— Да помним, — улыбнулась Всемила, — Ты в нас уверен даже больше, чем наставник Зубр.

— Только так и надо, — кивнул Мирослав, — А теперь пойдёмте поедим и хорошенько отдохнём.

— Вот это мне нравится больше, чем такие тренировки, — тут же воодушевилась Голуба.

На следующий день товарищи потребовали день на отдых, чтобы погулять на фестивале Трисолнца, знаменующего начало сезона жатвы. Уже совсем скоро, через пару недель, пройдёт праздник Первого Снопа. Но именно открывающий сезон день Трисолнца отмечался шумно и торжественно.

«Как летит время. Уже первого Грозника. Завтра будет восемнадцать лет с моего перерождения.»

Мирослав решил, что стоит дать товарищам отдохнуть и развеяться, а самому заняться другими делами, но те уговорили его пойти с ними. Мол, командный дух это не только тренировки, важно вместе и веселиться. Довод был резонный, так что по итогу все пятеро отправились в город.

Солнце, на которое накладывалось две его эфемерных копии, светило особенно ярко, как и всегда в этот день. Так что все носили широкополые шляпы. Кто-то попроще — из соломы, иногда украшенные тканевыми лентами, другие — хлопковые или даже шёлковые, в зависимости от достатка и предпочтений. По всему городу расположились лотки, где предприимчивые торговцы продавали шляпы тем, кто их забыл или решил в этом году щегольнуть чем-то новеньким. Квас и прочие прохладительные напитки тоже пользовались немалым спросом.

Открывался праздник торжественным шествием трёх Жнецов. Они поднесли князю три серпа. Железный, серебряный и золотой. Он перерезал ими подготовленные снопы, открывая тем самым сезон жатвы и само празднество. После Изяслав удалился, сопровождаемый девицами в венках, которые осыпали собравшихся горстями зерна, символизируя изобилие.

После начались разнообразные народные забавы, в некоторых из которых ребята даже уговорили Мирослава поучаствовать.

К вечеру настало время танцев у трёх костров. Ребята потащили Мирослава на площадь. Там им встретилась Гербера. Одета она была не в привычные одеяния преподавателей академии, а в лёгкий летний сарафан, который смотрелся на ней весьма прелестно.

— Добрый вечер, ребята, — вежливо кивнула им женщина.

Те поприветствовали её в ответ.

— Здравствуй, — улыбнулся Мирослав.

— Я и не думала, что ты соблаговолишь заглянуть на фестиваль, — сказала Гербера.

— Мы его еле уговорили, — пожаловалась Всемила.

— Молодцы, отдыхать тоже надо.

— Ладно, мы пойдём кружиться в пляске и оставим вас поболтать, — тут же сказала Всемила, — Приятного вечера, Дарён, увидимся завтра утром.

— Эй, куда…

Мирослав попытался было возразить, но девушка перебила его и шутливо пихнула его в плечо своим:

— Никто не умрёт, если ты разочек позволишь себе расслабиться!

И потащила Ратибора за собой прочь. Голуба и Брячислав последовали их примеру.

— Какая деятельная, — улыбнулась Гербера, — Сразу видно, что пошла в отца.

— Как твои приготовления к путешествию? — спросил Мирослав, тут же найдя тему для беседы, — Уже решила, куда направишься первым делом?

— Потом, всё потом, — махнула рукой женщина, — Ты всё пытаешься загрузить себе голову делами. Лучше пригласи меня на танец!

«Ладно, Всемила права, иногда стоит просто отдыхать и ни о чём не думать.»

Мирослав улыбнулся и кивнул, протягивая её руку.

— Госпожа Гербера, не согласитесь ли сплясать со мной?

— С удовольствием!

Они на мгновение замерли, вслушиваясь в ритм музыки, а после закружились в бориславской польке.

— А ты чудесно танцуешь! — улыбнулся Мирослав.

— Кто бы говорил! — зарумянилась Гербера, — Когда только успеваешь всему учиться?

— Быстро схватываю, — ответил он.

На время Мирослав действительно отключился от всех забот, растворившись в танце, как в былые беззаботные времена странствий Пересвета. В какой-то момент у него возникло чувство, будто кто-то в толпе смотрит на него крайне пристальным и злым взглядом, но оглядевшись юноша никого подозрительного не увидел.

