Развернувшись, комендант пошагал обратно внутрь самолета. Двигатели издали свой громогласный рев, разогреваясь, а солдаты перекрыли бастующим путь к отступлению. Роуз стояла прямиком на начерченной Моралесом линии в снегу и когда машина, ослепляюще сверкая выхлопами синего пламени взлетела ввысь, пнула в его сторону снег, поправляя очки. Часть самолетов поднялась в воздух, разлетаясь, другие же остались на своих местах.

Роуз обернулась. Толпа смотрела на нее молча. Посреди площади воцарилась тишина. Больше никто не вопил и не восклицал. Все в изумлении смотрели на журналистку. Опомнившись, она поправила свое пальто, убирая за пазуху журналистский пропуск и пошагала вперед. Люди расступались перед ней, восторженно провожая взглядом. Подойдя к Оливии с Сарой, она кивнула в сторону машины, припаркованной у обочины неподалеку.

– Убираемся. Сейчас же. – тихо сказала она.

Полиция пропустила их через оцепление, получив разрешение у одного из офицеров. Быстро выскользнув в полупустующие городские улицы, Роуз нажала на газ. Двигатель напрягся, издавая легкий дребезжащий звук. Низко посаженный силуэт авто мелькал в переулках, исчезая из глаз полицейских. Оставив вдалеке площадь и выезжая на развилку между зданий, Роуз резко повернула руль, притормозив и войдя в поворот, а затем снова надавила на газ.

– Эй! Потише! – окликнула ее Оливия. – Мы вроде никуда не торопимся. Я конечно люблю погонять, но, когда ты так делаешь это странно, страшно и непривычно.

– Замолчите! – повысив голос, сказала журналистка, поправляя зеркало заднего вида и устремив взгляд на Сару. Они промчались мимо улицы, полной магазинов. Мимо них пролетел исчезнувший между зданий самолет, вылетавший из города. Эти странные штуки Сара видела только по телевизору, а в жизни лишь пару раз в ночи Брэд показывал ей горящие на горизонте голубые огни двигателей. Сара тогда и представить не могла что эти штуки такие гигантские.

– Да ладно тебе. – не унималась Пинки. – Как ты его уделала! Он там все чертил что-то ногами, а ты бац! Как вышла! Это было просто вау! Хотя немного страшно, этот комендант на вид серьезный дядька. Еще и этот пучок на голове. Хотя немного забавно. В Атланте все носят пучки? Даже твои дреды завязаны в пучок!

– Кейси, уймись. – вздохнула Роуз, поворачивая руль.

– Не могу! – пожала плечами та. – Ух, как же ты его. Я, говоришь, журналист, а вы, блин, кто-то там. По-моему, он обделался. Еще и ответил там что-то непонятное. Говорю, ты его поставила в тупик.

– Погоди! – отмахнулась Роуз. – Так, Сара. Ты же понимаешь, почему я так выхватила тебя?

– Понятия не имею. – честно ответила девушка.

– Неужели? – нахмурилась Роуз.

– Абсолютно.

– То есть ты догадок не строишь? – прикусила губу она, задумчиво уставившись на дорогу.

– Вообще не понимаю. – вздохнула Сара, поглаживая загривок пса, который глядел на нее. Убрав голову из-под ее руки, он уставился на парящие над городом машины, пробирающееся патрулями между зданиями.

– Как-то не верится. – хмыкнула Роуз, поворачивая к зданию, где находилась ее квартира. – Ладно, погодите минутку. Дайте с мыслями собраться. Мне нужно сосредоточится.

Резко затормозив у дома, журналистка выскочила, оставив машину криво стоящей у обочины и быстро выгнала остальных пассажиров. Кивком позвав их за собой, она направилась к лифту. Пинки и Сара переглянулись, разведя руками. Пес поспешил вслед за ними внутрь, так как снег начал падать еще сильнее.

Поднявшись на нужный этаж Роуз снова схватила Сару за руку, запихнув ее в квартиру. Оливия ели поспевала за ними, захлопнув дверь. В прихожей на них вылупила удивленные глаза Бастет, прервав вылизывание своих лап. Пес тявкнул на лысую кошку и та, зашипев, юркнула на кухню, скрывшись из виду.

– Какое милое животное. – сморщилась Сара. Это лысое существо казалось ей настолько нелицеприятным, насколько возможно.

– Стой тут, Сара. – Роуз потерла переносицу очков, кинув пальто Оливии, которая с трудом поймав его, принялась вывешивать одежду подруги в шкафу.

