– В таком случае не смею вас задерживать, – Рой поднялся, машинально не выпуская из рук чашку. – Спасибо за печенье, извините за беспокойство и… всего хорошего.

Дракон рванул к занавесу, но секретарь с места взметнулся в воздух, сбил гостя на пол, и они покатились по потёртому ковру. Рой был сильнее, но не имел опыта в драках, лишь врождённая реакция помогла инстинктивно сгруппироваться и прикрыться. Секретарь же немало упражнялся в боях и привык бросаться с единственной целью: уничтожить соперника. Уже через несколько секунд Жокдру захватил инициативу, плотно прижал драконианца к полу и нацелился вцепиться в горло.

– Фу! – негромко бросил правитель.

Секретарь как по волшебству замер, но не отступил, его пасть оставалась в опасной близости. Рой судорожно вдохнул и попытался высвободить левую руку из-под ноги противника, но Жокдру лишь крепче придавил её к полу.

– Говоришь, ничего не делал, а сам ещё и крупный материальный ущерб государству нанёс, – укоризненно покачал головой Вайтинагри.

– К-какой ущерб? – машинально переспросил Рой.

Правитель поднял за ручку осколок чашки, вылетевшей из рук дракона при падении.

– Прадедушкин сервиз, фамильный, редчайший фарфор. Дед бы за такое немедленно четвертовал. Но тебе крупно повезло, я не настолько кровожаден, как мои предки. Да и ковёр пачкать жалко. Предложу выбор. Либо Жокдру разорвёт тебя в клочья, либо сдаёшься в безоговорочный плен.

– Без... ого... Как это?

– Сдашься – узнаешь. Если кратко, жизнь сохранишь, свободу утратишь. Мне будет достаточно твоего слова, уверен, ты его сдержишь. Жизнь или свобода? Три секунды на решение. Раз.

Жокдру напрягся, готовый к рывку.

– Жизнь.

В отличие от поссов, у драконианцев героическая гибель в бою никогда не считалась доблестью.

Правитель кивнул, секретарь несколько разочарованно слез с противника, но не спускал с него глаз. Рой сел на полу и потёр левое плечо.

– Для начала посидишь в тюрьме, подумаешь над своим поведением. Жокдру, проводи и зачитай ему правила по дороге.

Уже на подходе к комнате допросов Вайтинагри услышал, как Верховный Жрец яростно проповедует тюремщикам, что пора прислушаться к зову сердца, встать на сторону добра и победить чудовище сначала внутри себя, а потом…

– Опять вы, Ваше Верховенство, перепутали тюрьму и кафедру, – иронично перебил его Вайтинагри, входя в комнату.

Появление правителя нисколько не смутило сидящего в кандалах на стуле для пыток Бучнопома.

– Я буду нести свет истины везде и всегда, покуда дышу! – высокопарно заявил он.

– Последнее легко исправить.

– Тебе не задушить мою проповедь, чудовище! – сверкнул глазами жрец.

Вайтинагри кивнул охранникам, они тут же вышли и плотно закрыли за собой дверь. Правитель присел на край стола в паре шагов от жреца.

– Не ожидал, что ты так быстро забудешь нашу последнюю встречу, Бупа.

– Наоборот, Вайти, я слишком хорошо её помню, – негромким нормальным голосом отозвался жрец.

– Ты так долго притворялся сумасшедшим, что совсем ума лишился? Зачем дракона притащил? А если бы он меня спалил?

– Может, я на это и надеялся, – ухмыльнулся Бучнопом.

– Мы же договаривались!

– На случай настоящего дракона уговора не было.

Вайтинагри задумчиво переложил на столе какую-то железку угрожающего вида. Главный оппозиционер в последние пару лет доставлял особенно много хлопот, но закрывал важную нишу и мешал появляться неподконтрольным сектам, а знакомый с детства противник лучше нового, неизвестного.

– Где ты откопал дракона?

– Он сам с неба свалился. В лесу, неподалёку от дома призрения имени твоего батюшки.

– Это случилось позавчера? Быстро ты его охмурил.

– И не таких забалтывал, – хвастливо прищурился жрец.

– В этот раз не заболтал, твою легенду он плохо выучил, минут за пять раскололся.

– Попробуй сам уломай дракона, знаешь, какой упрямец оказался!

– Ты просто теряешь хватку. Я бы легче и быстрее убедил.

