— У Иных продолжительность жизни длиннее нашей. Лет на сто. Иных мало, очень мало. И они не способны размножаться. Но это ты уже сама, должно быть, знаешь. На твоей планете же тоже есть они.
— Есть, но… Как получилось, что Иные могут читать чужие мысли? Слышать друг друга с разных концов планеты?
— Тс… — Криста приложила палец к кончику носа. — Давай лучше поговорим без лишних ушей.
«Лишних ушей?»
И тут Татьяна услышала, что из коридора доносятся тихие размеренные шаги. Точно, сейчас сюда придут остальные жрицы храма.
— Тарелку можешь не мыть, — добавила Криста, когда Татьяна поднялась. — Встретимся через час в твоих покоях. Пока отдохни, можешь прогуляться по храму. Может, ещё какие вопросы возникнут.
— А… да, спасибо.
Вопросов у Татьяны, конечно, хоть отбавляй, и возникновения новых она не хотела. Так что просто вернулась в комнату для гостей, которую ей выделили ранее.
Татьяна закрыла дверь в комнату и упала на кровать, широко раскинув лапы. Вернее, лапу.
«Почему Криста так секретничает?», — думала она. — «И почему решила встретиться позже, а не пошла вместе со мной? Не хочет привлекать внимание других жриц? Или хочет уточнить у старших, что именно она может мне рассказать?»
Последний вариант казался наиболее логичным. Криста не выглядела как кош, которая будет раскрывать запретную информацию в тайне от «своих». Скорее всего, она сама чего-то не знает. Или не знает, есть ли у неё разрешение. Обед у жриц занимает как раз около часа. Точно, всё сходится…
Татьяна лежала и смотрела в потолок. Постепенно сердцебиение успокаивалось, хаотичные мысли и эмоции устаканивались. В какой-то момент она и вовсе почувствовала себя по-настоящему счастливой — сейчас она находится в водовороте безумных событий, о которых ещё долго будет рассказывать родителям и друзьям с Сайберии, когда вернётся домой.
Сытая и довольная, она чуть было не уснула прямо в середине дня. Сломанная лапа больше не доставляла ей дискомфорт. Боль в зафиксированном положении не ощущалась, под гипсом не чесалось. Хорошо-то как!
Момент удовольствия испортил едва различимый шорох под кроватью. Татьяна так расслабилась, что не заметила чужое присутствие в комнате.
«Нет, мне кажется… может, это скарабей или очередной светлячок?» — пыталась успокоить себя она. — «Звучит как дыхание. Но что если это снизу дует?»
Крепкой хваткой вцепилась Татьяна единственной здоровой лапой в рюкзак. Глефы у неё больше не было, так что пришлось подумать — чем она сможет защититься в случае атаки?
«Не накручивай себя…» — подумала Татьяна, пока шарилась в собственном рюкзаке.
Ничего подходящего для самообороны не нашлось. Только…
В боковом кармане Татьяна нащупала перечницу, которую стащила с кухни родительского дома! Она и забыла, что прихватила её. Самый неожиданный и глупый предмет, который может оказаться эффективным оружием! Вот так удача.
Набравшись уверенности, Татьяна осторожно приподнялась. Своё дыхание она контролировала и движения старалась совершать расслабленные, естественные — будто просто недоело лежать и решила присесть. Вместе с этим она продолжала прислушиваться к звукам из-под кровати. Кто-то изо всех сил старался себя не выдать, поэтому дышал медленно и слабо. Тяжело оценить его габариты, даже объём лёгких.
«Надеюсь, это не хеме», — рассуждала Татьяна. — «Жрицы должны были выгнать их всех. Они же в курсе, кто находится на территории храма. Хотя… они не знали о появлении Эрика и Емельяна. Как они вообще видят всех? Благодаря Санни? Но он не участвовал в битве, не был ранен. Что изменилось после нападения, так это — разрушенный обелиск. Может, в этом дело?..»
Мысль интересная. Сейчас не стоит на ней останавливаться, но позже Татьяна ещё обязательно к ней вернётся. А пока нужно решить, что делать с этим неудачным подкроватным монстром. Может, с этого и начать? Сказать «Я знаю, что ты здесь, вылезай»? Всё-таки не любила она драться, переговоры — её метод.