– Привет. – крикнула со стороны кухни Лили. Оттуда доносилось приятное шуршание чего-то на сковороде и доносился запах специй. У Сары проснулся аппетит.

– Привет, Ли! – крикнула в сторону кухни Оливия. – Как дела у нашего маленького гангстера?

– Нормально. – безынтересно ответила Лили, отдавшись готовке. – Звонила Келли, Роуз. Просила передать привет и сожалела что не застала нашу важную особу в собственной квартире.

– О-о-о! – удивленно разинула рот Оливия, поправляя шляпу. – Келли звонила? А можно перезвонить ей?

– Нет. – бросила Роуз, стягивая сапоги.

– Почему? – надула губы та.

– Потому-что звонки в Канаду дорогие и отслеживаются. А с твоей манерой вести диалоги мне все состояние придётся отдать на оплату телефонных счетов. – пробурчала журналистка.

– Келли? – переспросила Сара у Оливии.

– Она очень крутая девка! – восторженно кивнула та в ответ.

– А кто это? – Саре было очень уж интересно чем вызван такой ажиотаж от этого звонка.

– Наша с Лили кузина. – ответила Роуз.

– Сестра о которой я всегда мечтала. – крикнула из кухни Лили. – Более раскрепощенная и менее надоедливая. И ей не жаль денег на то, чтобы позвонить.

– Потому что с ее работой у нее денег немерено. – сказала в ответ сестре журналистка.

– Да работа у нее хороша. – сказала Саре Пинки. – Она работает этим… – девушка почесала затылок. – Политическим аллигатором.

– Агитатором. – поправила её Роуз.

– Да, точно. – кивнула Оливия.

– Если однажды не повезет увидеть канадский плакат: «От цели к единению. От единения к равенству.», – посмотрела на Сару журналистка. – то третья слева девушка с дурацким афро на голове – это Келли, не ошибешься.

– Она живет в Канаде? – поразилась Сара. – Удивительно.

– Еще удивительнее, когда из-за ее названивания в нашу квартиру приходят полицейские. – фыркнула Роуз. – Каждый раз грозятся добавить меня в списки граждан, подпадающих под подозрения. И каждый раз удивляются, когда смотрят что я нахожусь в них уже лет так пять.

– Это из-за ее выходок с комендантом. – усмехнулась Оливия.

– Это был не первый раз, как я поняла? – спросила Сара.

– Да-а, – протяжно сказала Пинки. – далеко не первый. У них прямо-таки взаимная нелюбовь.

– Стоп, что? – вышла с кухни Лили, поправляя фартук и сжимая в руке ложку. – Ты снова сунулась к Моралесу? Ты совсем умом поехала, сестренка?

– Иди готовь. – нахмурившись сказала ей Роуз. – Моя работа, это мое дело. Что сделано, то сделано. Лучше, не знаю, займитесь чем-нибудь. – оглянулась на них Роуз. – Мне нужно время. И тишина.

– И чем это нам заняться? – приподняла бровь Пинки, провожая взглядом Роуз, спешно удаляющуюся в свою комнату.

– Посотрясайте воздух, или чем вы там обычно занимаетесь? – грубо бросила Роуз, закрыв за собой дверь.

Сара переглянулась с Оливией, которая растянулась в улыбке, демонстрируя пресловутую щель между передними зубами. Сара отвела глаза, понимая, что постоянно пялится на это уже не выглядит хоть сколько-нибудь комфортным. Пес пошагал на кухню, сев рядом с Лили, лепящей из фарша мясные котлетки.

– Ничего не дам. – отвернулась от животного Лили, принявшись выкладывать те на сковородке. Пинки подскочила, схватив одну из них у убежала с кухни подманивая за собой пса. Лили лишь покачала головой, заведя глаза.

Сара пошла в гостиную, где Бен увлеченно сидел, смотря мультики и поедая какие-то мармеладки. Присев рядом с ним Сара улыбнулась ребенку и тот, посмотрев на нее своими большими черными глазками растянулся в улыбке в ответ, взяв в руки пачку конфет и показательно ударив ей о диван. Сара протянула к ним руку.

– Можно одну? – спросила она ребенка.

– Уа. – раскрыв рот констатировал Бенджамин убрав маленькие ручки от пачки и позволяя Саре взять пару конфет.

Ближайшие несколько часов Сара провела с ребенком, который в перерывах от наблюдения за говорящими животными на экране старался дернуть ее за волосы. Сара не всегда успевала уворачиваться от его цепких пальцев и взвизгивала, когда у Бена получалось схватить ее локон. И в чем удовольствие ребенку так надоедать ей?