И всё же Каролина сдержалась.
«Гарцин права, я отродясь не была светской дамой. К тому же это я вовремя не закрыла портал».
- Каролина делает успехи, - ответил вошедший в гостиную Руэйдир. – Не пугается высоты. Начинает ныть, что замёрзла, через час, а не через десять минут. Привыкла к лавинам.
- Сдержанность и терпение – важные добродетели, - ответила Гарцин на полном серьёзе.
- Вообще-то меня до сих пор трясёт, - буркнула Каролина.
- Я слышала шум в библиотеке, - Гарцин невозмутимо поднесла к губам свой бокал.
- Напоролись на великана, - пояснил Руэйдир. – Видимо, там было его жилище, а я не заметил.
- Нда, не повезло, - усмехнулась Гарцин. – Великанов в принципе сложно склонить к переговорам, а от злых великанов спасает лишь бегство.
- Может ну его, это обучение? Тратите столько времени, а всё без толку, – Каролина подошла к пылающему камину и протянула руки к его теплу. – Вы и так сопровождаете меня почти на каждом шагу.
- Так будет не всегда. Ничто не вечно, - ответил Руэйдир, освобождаясь от верхней одежды.
- Кроме тебя, - подмигнула Каролина, изображая хорошее настроение, хотя ей было совсем невесело.
- Нет, Каролина, ты будешь учиться до тех пор, пока я не увижу результат. Хоть какой-нибудь результат, - не отступал Руэйдир.
А ей вдруг захотелось сбежать от его наставлений и опеки, заодно и от едкой Гарцин, которая до смешного во всём поддерживает его.
Это ведь просто – прикоснуться к портальному амулету и перенестись одной… да хоть к тому же великану на гору! А лучше на любимый пустырь Дира, где на терракотовой крошащейся под ногами почве выступала белая соль. Или на широченный песчаный берег моря, где были вчера…
«Лишь бы подальше отсюда».
- Кстати, ужин уже накрыли. Предлагаю приступить, пока всё не остыло, - изящно поднявшись с кресла, Гарцин поплыла к столу, заставленному тарелками, бокалами и блюдами с куполообразными крышками.
- Что нет аппетита, – Каролина отошла от камина и, чуть не наткнулась на вездесущего Руэйдира. – Правда. Ужинайте без меня.
- А ты? – сверкнул глазами Повелитель.
- Поваляюсь в ванной и спать.
Волдарки не ответили, и она поспешила уйти, пока их молчание ещё можно было принять за согласие.
Оказавшись в спальне, Каролина закрыла за собой дверь. Первым делом скинула шубу. Достала из шкафа самое простое с виду пальто – чёрное и приталенное. Накинув его на плечи, глянула на себя в зеркало.
Ей очень шло тёмно-зелёное платье с высоким кружевным воротником. А вот серьги, как и кольцо с жёлтым бриллиантом, лучше было снять – там, куда она решила отправиться не стоило привлекать к себе лишнего внимания.
«Зато сейчас там лучше всего!» - в предвкушении приключений, Каролина сняла с себя украшения, сунула руки в рукава пальто и представила себе…
Дворец Правителя Авеанны в Оттисе
День клонился к вечеру, а Энриль всё не показывался. Не звал на ужин. Не пришёл пожелать спокойно ночи.
«И есть, отчего».
Каждый раз, когда Дайна вспоминала их последнее свидание…
«Не свидание, а тренировку. Блин!»
…её лицо начинало гореть, и если бы на свете существовал прибор, измеряющий степень неловкости, он бы сейчас зашкаливал.
Энриль не понял её.
Тогда на полигоне он отпрянул от её губ в ужасе, а она до того растерялась, что так и не смогла нормально перевести всё в шутку или хот я бы объяснить своё поведение, и… Расстались они скомкано. Впервые он не проводил её с полигона до комнаты во дворце, а просто ушёл в свой портал.
«Блиииин! Он не клеил меня! Я не так его поняла!.. Эх, давно пора привыкнуть, что в этом мире всё идёт не так, а каждый мой шаг, направленный на исправление ситуации, делает только хуже!»
Опустив голову, Дайна заметила в вырезе просторной хлопковой кофты светящуюся стекляшку.
- Ты единственное, что в моей жизни сейчас стабильно.
