— Я понимаю, — продолжил он, — ты не доверяешь мне, у тебя нет на то причин. Но я честно говорю, я живу в соседнем вагоне. Мои сородичи услышали шум, поэтому я решил проверить. Когда живёшь в таком опасном месте, нужно оставаться начеку. Вдруг обвал? Или кош решат выгнать нас отсюда?
Убедительно звучит. Белле даже жаль его стало. Его слова «эта подземная помойка не сильно отличается от той, что на поверхности» имели смысл. Хорёк Белле не нравился, как и все хорьки. Но, хоть они и были врагами, беда у них была одна.
Белла почесала голову в надежде, что сейчас в неё залетит какая-нибудь умная мысль. Сработало! Она довольно потёрла лапы, когда в голове возник гениальный план.
— Ладно, так и быть, можешь остаться и помочь мне, — сказала Белла.
— Буду рад! — добродушно отозвался хорёк. — Если что, можешь звать меня Элио.
— Ага… — Белла вообще никак его не хотела знать. — Я — Неуловимая Белла. Слышал где-то моё имя? — Элио помотал головой, Белла разозлилась: — Да наверняка слышал! Ладно, Элио. Для начала заруби себе на хвосте — мы с тобой не друзья. И в должниках я у тебя не буду, понял?
Она ожидала, что грубость вызовет у Элио отвращение, что он расхочет ей помогать. Но Элио стойко принял на себя этот удар, как неслучившийся удар кулаком. Может, он дурак? Или что-то задумал? Нет, вряд ли, скорее, первое. Белла слышала, что интеллектом хорьки не отличаются. Правда это или нет — никто не знает, с ними крысы контактируют ещё реже, чем с кош…
Они вдвоём принялись перебирать старые вещи. Для Беллы — привычное занятие. Только привыкла она выискивать что-то ценное, что сразу бросается в глаза. Так что рылась тщательно, не пропуская ни одну бумажку. А бумажки попадались всё не те — вырезки из кошачьих газет, книг, журналов…
— Почему ты это бросила? — вдруг спросил Элио.
Белла повернула голову.
— Чё? — грубо отозвалась она.
— Это же фотоальбом. — Элио указал на книгу, которую Белла бросила на пол, как очередной мусор.
Недоумевающая Белла подняла находку и недоверчиво посмотрела на Элио.
— Раньше фотографии хранили в таких специальных книгах… — пояснил он, неловко опустив взгляд. — Мне продолжить поиски?
— Нет, подожди… — вдруг сказала Белла и открыла фотоальбом.
Фотографии. Почти как те, что у неё дома, только на них она ещё младше. А ещё сами её родители. А ещё малютка Элис. А Джули нет ни на одном снимке.
— Что-то на тебе совсем морды лица нет… — заметил Элио.
— Цыц, — огрызнулась Белла, резко захлопнув альбом. — Всё, миссия выполнена, я нашла, что искала.
«Неужели это правда? Джули не моя сестра? Джули всех обманула? Шпионка из какой-то космической организации! Как это подло, вот так лгать, играть на чужих чувствах! Могла же просто сказать правду — какая разница? Те же собы сказали правду, и ничего! Не понимаю, просто не понимаю!»
Сложнее всего Белле удавалось совладать с эмоциями. Она начала ходить кругами по вагону, распинывать мусор, что валялся у неё на пути, и размахивать лапами. Элио она совсем не замечала, будто его здесь и не было. Не хотела, чтобы он сейчас что-то говорил. А он заговорил:
— Ты в порядке? Почему ты искала фотографии детей? Это твоя семья на фото?
Он подобрал фотоальбом и заглянул внутрь! Увидев это, Белла вырвала его из лап Элио.
— Не твоё хорячье дело! — пискнула она.
— Ладно тебе. Я понимаю. У меня у самого три младшие сестры. Я бы сам переживал, если бы одна из них оказалась обманщицей. Давно ли Джули притворялась твоей сестрой?
— Я говорю, не твоё хорячье дело! И вообще, откуда…
Белла посмотрела на Элио. Тот стоял, как дурачок, и нелепо улыбался. Белла похлопала глазами.
— Т-ты это в-вслух только что сказала. — Элио попытался оправдаться, но заикающийся голос выдал его с потрохами.
— Нет, не говорила. Я об этом подумала. Ты что, этот… как его… начинается на «пат»… психопат?