– Так у меня арсенал средств внушения победнее твоего, – иронично кивнул жрец на стол с орудиями пыток.

– Мне и слов хватает.

– Да неужели? Даже с драконом?

– Стоп, – поморщился Вайтинагри. – Пора запомнить, что на слабо́ я не ведусь со второго курса колледжа.

– Очень надо с тобой спорить, – фыркнул Бучнопом. – Всё равно дракон тебе не по зубам.

– Ты мне зубы не заговаривай. Рассказывай, что успел про него узнать.

– Да особо ничего. Зелёный во всех смыслах, летает не очень уверенно, не по-драконьи. Зачем-то болтает, что долго мотался по космосу и к нам попал случайно.

– Это я от него уже слышал. Лучше скажи, ты думаешь, он Небесный?

– Честно – пёс его знает, Вайти. Сам говорит, что нет, но уж очень совпадает место, время и способ появления с легендами. «В закатный час сошёл Дракон, весь пламенем объят, когда холмистые леса теряли свой наряд», – процитировал жрец.

– «И лишь один не убежал, он был душою чист», – пробормотал правитель другую строчку. – Это ты, что ли? Тоже мне праведник нашёлся. Да и дракон твой не похож на Небесного.

– Это он на первый взгляд не по-драконьи добрый, но чувствую, что способен удивить. Проверять времени не было, могли твои ищейки добраться, поэтому я рискнул идти напрямую сюда, вдруг это шанс.

– Прибить бы тебя за такое.

– Ты можешь убить меня, чудовище, но дело моё будет жить! – громогласно провозгласил Бучнопом «жреческим» голосом. Правитель аж подпрыгнул.

– Что ты всегда так неожиданно орёшь, цербер тебя задери!

– Должны же за дверью знать, что я не сломлен, – невинно заявил Бучнопом. – Кхе, в горле пересохло, дай попить.

– Знаю я твоё «попить», мне отсюда сразу к министрам, некогда переодеваться.

– Так даже лучше! – загорелись глаза у жреца, желавшего, чтобы все узнали, как он дерзко плеснул водой в «мучителя».

– Бупа! – рявкнул Вайтинагри.

– Что? Мне же надо поддерживать репутацию.

– А мне сегодня слишком хочется тебя убить за выходку с драконом, так что лучше не провоцируй. Или ты мучеником надумал стать?

– Нет, в моём возрасте поздно, здоровье не то, – негромко и без тени иронии ответил жрец после паузы, уставившись в угол.

Правитель помолчал, разглядывая стол.

– Ладно. Посиди недельку в карцере, подумай над своим поведением.

– В карцере? Я надеялся на мою любимую камеру.

– Я туда дракона определил. Или хочешь разделить с ним заточение?

– Нет, – быстро сказал жрец, – в карцер так в карцер.

Вайтинагри насторожился.

– Ты что, его боишься?

– Нет, – но Бучнопом отвёл взгляд.

Правитель подскочил к нему и схватил за плечи.

– Смотри мне в глаза! Что ты такого узнал про дракона, что не хочешь с ним наедине оставаться?

– А вот этого я тебе не скажу даже под пытками, – очень тихо и серьёзно ответил жрец.

* * *

Обстановка в «любимой» камере жреца оказалась вполне заурядной тюремной. Железная койка, тонкий и жёсткий матрас, рыхлая, символическая подушка. Напротив к полу прикручен деревянный табурет. Серые оштукатуренные стены, нависающий потолок: стоя рукой достанешь. В углу аскетичный санузел с железной раковиной. Узкое окно с решёткой под самым потолком, тусклый светильник над массивной дверью. Примерно такой Рой местную тюрьму и представлял. Хорошо хоть не заковали. Драконианец присел на койку, она протяжно скрипнула. Интересно, когда тут кормят – и кормят ли.

Его мысли будто прочитали. Дверь распахнулась и тут же захлопнулась, Рой не успел рассмотреть, кто был снаружи. В камере появился столик с тарелками, стоящий на низкой платформе с колёсиками. Драконианец притянул обед и изучил блюда. Суп, каша, овощное рагу, компот. Рой никогда не интересовался кухней поссов и обрадовался отсутствию чего-либо похожего на мясо позвоночных. Драконианцы не придерживались вегетарианства, но старались не употреблять в пищу животных с развитым мозгом, а на чужой планете не угадаешь, кем раньше была котлета.