– Святые сиськи Морганы… – восхищенно выдал Тони. – Да этот русский гений! С ним, возможно, я…

Артефактор бросил взгляд в угол мастерской, где на манекене угадывались части мобильного доспеха.

– Может быть, мы даже закончим Меч… черт… мне нужно наладить контакт с этим Виктором. А для этого надо сделать заказ.

Приняв решение, он с головой погрузился в работу и очнулся только от раздражающего звука, что доносился из внешнего мира.

– Скажи им, что я умер. Или уехал.

– Я это уже говорила, – тут же отозвалась фея. – Мне не поверили.

– Тогда скажи что‑то, что подействует! – отмахнулся Смит.

Фея озорно полыхнула и проплыла к двери.

– Мы заняты! – заявила она.

– Чем?

– Трахаемся!

С той стороны что‑то упало с большим грохотом. Удовлетворенно кивнув, дух вернулся обратно.

– Что это было? – рассеянно поинтересовался Тони, не отвлекаясь от рассчитывания формулы.

– У тебя ошибка в третьем знаке, – указала Вулкания, специально переключая его внимание и довольно улыбаясь.

– И правда, – спохватился артефактор. – Что бы я без тебя делал.

– Тлел бы. Красиво, с удовольствием, но совершенно бессмысленно.

– Нельзя быть женатым на своей работе, – возмутился Тони.

– Твой отец иного мнения.

– И поэтому мы видим старика раз в месяц, когда он заканчивает очередной супер‑мега‑важный заказ для королей, императоров, и прочих архимагов, – помахал рукой младший Смит. – Нет, отдых это важно.

– Для чего?

– Для вдохновения, конечно же! – важно заявил артефактор. – Иначе не встретил бы мисс Бубс, а через нее не познакомился с таким интересным заказчиком.

Их разговор прервал новый стук в дверь.

– Кого там опять Туманом принесло… – проворчал Смит.

– Я разберусь, – пообещала Вулкания.

– Только не так, как в прошлый раз… – задумчиво постучав пальцем по подбородку, произнес он.

– Ты хотел сказать, позапрошлый? Или еще раньше?

– А что было еще раньше?

– Ты умер и уехал в Нифльхейм.

– А… да, так не надо. Хотя погоди… точно, Муспельхейм! – щелкнул пальцами Смит. – Рога огненных великанов прекрасно подойдут в качестве изолятора! Надо только пересчитать цепочки… – и он снова отключился от реальности.

Новый стук в дверь оказался более настойчивым – Вулкания почувствовала, что на этот раз делегация была посерьезней: за старшим управляющим рода, мистером Джарвисом, в коридоре маячил Говард‑младший, и по тому, как оба держались, было ясно: пришли не просто так.

– Мне нужен Тони, – произнёс Говард без предисловий. – Немедленно. Касательно вчерашней партии.

Вулкания не двинулась с места, лишь вопросительно наклонила голову.

– Уилсон Вуд, – продолжил Говард‑младший. – Этот человек выиграл сотни тысяч у сыновей лордов Кавендиша и Вейнрайта. А потом исчез. Никакого Уилсона Вуда в списках гостей нет. Как он прошел на третий уровень – неизвестно. Теперь их отцы задают вопросы.

– Люди. Политика, – зевнула фея и заключила. – Неинтересно.

– Лорды требуют объяснений. Это уже репутационный вопрос для рода Смитов.

– Тони занят, – повторила Вулкания.

– Чем? – не сдержался Говард‑младший.

– Работой, – с улыбкой ответила фея.

Пауза повисла после ее слов, так как она все еще не пускала их внутрь.

Мистер Джарвис кашлянул – сдержанно, как это умеют только дворецкие с многолетним стажем – и произнёс:

– Передайте господину Энтони, что семья будет признательна за его внимание к этому вопросу, когда позволит работа.

Говард‑младший ещё смотрел на закрытую дверь, явно собираясь что‑то добавить, но Джарвис уже разворачивался. До него первым дошло: если Тони взялся за заказ по‑настоящему, никакие лорды в ближайшие дни в расчёт не идут. Более того, когда молодой господин закончит, любые претензии перестанут иметь значение. Будет важен лишь новый шедевр рода Смитов. А ради такого стоит все отложить.