Стеклянный кругляш и правда давно не гас. Они с Энрилем по-прежнему не знали, что это такое и зачем оно? В записях о битве не было ни слова о подобных артефактах.
Лишь однажды Энриль пошутил:
- Ты такая злобная, Дайна. Если в твоём сосуде благой эйтавиор, лучше береги его, как зеницу ока.
- Сам ты злой. А ещё носитель света, - не осталась она в долгу.
- Мой свет не благой.
- Почему?
- Сама подумай.
Больше они не возвращались к теме её света в стеклянном диске. С самых первых дней тесты показали: в Дайне нет магических способностей. Она в равной степени ни генерировала, ни аккумулировала нейтральный магический ресурс.
Производство собственного благого тумана маги-веаны вообще списывали на случайность. Ни наследственность, ни семейное положение, ни темперамент, ни поступки – одинаково благостные – не имели заметного влияния на его воспроизводство.
Очень быстро Дайна и Энриль поняли, что никто в Авеанне не сможет объяснить им природу стекла, и не стали посвящать в это знание магов. А свет в нём… больше не пропадал. Напротив, даже понемногу становился ярче.
«Когда-нибудь ты начнёшь заменять мне фонарь. Или бейджик».
- Если, - поправила себя Дайна. – Если мне удастся победить и выжить…
До боли знакомый звук оповестил о разрыве пространства.
- Добрый вечер, - Энриль выглянул из портала, который вёл на полигон, а это значило, что он не намерен отступать от плана подготовки, который предполагал два занятия в день.
«Просто у него выбора нет. Кстати, мог бы и руку подать. Но не стал. Хотя раньше сам переводил меня на ту сторону».
- Добрый, - упавшим голосом ответила Дайна.
«Всё, надо собраться,» - выдохнула она и шагнула в вихрящуюся дыру.
Стоя в раздевалке и надевая основные щиты доспеха, с которыми можно было справиться самостоятельно, Дайна настраивалась на драку:
«В баню Энриля. Это мне нужны тренировки, потому что мне проигрывать нельзя,» - думала она.
И в то же время понимала, что не хочет сейчас встречаться с авеанским правителем. Не хочет смотреть в его глаза, выслушивать советы и критику.
«Скорей бы уж эта битва. После неё не будет нужды в наших встречах. Я стану свободной. Смогу уехать хоть в Хардракар… Вот дура,» - горько усмехнулась Дайна, поймав себя на ошибке. - «После битвы не будет никакого Хардракара…»
Мысль о гибели целой страны нередко наваливалась на неё всей своей тяжестью. Мозг старательно откидывал её, возможно, потому что просто не хотел переваривать. А она снова возвращалась. Вот и теперь пришла, являя ужасные картинки армагеддона.
«Боги!!! Слышите ли вы меня? Так услышьте! Не хочу, чтобы Хардракар исчезал!!!»
На полигон она вышла с желанием рвать и метать. Едва дождавшись, когда Энриль кивнёт, обозначая начало спарринга, тут же пошла в атаку!
Энриль едва увернулся, а у Дайны перед глазами будто упала пелена… Страх ушёл. Она забыла о необходимости защищаться, следить за противником и быть на шаг впереди. Просто била. Всё, чего ей хотелось – нападать. Мощно, быстро, порой наотмашь. Пусть её противник сам пытается предугадать её тактику!
«Не получается? Ха!» - потому что у неё не было никакой тактики.
Успехи окрыляли. Рука не чувствовала тяжести меча. Её враг едва успевал блокировать удары. Он отступал, уворачивался и отбегал, сбивая ритм и намеренно остужая накал борьбы…
Постепенно Дайна начала приходить в себя. Осознавать, что здесь и сейчас перед ней не абстрактный враг, а Энриль. Правитель Авеанны, на котором даже массивные щиты доспеха сидели ладно. А ещё у него слишком красивые для парня губы и потрясающие серебристые глаза… Вот только отступать она тоже не собиралась.
«Только не сейчас».
В два шага она настигла Правителя, едва не выбив меч из его рук и явно заставив понервничать. А когда он сделал замах, сделала выпад в открытую грудь.
- Дайна! – Энриль замер, распахнув глаза. – Разве этому я тебя учил? Если б я вовремя не остановился, у тебя не стало бы уха!