— Может, телепат?
— Да-да. Оно самое.
— Ну… если простым языком выражаться, то да… — Элио неловко размял пальцами шею. — Хотя на деле всё намного сложнее…
Не успел он ничего объяснить, как настроение Беллы мгновенно переменилось. В голове у неё зародилась одна идея, и, судя по испуганной мордочки Элио, он и эту её мысль прочитал. Быстро, словно муха, Белла раст
Глава 11. За двумя хвостами погонишься...
1
Тем временем в Храме Бастет всё внимание приковал к себе Иной по имени Санни. Две пожилые жрицы, двое кош, а также Джордж и Татьяна смотрели на него, как на судью, что готовится вынести приговор.
Татьяна внимательно рассматривала Санни, пытаясь представить, что он чувствует в этот момент. Под капюшоном мантии скрывалась бездушная механическая маска. Если бы Татьяна не видела ранее притворявшуюся Иной хеме, она бы поразилась плоской форме его морды или даже приняла бы маску за часть его тела. Всем своим видом Санни напоминал робота: фигурой, движениями, речью.
— Если родители хотят оставить себе ребёнка-Иного, они должны быть осведомлены о последствиях своего выбора. — Механическая маска, что смотрела на жриц, повернулась к Сяомите и Роберто. — Предполагаю, вы не имеете представления о том, какая судьба ждёт любого Иного, если духовный наставник не обучит его контролю над собственными способностями. Вы совсем не обратили внимание на фрески, которыми украшены стены нашего Храма Бастет. На нашу долю выпала честь посредством изобразительного искусства получить накопленные веками знания предков. Конечно, мне не составит труда объяснить вам причину существования этих храмов и системы обучения Иных, но, к сожалению, я не в состоянии передавать весь спектр эмоций, который передаёт живопись, оставленная жрицами храма.
— Что за чушь он несёт! — выкрикнула Сяомита. Роберто положил ей лапу на плечо и развернул Сяомиту к фрескам.
Татьяна уже рассматривала их. Она слишком увлеклась происходящим на «сцене» действиям, так что совсем не обратила внимания на декорации. Конкретно эти фрески отличались от тех, которыми украшены стены на входе в храм, хотя рисунок выполнен в одном стиле. В зале картины выглядели более древними, с облупившейся краской, выцветшие.
— Не хватает реставрации, — улыбнулся Джордж.
У Татьяны содержание картин улыбку не вызывало. На первых был изображён маленький Иной, которого жрицы вели в храм. Дальше начиналась вполне нормальная повседневная жизнь — бытовые дела, учёба, помощь жрицам, сон. Сразу даже и не поймёшь, чего здесь необычного, чем ребёнок не может заниматься дома в кругу семьи. Разве что не все родители будут обучать своего ребёнка медитациям и боевым искусствам, как это показано на некоторых рисунках.
Над всеми этими картинами изображалась большая фигура Бастет, которую Татьяна и Джордж уже видели неоднократно. Интересно, богиня реально существует? Или это просто мифический персонаж? Татьяна не любила мифы родной Сайберии, они ей казались странными, но точно была уверена, что ничего подобного в мифологии её планеты нет. Никаких огромных кошек-богинь и жриц, что в особых храмах обучают Иных. Хотя на счёт последнего Татьяна сомневалась. Всё-таки ранее она никогда Иными не интересовалась.
— Ничего не понимаю, какие-то глупые комиксы! — Сяомита всё настаивала на своём. Её можно было понять. У Татьяны тоже после просмотра этих настенных рисунков возникло ещё больше вопросов.
На часть из них нашёлся ответ на противоположной стене, справа от трона.
Второй сюжет «глупых комиксов» сильно контрастировал с предыдущим. В этот раз фрески рассказывали куда более печальную историю. В ней ребёнка не отдали в храм, и Бастет покинула его. Он остался вместе со своим близнецом-кош. На одной из картинок был нарисован этот самый ребёнок-Иной, но в окружении обычных разношёрстных кош. Он держался за голову, а в выражении его скорченной морды — если эту каракулю можно назвать мордой — читались ужасные страдания. То же самое происходило и на картине с близнецом-кош. На последней фреске близнец-кош и Иной лежали, сцепившись лапами. Их позы и морды выглядели безжизненными.