— Хм… — проскулила Татьяна и как будто начала диалог сама с собой. — Интересно, чем сейчас занимаются жрицы храма? Криста обещала подойти, но что-то задерживается…
Сегодня Татьяна дважды убедилась, что актриса из неё, как из бабули оперная певица. Но почему-то ненавязчивое запугивание сработало на барабашку под кроватью. Дыхание его участилось, и теперь Татьяна хорошо слышала присутствие кого-то постороннего. И не чувствовала запаха.
«Нет, это точно хеме!»
Она поняла это слишком поздно. Хамелеон мгновенно выполз из-под кровати. Ударом длинного хвоста он налепил на дверь из сикомора какую-то смолу, а своим небольшим телом заблокировал Татьяне выход.
— Ты думала, я просто так отстану от тебя, девчонка?!
2
Хеме противно высунул язык и быстро спрятал его обратно. Треугольная морда показалась Татьяне знакомой.
— Да, ты не ослышалась, девчонка! — нагло выкрикнул он. — Я специально выследил тебя на этой планете, чтобы вернуть должок. Для этого я выбрал лучшее время и место — обелиск разрушен, жрицы заняты, твоего дружка здесь нет, ты безоружна! Никто тебе не поможет!
— Ты кто? — искренне поинтересовалась Татьяна, прищурившись.
— В смысле «кто»? Только не говори, что у тебя память, как у рыбки!
— Ну, сам же говоришь — «девчонка», — насмешливо передразнила она. — Память девичья.
— Ты, Татьяна Мясницкая, унизила меня перед моими сородичами. Из-за тебя я провалил свою миссию и опозорился перед Её Величеством Императрицей! Теперь для меня дело чести — победить тебя в равном бою.
Хеме сбросил на пол экзоскелет и сразу стал казаться в два раза меньше. Такой малыш собирается без оружия напасть? В прошлый раз его в экзоскелете победили! Хотя тогда Татьяна была вооружена глефой. И всё равно такой соперник вызывал только смех. Моська лает на слона!
Всеми силами стараясь сохранить спокойное выражение морды, Татьяна подняла перед собой лапы и показала открытые ладони.
— Значит, ты изменился с нашей предыдущей встречи, — рассудила она.
— Это ещё почему?
— Потому что в тот раз ты даже не пытался со мной разговаривать. Теперь говоришь и даже слушаешь. Это прогресс. Может, не будем собачиться? Просто присядем и поболтаем, решим всё мирно?
— Ты не понимаешь! Я чешуёй поклялся отомстить.
И с этими словами он запрыгнул на кровать, отпружинил лапами от матраса и полетел сверху на Татьяну, очевидно, пытаясь повалить на пол. Татьяна перекувырнулась в сторону и резко поднялась на лапы. Пространства в комнате не хватало, удариться о какой-нибудь предмет мебели легче лёгкого, да даже одному здесь едва можно развернуться, куда уж двоим!
«Может, использовать его экзоскелет… только как?»
Татьяна не успевала соображать. Следующий удар прилетел снизу. Она ловко схватила чейшуйчатый кулак своей мягкой лапой и отвела в сторону, а когда прилетел второй, Татьяна остановила его согнутым коленом. Тут же в неё полетела третья атака — хвостом. И так как второй кулак Татьяны был обездвижен гипсом, отбить хвост хеме она уже не смогла, как и удержать баланс на одной ноге. Удар пришёлся ей в живот и повалил на пол.
— И говоришь, это «равный бой»? — прорычала Татьяна, когда её голова чуть не налетела на деревянный угол кровати. — Да у тебя аж три лапы, а у меня одна!
«И что это вообще за клятва чешуёй? Он сам-то хоть понимает, о чём речь? Зря я ему перцем в глаз не прыснула!»
Перечницу Татьяна нашла на кровати. Только подняться не успела — хеме оттолкнул её назад ударом ноги в плечо.
— Это реванш! — визжал он. — Тогда ты была сильнее меня, тогда ты со мной не церемонилась, девчонка!
— Чего? Я-то как раз и настаивала, чтоб всё решить мирным путём. Произошло недопонимание. Давай поговорим, всё обсудим.
Он на секунду поколебался, затем расправил гребень на шее, нахмурился и грозно отчеканил:
— Нет.
И в этот момент дверь в комнату распахнулась, застав врасплох не только хеме, но и Татьяну — она не слышала никаких шагов со стороны коридора, а смола, которую тот прикрепил к двери, казалось, должна была задержать входящих.