Но Энриль не шёл.
Дайна уткнулась лицом во влажную подушку:
«Ну и пусть, не очень-то и хотелось! Он просто сорвался на меня. У него, видите ли, переговоры не получились!.. А что касается, Тори – она очень постаралась, чтобы вывести меня из себя,» - как только ситуация предстала с другого угла, совесть Дайны спрятала свои железные когти, а её сознание окутала плотная, дарующая утешение и свободу темнота…
Проспала Дайна почти сутки. Проснулась ещё затемно, ранним-ранним утром следующего дня, и сначала не знала, чем заняться. А потом решила переместиться в лекарскую часть. Точнее, в свою спальню в корпусе части, всё ещё оставленную за ней.
В спальне оказалось сумрачно и прохладно. Переодевшись почти наощупь в чистую форму и перехватив волосы низкий хвост, лекарка направилась в приёмный покой, чтобы сменить кого-то из ночных дежурных.
«Они наверняка уже спать хотят. А я додежурю ночь и сразу встроюсь в график на дневную смену».
- Привет, - войдя в комнату, Дайна поздоровалась с желтоглазой Вики и незнакомым лекарем, видимо, новеньким.
- Приве… доброй ночи, госпожа Дайна, - Вики вдруг подскочила с места и отвесила низкий поклон.
Новый лекарь последовал её примеру.
- Ребят, давайте без церемоний, - попросила Дайна. – То, что правитель иногда вызывает меня… эээ… для консультаций по поводу собственного здоровья, ничего не значит.
- К-консультаций? – смущённая Вики почему-то покраснела до самых ушей.
- Простите её, госпожа Дайна, - ответил молодой лекарь. – Вики, это нормально, что у Правителя появились некоторые потребности. Не наше дело, кого он выбирает для… себя, – парень многозначительно замолчал.
Теперь уже смутилась Дайна:
- О чём это вы? – честно спросила она у честных ребят.
- Ваши каффы, госпожа Дайна. Действительно, очень изящные, - с придыханием произнесла санита. - Никогда раньше не видела столь больших голубых бриллиантов.
- О, чёрт, - Дайна тронула уши, с которых действительно забыла снять украшения особого назначения, и почувствовала, как к лицу приливает жар стыда.
«Ну вот, теперь все будут думать неизвестно, что. А ведь ничегошеньки не было!» - Дайна и сама не знала, что обиднее: сплетни о ней и Правителе или их полнейшая недостоверность?
- Я скоро вернусь, - буркнула она, сдирая с ушей каффы с голубыми камнями и выбегая в пустующий коридор, чтобы построить оттуда портал в его комнату.
«С единственной целью: вернуть их. Положить на стол. И сразу уйти,» - уговаривала она себя, хотя подспудно хотела остаться и поговорить.
Через миг её окружили знакомые стены. У дальней стены белела его кровать, а за огромным открытым окном шелестел ночной сад... Прокравшись к рабочему столу, где вокруг зажжённого светильника кружила пара мотыльков, Дайна осторожно положила каффы на стол.
- Дайна, постой… - голос сонного Энриля заставил сердце дрогнуть, а её саму замереть у стола.
- Мне пора на дежурство, - Дайна видела боковым зрением, как Правитель сел на кровати, но не стала даже поворачиваться в его сторону.
Лишь поудобнее перехватила амулет порталов:
«Пусть побегает, если я ему дорога – в следующий раз не будет скидывать на меня свои негативные эмоции».
- Нет, - тихо произнёс Энриль.
В руке Дайны хрупнуло. Она медленно раскрыла ладонь, не понимая, как вышло, что теперь в ней лежат лишь куски стекла, тонкая цепочка и белесая стеклянная крошка.
- Ой… я не делала этого.
- Это сделал я, - пояснил Энриль.
Мысль, что теперь она лишена самого удобного средства передвижения по Ливинору, ошарашила и расстроила одновременно, будто Дайна нечаянно выкинула в море новейший смартфон.
- Что ты наделал?.. Сам говорил, таких единицы на всю Авеанну, - от происходящего стало не по себе.
Тем временем Энриль поднялся с кровати. Мятый, растрёпанный, босой, он тёр припухшие веки и, кажется, сам не вполне понимал, что творит.
- Я уничтожил твой портальный амулет, - он шёл к ней, потягиваясь всем телом и стряхивая руки, пытаясь не расслабиться, не то окончательно проснуться. – Просто не знал, как ещё тебя остановить.
- Но зачем… вот так?