– До сих пор не понимаю, что ты в нем нашла, – разочарованно вздохнул Говард‑младший.

Он выглядел воплощением идеального британского джентльмена. Умен, образован, богат. С ранних лет принимая участие в делах оружейного дома Смитов, он приумножил богатства рода в несколько раз. Невеста из британской ветви рода Астор, что владели железными дорогами, обещала выход на американские рынки – союз, который превратит британский род в международный клан.

Высший свет считал его следующим главой рода, но у фамильного духа было свое мнение, что сформировалось, стоило ей взглянуть впервые на наследника рода.

– Ты будешь носить имя Смитов с честью, – сказала она тогда. – Но ковать – никогда.

Прошли годы, и предсказание сбылось в точности.

– Я скажу, когда ты сможешь сделать с помощью песка и палки стеклянный замок, – насмешливо полыхнул фамильный дух сейчас, вспоминая детство братьев.

Наследник рода поджал губы, но возражать Вулкании не стал, и молча ушел. Все равно спорить с ней было не то чтобы бесполезно, а скорее, опасно для жизни.

Разочарованно полыхнув, фея вернулась в мастерскую, где в воздухе блестел нарисованный прототип будущего шедевра. Вулкания смотрела на горящие в темноте нити эфира и чувствовала то, ради чего существовала.

Огонь умел многое, очень многое. Жечь, плавить, уничтожать. Но этот огонь – тот, что горел в руках настоящего мастера над наковальней – был совершенно другим. Он не разрушал. Он менял форму камня, не ломая его.

Именно такой огонь она понимала. Именно такой любила. И только такое пламя ее завораживало и дарило самые яркие эмоции в долгой жизни.

– Зажигай горн, Вулкания. Время ковать.

Фамильный дух, что был известен своим своевольным и взрывоопасным характером, безропотно выполнил приказ, заряжая мастерскую огненным эфиром.

Огонь она любила разный – битвы, гнева, горна. Но этот был редким. Пламя, что не жжёт и не рушит, а тянется вперёд, к форме, которой ещё нет. Огонь истинного творца, занятого делом. Такой не встретишь дважды за тысячу лет.

Поэтому она выбрала его. Не отца с его империей заказов. Не старшего брата с его безупречными манерами. Этого, казалось, шалопая, но который с радостью работал с горном и с головой погружался в чертежи.

Огонь и камень любят основательность, любят труд, любят то, что остаётся после. И пока его руки будут творить – Вулкания будет рядом.

– Как вам представление, господин Вуд?

Я находился в салоне машины один. Леди Санлайт уже вышла и была встречена мисс Грей, чтобы проскользнуть, как и было запланировано, неузнанной в свою комнату.

И все же мой вопрос не остался без ответа.

Пустота кресла рядом с водителем усмехнулась и через секунду на меня с интересом смотрела Десятый Посох Британии, леди Алиса Уильям, герцогиня Глостерская.

– И какая же из подсказок наконец снизошла до сознания ученика? – поинтересовалась Алиса с той доброжелательной интонацией, с которой обычно хвалят собаку за то, что она наконец‑то нашла мячик.

– Обижаете, – фыркнул я. – Я, скорее, до последнего верил в своего учителя, что Посох будет считать ниже своего достоинства опускаться до детских разборок в песочнице. К слову, прекрасно выглядите.

– Спасибо, – слегка смутилась внезапному комплименту Алиса.

Уж не знаю, что за волшебство она применила, но мужской костюм смотрелся на леди потрясающе, подчеркивая немалые достоинства фигуры. К слову, что‑то это мне напомнило.

Дары? Чаши? Но сообразить я не успел.

– Я и не опускалась, – безмятежно согласилась Алиса. – Я лишь слегка скорректировала диспозицию. Это совершенно другое.

– И что, вернете им отнятый леденец? – усомнился я.

Сколько Уилсон Вуд выиграл на пари? Миллион? Больше? Уверен, что это более чем чувствительная потеря для аристократов.

– А тебе что, не нужны деньги?

– Мне? – удивился я. – Вы что, решили выиграть деньги для своего ученика?