– Что ещё вам не нравится? – опять завёлся драконианец. – Цвет не тот, живу не так, дышу не так. Замените уже тем, кто всем устраивает, а меня оставьте в покое.

– С удовольствием, как только найду пункт возврата и обмена бракованных драконов. Так что, идём спать?

– Я лучше в карцер пойду.

– Ладно, – махнул рукой правитель. – Оставайся в зале, тебе принесут какую-нибудь подстилку. Только трон не вздумай трогать.

* * *

После полного волнениями дня Рой спал плохо, хотя ему принесли мягкий и довольно удобный матрас. Утром его растолкали рано и потащили на внеочередное собрание министров. Вайтинагри гордо вещал, как дракон с лёгкостью раскрыл заговор и впредь не допустит, чтобы кто-то даже помыслил идти против правителя или приближённых, а также стращал, что каждый, кто осмелится отнестись неуважительно к представителям законной власти, будут иметь дело лично с господином Ортусом.

– А? Что? – невпопад среагировал Рой на своё придворное имя. Всё время до этого он следил за мухой, которая постоянно перелетала с воротника министра сельского хозяйства на рукав министра водных ресурсов и обратно, и никак не могла определиться.

– О чём вы так задумались? – недовольно спросил правитель, которого прервали в особо удачном, по его мнению, месте речи.

– Мысли грешников читаю, – попытался открутиться драконианец.

Министр сельского хозяйства что-то булькнул и упал в обморок. Через два дня, повторяя речь перед Советом, Вайтинагри добавил к фразе «дракон раскрывает заговоры» слова «а также растраты средств, выделенных на удобрения», чем впечатлил всех присутствующих.

Обед прошёл без происшествий, но после трапезы Жокдру неожиданно умоляюще спросил: «Я пойду?» и правитель неохотно кивнул. Секретарь рассы́пался в благодарностях и убежал. Рой удивился, обычно Жокдру посреди дня не отпускали, попытался сбежать следом, надеясь отоспаться в башне, но безуспешно. Вайтинагри потащил драконианца пить чай, в одиночку ему было непривычно.

– Надеюсь, это яд, – пробормотал Рой, глядя на предложенную чашку.

– Не надейся. Ты мне пока нужен живым.

– Жаль. Надеюсь, это «пока» скоро закончится.

– Оно закончится раньше, чем ты думаешь, если не станешь нормальным драконом.

– То есть злобным монстром? Не дождётесь.

– Не хочешь по-хорошему – сделаем по-плохому.

– Всё равно не получится, – буркнул Рой и уткнулся в чашку, последняя интонация правителя ему совсем не понравилась.

Пиликнуло сообщение на столе секретаря. Вайтинагри привычно повернул голову, вспомнил, что Жокдру нет, ругнулся и пошёл читать сам. Он долго тыкал в экран с непривычки, поминал нехорошими словами всех разработчиков, потом повернулся к Рою:

– Ты умеешь быстро печатать?

Драконианец собирался наотрез отказаться замещать секретаря, но мелькнула мысль, вдруг там сообщение из Совета и получится в ответе дописать про себя.

– Если раскладка стандартная, то умею, – осторожно ответил Рой, чтобы не выдать своё несанкционированное знакомство с планшетом.

– Пёс её знает, какая здесь. На, набери мне текст под диктовку.

К сожалению, письмо оказалось с приморских территорий и касалось уменьшения улова из-за разыгравшихся бурь. Едва драконианец набрал ответ и вернул планшет, в зал заглянул начальник разведки с кратким докладом о поиске заговорщиков. Когда Тогебез ушёл, Вайтинагри посмотрел на экран.

– Хм, я что-то нажал, и всё пропало. Не помнишь, что я надиктовал?

Рой закатил глаза, но нашёл, как восстановить данные, и подумал, что уйди секретарь в отпуск на неделю, всё государство наверняка встанет напрочь.

Ещё через пару писем, оказавшихся такими же неинтересными для Роя, Вайтинагри сказал, что достаточно, остальные дела не убегут, а ему пора готовиться к третьей ночи – традиционному праву Главного Посса вкусить прелести новобрачных девушек с зависимых земель.

– У вас действует этот варварский обычай? – Рой был шокирован.