Он вздохнул:
- С чего бы начать? – Правитель Авеанны потёр подбородок. – Дайна, я много думал и понял, что ты права… Перекладывать ответственность за свою жизнь на обстоятельства, на других существ, на богов – плохая идея.
- Причём здесь мой амулет?
- Особенно на богов, - продолжил Энриль, будто не услышал её вопроса. – Знаешь, мы ведь не должны были встретиться… Если бы не вмешательство твоего божества, мы бы не догадались про битву, я бы не начал учить тебя драться… ты осталась бы лекарем. Пора всё исправить.
- Что исправить? Если бы я не влезла к тебе тогда, вы бы развязали войну!
- Не развязали. Такие трусы, как я, не развязывают войн.
- Энриль, ты не трус. Если ты признаёшь это, то… - от волнения Дайна сбилась с мысли, но интуиция подсказывала: самое главное надо сказать здесь и сейчас. – Послушай, ты боишься, но страх – это просто механизм самосохранения. И если бы не вмешательство сверху, я бы… не влюбилась в тебя.
- Вот и прекрасно! Прадедушка всё время говорил, что жизнь не состоит из одной лишь любви. Даже твой накопитель эйтавиора пополнялся не за счёт чьей-то любви, но от благодарностей, вылеченных тобой веанов.
- А потом магия уходит! И мы до сих пор не знаем, куда.
- Это не важно… Кажется, я испортил тебя. Ты стала злой.
- Я всегда была злой, - шикнула Дайна.
- Есть способ всё поправить. Я прочёл дневники своих предков, и кажется, понял, как вернуть тебе чистые помыслы.
- Чистые п-помыслы? – изумилась Дайна. – А-а зачем?
- Если в сфере благой эйтавиор, - Энриль легонько ткнул пальцем в стекляшку, укрытую тканью, - ты погибнешь… Последнее меня давно беспокоит. Нужно очистить твою жизнь. От всех этих склок, интриг, тренировок с мечами, и… меня. Я должен отпустить тебя. В благом пространстве неизбежно проявятся благие побуждения.
- Энриль, что ты несёшь?! Мы, конечно, вчера сильно повздорили, и с Тори я перегнула… Кстати, её нашли?
- Нашли.
- Живую?
- К счастью, живую, здоровую.
- Тем более! Это не повод...
- Дайна, послушай, - Энриль обхватил её лицо руками и, не удержавшись, провёл пальцем по щеке, посылая по всему телу импульс нежности и тепла. – Ты должна уйти из дворца. И из лекарской части. Ты должна сама узнать этот мир. Его дыхание. Его суть. Его истинную природу.
- Да видела я ваш мир! Вместе с тобой. Вместе с Каролиной.
- Ты видела лишь пейзажи. Но не жизнь живого, - Энриль убирал руки с её лица. – А ведь Авеанна прекрасна…
- Жизнь живого… - повторила Дайна, начиная понимать.
Энриль и правда имел маниакальную привязанность ко всяким растениям и букашкам. Она никогда не разделяла эту часть его жизни.
«Мало ли у кого какие хобби? Я вот раны зашиваю, когда не готовлюсь к смертельной битве».
- Энриль, всё это прекрасно, но мне не интересны ваши растения и все эти существа… без тебя, - призналась Дайна.
Ей казалось, её слова – такие важные, такие искренние – проникнут в него, сдвинут тектонические плиты в сознании, и он изменит своё решение.
- Если тебе не интересна суть Авеанны и её существа, как ты будешь за нас сражаться? – печально улыбнулся Правитель.
- Мы не будем драться с Каролиной.
- Я не стал говорить в Диверморе, но подумай сама: это же очевидно, не станете драться – обе проиграете. Погубите всех. Дайна… боги не оставили вам выбора.
- Мне всё равно. Хватит давить на меня!
- Тебе не всё равно. Ты переживала даже за Тори. И ты права, я действительно не сдержался. Осуждая твою месть, я не смог справиться с собственными обидами. Это лишний раз доказывает губительность моего влияния… Меж тем Авеанну ждут тяжёлые времена, и кто знает, какие испытания и какие переживания мне захочется разделить с тобой? А это неправильно. Я обязан сберечь тебя! Даже от себя. Поэтому отпускаю… На волю, в свободное пространство без правил, где мысль течёт плавно, размеренно, а всё, что происходит – во благо, - произнёс он тоном проповедника и добавил с хрипотцой: - Хотя больше всего хочется просто запереться с тобой в комнате, и...