ни тайных лабораторий безумных алхимиков или чего-то подобного. Ничего, что могло объяснить появление болезни именно здесь и сейчас. Мирослав отметил, что рядом с той деревней проходит горная река, так что нечто могло приплыть со стороны Подгорного Союза. Но Чудножил сказал, что даже если это и так, там уже они разберутся сами, без посторонних. На этом тема была закрыта.

В свободное от работы и изысканий время они немало общались, делясь опытом и рассказывая больше о своих государствах. Даже Чудножил то и дело поддавался порыву, выдавая крупицы информации о жизни в подгорье.

Ещё три дня пришлось ждать, чтобы убедиться в том, что опасность миновала и новых вспышек заражения нет. Только потом они отправились обратно в Китеж, где их ожидали представители трёх сторон.

В пути Мирослав расспросил Снежану о других редких ингредиентах, которые водятся на землях Империи. Она охотно рассказала ему не только о них, но и о том, что можно попросить в награду у представителей Подгорного союза. Как оказалось, ей доводилось бывать там, чтобы вылечить кого-то важного. О подробностях она не распространялась, но самое интересное Мирослав уже и так узнал. Теперь он был полностью готов.

Встреча проходила в Китежском Доме Политики, который построили специально для подобных целей, когда город стал нейтральным местом для заключения сделок и межгосударственных договорённостей. Именно в нём в своё время был заключён столь досадный для Бориславля мирный договор между Империей и Семикняжием.

Всех усадили за массивный круглый стол, после чего начался доклад о произошедшем. Каждый из представителей, включая Мирослава успел высказаться и поделиться своим мнением, а после начали говорить представители. И очень быстро всё скатилось в банальный спор о том, кто лучше.

— Выходит, что Семикняжие не только не помогло, но и навредило, — сказал представитель Империи Влас Лукиев, — Впрочем, ничего нового.

— То есть то, что Дарён подданный бориславского князя, а значит и гражданин Семикняжия, вы собираетесь игнорировать? Как и весомость его вклада, — язвительно ответил представитель Семикняжия Любослав Ягодкин, — Как характерно для Империи, пытаться присвоить все заслуги на свете себе.

— Однако же он участвовал как представитель независимой стороны — Гильдии Алхимиков, а не ваш, — отпарировал имперец, — Вы прислали только этого вредителя Деяна, да ещё и с такой помпой, мол мастер, каких свет не видывал.

— Естественно, было бы глупо отправлять кого-то из сторонних алхимиков, если Гильдия отправляет своего. Лучше их специалистов на свете не сыскать.

— Что не отменяет правдивости моего утверждения.

— Если бы представитель от гильдии был имперцем, вы бы первые начали кричать, что это безоговорочная победа Империи. Так что не надо теперь пытаться смахнуть подданство, как что-то незначительное. Он всё ещё остаётся нашим представителем по самому факту гражданства Семикняжия!

— Если уж это так важно, то почему бы не считать, что я представлял обе стороны? — вмешался Мирослав, устав слушать эти споры, — Уверен, что если бы сначала вернулся в Бориславль, то князь обязательно отрядил бы меня на это дело. Это лишь вопрос того, как сложились обстоятельства, и с кем первым я поговорил. Не стоит делать из таких мелочей проблему.

— Верно! — согласился Любослав, — Юноша поспешил увидеться со своим учителем алхимии, чтобы успокоить старика, и тут же был отправлен в путь. А вы теперь пытаетесь воспользоваться его добротой себе на пользу!

— Однако же формальности важны и являются отражением организованности и порядка, — возразил Влас, — Хотя откуда вам, дикарям, об этом знать. В Семикняжии всё так устроено.

— Господа, я прошу вас прекратить этот балаган. Какое значение вообще имеют подобные пустяки в данном вопросе? — теперь не выдержала уже Снежана, — Случилась страшная беда, которую мы совместными усилиями одолели. Хотя бы из уважения к всем тем, кто там погиб, перестаньте хоть ненадолго пытаться выжать из всего политическое преимущество.

— Так-то оно так, — несколько поутих Влас, — Но всё же…

Под хмурым взглядом целительницы он не стал продолжать.

«Её авторитет впечатляет.»

— Давайте остановимся на том, что результат был достигнут совместными усилиями, — наконец присоединился к обсуждению представитель Подгорного Союза Камнебой Малахитов, — Каждый внёс свой уникальный вклад, без которого ничего не вышло бы. Так что стоит сделать это символом того, что может дружба народов, а не очередным поводом для вражды!

Влас и Любослав не нашлись что возразить, так что настало время поговорить о более приятных вещах.

— За успешное прекращение эпидемии была обещана щедрая награда, — сказал Камнебой, — Дарён, чего ты желаешь за свою помощь? Это редкая возможность, так что подумай хорошенько.

— Алхимические ингредиенты, — не моргнув и глазом ответил юноша.

— Такой пустяк? Разве ты не можешь купить их сам? Злато и драгоценные каменья для этого тебя не устроят? — удивился Влас.

— О нет. То, чего я жажду, за деньги не купишь, — расплылся в хитрой ухмылке Мирослав, доставая список.

— Похоже, что ты уже успел всё обдумать, и продолжать это нет смысла, — сказал представитель Империи, — Посланники передадут твои пожелания на рассмотрение. Советую остаться пока в Китеже, чтобы упростить связь и передачу награды.

— Я буду в Гильдии Алхимиков, — сказал Мирослав, поднимаясь со стула, — Всего доброго.

Однако покинув здание, юноша не стал уходить. Он подождал, пока выйдет Чудножил.

— Товарищ Чудножил, вашу просьбу удовлетворили? — поинтересовался он.

— Так же, как и твою, — ответил тот, — И давай продолжим так же, как и общались, без излишних формальностей. Иногда довольно приятно говорить без нужды в натянутой вежливости, как дома.

— Как скажешь, — кивнул Мирослав, — Скажу честно, я ждал тебя не просто так. Подгоренцев почти не встретить во внешнем мире, а уж кого-то со связями и подавно. Так что я бы хотел кое-что спросить.

— Спрашивай.

— Ты знаком с мастерицей Сталией?

— Не лично. Но я представляю часть Подгорного Союза, в которую входит и пещерный комплекс её рода.

— Пещерный комплекс — это что-то вроде города? — уточнил Мирослав, — О том, как у вас жизнь устроена, почти ничего не узнать.

— Ты всё правильно понял, — кивнул Чудножил, — Пожалуй, это-то мне поведать можно. Наши земли делятся на множество пещерных комплексов. Этаких городов-государств, которые объединяются в Подгорные Братства, под управлением советов старейшин. А те в свою очередь объединяются в Подгорный Союз, которым управляет свой совет старейшин. Мы со Сталией в одном Подгорном Братстве.