– Почему варварский, – поморщился Вайтинагри, – у нас всё цивилизованно, только по желанию.

– Вашему?

– В первую очередь новобрачной.

– Неужели находятся желающие?!

– Разумеется. Да половина девиц планеты мечтает стать фавориткой, а вторая хотя бы разок залезть в мою кровать. Ладно, может не половина, но гораздо больше, чем я готов осчастливить. Хорошо что за большинство женихи предпочитают дать выкуп.

– И это вы называете цивилизованно?! Издеваетесь над самым бедными?

– Нет, выкуп определяется по среднему доходу и посилен каждому, просто не все им пользуются. Скупым мужьям порой проще невесту на денёк сбагрить, чем с копейкой расстаться. Иногда сами девушки уговаривают отпустить, мол, такой шанс. А кто-то велит новоиспечённой супруге быть поласковее и замолвить словечко, надеясь на преференции. Ни у кого ещё не получалось ничего выпросить, но периодически возникают слухи, например, что госпожа N меня ублажила и её мужу при дележе наследства лишний кусок перепал, хотя я к эту госпожу N вообще не помню.

– Какие мерзавцы! И бедные девушки покорно идут к чудовищу?

– Бегут, – ухмыльнулся правитель. – И обычно те из них, кто поглупее, начинают с «убейте моего мужа и заберите к себе», кто поумнее этим заканчивают, а самые умные держат язык за зубами и просто мило хлопают глазками.

– Какой беспросветный мрак. У вас вообще знают, что такое любовь?

– Конечно. Просто счастливые новобрачные в замке не появляются, доезжают в основном те, кому не по душе пара, выбранная родителями. И не так всё плохо, наоборот, ситуация улучшается. Сейчас сезон свадеб, позавчера было 124 торжества, а не стали откупаться только одиннадцать, меньше десятой части. А при прадеде половина доезжала. Порой я даже не пускаю. Например, на сегодня заявку подавала Курэла, у неё это чуть ли не седьмой брак, а я эту извращенку ещё по первому помню, мне хватило. Ведь опять охмурила какого-то несчастного. Каждый год мужей травит и находит новую жертву, надеясь опять в замок прорваться, хотя знает, что в чёрном списке. Так что всего десять дам сегодня.

– Избавьте меня от дальнейших подробностей о ваших оргиях.

– Какая у тебя богатая фантазия, а по виду и не скажешь. Хочешь присоединиться? – Вайтинагри подмигнул, и Рой аж закашлялся. – Всё-таки как тебе идёт изумрудно-зелёный, стеснительный ты наш. Расстрою, оргий не планируется, для каждой готова отдельная спальня. К половине даже заглядывать не буду, выспятся, позавтракают и домой отправятся. Обычно такие потом больше всего подружкам хвастают, а те уши развесят и завидуют. На остальных посмотрю, если девушка не против, могу и задержаться, но если не в восторге – счастли́во оставаться. Это же только в первые годы азарт и кажется, что чем больше побед, тем лучше, но потом надоедает и скорее в повинность превращается.

– Так отмените, – пробормотал драконианец, который не ожидал таких откровений, не знал, куда деть глаза, и был близок к тому, чтобы заткнуть уши.

– Ради репутации можно потерпеть давнюю традицию, – ухмыльнулся Вайтинагри. – И потом, некоторых приятно вспомнить. Скажем, этой весной с одной сероглазой…

Рой опять громко закашлялся, правитель беспечно зевнул, подождал и неторопливо продолжил.

– С одной сероглазой до утра в самых разных… аспектах обсуждали современную драматургию. Да, с дамами можно и поговорить, а не только то, что ты думаешь.

– Я ничего не думаю. Давайте закроем тему.

Вайтинагри встал и потянулся.

– Кстати, под утро сероглазая и в постели оказалась хороша, я чуть не пожалел, что решил не заводить фавориток, – с этими словами правитель наконец ушёл.

Рой посидел, подумал, что он здесь больше никому не нужен, и хотел отправиться в башню, но охранники не выпустили. Драконианец кисло побродил по залу, поискал самую скрипучую половицу. Потом посидел на стуле секретаря, на кресле правителя и даже на троне, с удивлением отметил, что самый удобный всё-таки стул. Было скучно, лезть в планшет настроения не было.