***

Ливень закончился. Он ударил неожиданно и подло: его темные бархатные войска прыжком вырвались из-за горизонта и угрожающе окружили деревню. Сковав синеву небес, они тут же обрушили вниз свои бесчисленные водяные копья. Заливая площадь, подтопляя дома, ливень словно сознательно демонстрировал свое превосходство над нами.

Впрочем, арсенал его войск удивительно быстро закончился. Всего через пять минут после начала атаки его мощь уже стремительно развеивалась. Грозный ливень превращался в обычный дождь, а затем и вовсе в еле заметную морось. Он не рассчитал свои силы и, поставив на этот подлый удар собственное существование, проиграл.

Это была хорошая попытка. Однако собравшиеся на площади Кормунда люди не удостоили это явление даже тихим аханьем. В сути, я оказался единственным, кто с опаской смотрел на небо и не хотел намокнуть.

Вдруг толпа, словно море перед лицом Моисея, раздвинулась в стороны, пропуская три силуэта. Тора и Густав, завидев возможность, тут же ускорили свой шаг и немедленно окружили тот небольшой клочок земли, на котором собиралась стоять их госпожа.

И вот, перед нами наконец появилась она — девушка с белокурыми волосами, идеальной осанкой и сдержанным выражением лица. Размеренной поступью она добралась до уготовленного ей места.

— Приветствую, достопочтенные жители Кормунда!

Её голос и черты были весьма узнаваемы, но… Признаюсь, я не сразу разглядел в этой госпоже Адриану Норборг. Я привык видеть герцогиню в легком голубом платье и с вечным сомнением в глазах, однако эта Адриана отличалась.

Сейчас она носила строгое черное пальто, синюю рубашку и плотные темные штаны. Особенно сильное недоумение вызывала её обувь: высокие ботинки, которые были точь-в-точь такими же, какие носила и Виктория.

— Я искренне благодарна каждому из вас за терпение, за проделанную работу и за… согласие.

Сделав акцент на последнем слове, герцогиня показательно обернулась. В самом центре Кормунда — на том же месте, где раньше стоял дом Ингвара — сейчас было вырыто четыре ямы.

— Элиза Йенсен. Фрида Йенсен. Эджилл Нод. Виктория Норборг, — с каменным лицом перечисляла она имена своих близких, которых более не увидит живыми.

На удивление, её глаза не дрогнули даже при упоминании последнего имени.

— Все эти люди будут похоронены здесь, в самом центре Кормунда… — Пора начинать.

Она развернулась и коротким кивком дала команду группе плечистых мужчин в строгих черных одеяниях. Получив сигнал герцогини, они синхронно окружили один из стоящих неподалеку гробов и крепко ухватились за лежащие под ним тросы.

Несмотря на крепкое телосложение каждого из них, гроб, вероятно, был очень увесистым — нахмуренные лица носильщиков и легкая дрожь в их ногах говорили достаточно…

— Эджилл Нод. Один из моих стражников, — объявила госпожа Норборг, не поворачиваясь к толпе. — Предал меня, потому что был влюблен в мою сестру годами и, говоря откровенно, уважал её больше, чем следовало бы.

Слушая речь герцогини, я активно наблюдал за окружающими. Должен признать, у меня никак не получалось понять их настроение. Мы с Кирсой, ввиду нашего участия в случившемся, стояли впереди всей толпы наряду с очень важными личностями Кормунда, включая Ингвара и Катерину Эдегор. Эти люди в силу своего опыта не демонстрировали острых чувств, а лишь терпеливо слушали Адриану.

Мой взор вновь обратился на герцогиню, когда та сделала паузу и, не глядя на нас, еле слышно вздохнула.

— Однако Эджилл был хорошим человеком. Глупым, во многом некомпетентным, но хорошим.

Так в могилу был погружен первый гроб. Далее, получив соответствующую команду, мужчины взялись за второй, который был заметно легче. Примечательно то, что в этот раз Адриана хранила молчание.

И лишь когда третий гроб оказался на дне своей ямы…

— Фрида Йенсен, Элиза Йенсен. Мои стражницы. Они исполняли любое поручение и всегда действовали в моих интересах. Однако лишь сейчас я понимаю, что их уважение ко мне было полностью продиктовано моим статусом… — её голос немного дрогнул, а затем стал звучать намного строже. — Статусом сестры Виктории Норборг. В сути, именно Виктория была связующим звеном между нами…

С самого моего появления в Кормунде у меня сложилось впечатление, словно Викторию Норборг никто не считал серьезным человеком.

Все восхищения жителей деревни относились исключительно к преподобной Адриане. Между тем, её младшая сестра воспринималась лишь как добродушная красавица. Никогда не слышал, чтобы кто-то подмечал интеллект Виктории, её таланты или волевой характер.

Интересно, что сейчас испытывают все эти люди, когда слышат, каким уважением среди стражей пользовалась Вика? Оказалось, что девушка, на которую никто не обращал должного внимания, всю жизнь затмевала всеми любимую Адриану в глазах их близких.

— Кхм-кхм… А теперь…

Чем дольше шла данная церемония, тем сильнее нарастало напряжение вокруг — приближался момент погребения того человека, чье имя многие жители Кормунда сегодня боялись произносить.

— Виктория Норборг. Моя младшая сестра.

Могильщики подняли последний оставшийся гроб. Он, к слову, оказался самым легким…

— Предательница. Преступница. Убийца. Она погубила многих людей и едва ли собиралась останавливаться.

Вот как… Неужели именно так ты попрощаешься с сестрой? По какой-то странной, противной причине эти слова показались мне оскорбительными. А ведь Адриана не врала! Так почему же они доставили мне дискомфорт?..

— Мы положили конец буйству Виктории. И я лично руководила планом по её убийству… Однако теперь я намереваюсь защитить её честь!

Герцогиня резко повернулась к толпе и сделала несколько шагов вперед, отстраняясь от Торы и Густава.

— Уважаемые жители Кормунда! Я обязана признаться! Это всё моя вина.

Собравшиеся впервые зашептались, а их глаза с недоумением забегали по сторонам. Даже стоящая по руку от меня Кирса выглядела удивленной.

— Я уверена, до инцидента практически каждому из вас удавалось собственными глазами лицезреть доброту моей младшей сестры. И поверьте, этот образ не был притворством. Такой была настоящая Виктория Норборг!

— Ну и что же… — вдруг из толпы впервые послышался голос Катерины Эдегор. — Что же случилось?

— Моя сестра попыталась овладеть определенной магией и сошла с ума. Викторией двигало желание обрести могущество, чтобы силой восстановить наше королевство, многие части которого погрязли в нищете и преступности.

Госпожа Норборг стояла в открытой позе, поодаль от своих стражей, словно демонстрируя готовность ответить за совершенную ошибку.