— Что-то случилось? — заметив его беспокойный взгляд спросила Гербера.

— Просто показалось, — улыбнулся Мирослав, отбрасывая лишние мысли прочь, — Не бери в голову.

Ничего не оставалось, кроме как продолжить веселиться. Потом они погуляли по площади, выпили медового напитка и встретили полночь. Зрелище никогда не подводило. Небо оставалось закатно красным до самого конца этого дня, а стоило начаться новому — тут же угасло. Волшебство, наполнявшее солнце, иссякло, а следом за ним исчез и излишний свет. Привычная ночная тьма накатила на мир, завершая праздник.

— Я, пожалуй, сопровожу тебя домой, — сказал Мирослав, — После Трисолнца ночи кажутся особенно тёмными и опасными.

— Я только за, — кивнула Гербера, — Но я живу на самой окраине города, довольно далеко от академии, тебе будет добираться далековато.

— Ничего, прогуляюсь перед сном.

Он проводил Герберу домой, болтая с ней по пути об алхимии и путешествиях.

— Вот мы и на месте.

— Действительно, далеченько, — кивнул юноша, — Тебе удобно добираться до академии?

— Прогулки полезны, — улыбнулась та, — Зато здесь очень тихо и спокойно. Не так много домов, как в центральной части столицы.

— Это да. Уютно, — кивнул Мирослав, — А это там твой садик с травками?

— Да, выращиваю, что могу. Жаль, что придётся забросить. Но я уже всё решила.

— Так куда же ты думаешь направиться?

— Расскажу за ужином, — подмигнула ему Гербера, — Не забыл обещание?

— Помню. Через месяц мы отправляемся на квалификационные битвы, и я обязательно перед этим загляну к тебе.

— Буду ждать! Приходи, как вечереть начнёт. И спасибо тебе за приятный вечер!

— И тебе, — вполне искренне сказал Мирослав, — Доброй ночи, Гербера.

Он, как и остальные товарищи, переночевал в академии. Утром же их ждал приятный сюрприз. Когда они собрались у ворот, через калитку вошла крайне знакомая массивная фигура.

— Наставник Зубр! — первым воскликнул Брячислав.

— А вот и мои ребятишки! — пробасил тот, — Все в сборе, даже шалопай Дарён!

Он подхватил юношу за плечи, как тряпичную куклу, и хорошенько встряхнул.

— Заставил же ты меня поволноваться!

— Наставник, я тоже рад вас видеть, только отпустите, — с улыбкой проворчал Мирослав, — Силушки у вас, похоже, не убавилось.

— Спасибо госпоже Снежане, как новенький. А вы как? Тренировки не забрасывали? Готовы к турниру?

— О, мы готовы! — кивнул Брячислав, — Мы вам такое покажем!

— Отлично! Но сначала я отчитаюсь перед ректором, и потом вы мне всё расскажете и покажете, — улыбнулся тот, — Вы куда намылились?

— В имение Клыковых которое у Сосновки, там тренируемся, — сказал Ратибор.

— Тогда обождите меня да вместе поедем.

— Конечно, наставник, — кивнула Всемила, — Если вы с нами не поедете, Бряч с ума сойдет без возможности похвастать своими новыми трюками.

— Ой, будто самой не хочется, — беззлобно буркнул Бряч.

— Вы как всегда, — рассмеялся Зубр, — Я быстро.

Наставник вернулся посмурневшим и ворчливым.

— Нет, ну вы серьёзно? — возмутился он, — Зачем было затевать этот спор с ректором? Он ведь в ваших интересах действовал! Теперь придётся через квалификации пробиваться. Не то, чтобы я в вас сомневался. Но ненужные сложности себе создали.

— Ребята чувствовали себя беспомощными и подавленными, — сказал Ратибор, — Да и я сам тоже. Всё, что мы могли тогда, чтобы сохранить хоть какое-то чувство контроля и единства — отстоять своё право быть командой на своих условиях.

— Ладно, — тут же оттаял Зубр, — Я понимаю. Удивительно, что Дарёну вообще удалось добиться, чтобы вас пустили.

— Скажем так, ему это стоило целого состояния, — нахмурилась Всемила.