– Наивный северный юноша, – покачала головой архимаг. – Делать мне больше нечего, кроме как разводить заносчивых мажоров на деньги. Конечно, это для тебя.

– Но зачем? – искренне не понимал я.

Алиса уставилась на меня с не меньшим удивлением.

– Ты, действительно, не понимаешь. Это и есть та загадочная широта русской души? Ладно, скоро поймешь.

– А претензий у родителей не будет? – слегка настороженно посмотрел я на нее. А то с этой женщины станется меня втянуть в новые неприятности.

– К кому, к мистеру Вуду? – усмехнулась Алиса. – Его не существует.

– А безлимитная кредитка у кого была, у Ее Величества Королевы?

На что герцогиня Глостерская только загадочно улыбнулась.

– Ладно, и что дальше? – решил я перевести тему.

– Это я должна спрашивать, – фыркнула учитель.

– Посмотрим…– задумался я. – Если молодой мастер из семьи Смит выберет мой заказ, то все равно должно пройти время, прежде чем он закончит. А без артефакта мне нет смысла идти к леди Маккой.

– Ничего не забыл? – прищурилась Алиса.

– Да вроде нет…

Я не сомневался, что Смит поймает наживку, но даже так, на изготовление артефакта требуется время. Без подарка нет смысла делать предложение, от которого она не сможет отказаться. Остаются мелочи, вроде давно обещанного спарринга с Викторией Санлайт, чтобы навести мосты с ее наставником и преподавателем оруженосцев, сэром Дрейком. Про обещанный учителем тест‑драйв двойного дара я сам старался не напоминать, не хочу выступать в качестве подопытного кролика, поданного к столу темного эльфа. Этот тип обладает слишком холодной аурой, любой здравомыслящий человек будет разумно опасаться и обходить стороной такое древнее чудище.

– Ясно, – коротко ответила Алиса, отчего память предка тут же сделала стойку.

– Я что‑то забыл? – решил я спросить прямо.

– Ничего важного, ученик.

То есть это точно было что‑то важное. Но леди Уильям мне этого не скажет, ведь это выставит уже ее в неприглядном свете, как будто она хотела и ждала чего‑то, а теперь назойливо еще напрашивается, что совершенно не подходит облику архимага.

Я честно постарался вспомнить, что это могло быть, но лишь поморщился от очередной вспышки головной боли.

– Раз обещал, значит, сделаю – выкрутился я, чтобы мою реакцию не восприняли превратно. – Избавлюсь от колокольного звона в голове и вспомню.

– Голова болит? – неподдельно встревожилась Алиса.

– Побочка от алхимических коктейлей. Ничего страшного, к утру пройдет, – поморщился я.

– Если знал, то зачем рисковал? – нахмурилась учитель.

– Увы, иначе не раскочегарить Дар на полную. Я не такой математический гений, как Искорка, чтобы считать карты на лету, так что пришлось обходиться тем, что есть.

– Не прибедняйся, – усмехнулась архимаг. – Все же ты держался на равных с двумя шулерами.

– Двумя? – нахмурился я.

Первым была сама леди Уильям и ее способ прямого преобразования карт, несмотря на всю защиту от подобных махинаций. Но кто второй? Чарльз или Логан? Те вылетели быстро.

– Тони? – предположил я. – Его очки, очевидно, были артефактом, что позволяет видеть следы эфира.

«Или нет», – сам же себе возразил я. Тогда Тони увидел бы тот фокус, что провернула архимаг. Или он увидел и решил подыграть? А зачем? Он знал, кто скрывается под личиной Уилсона Вуда? От подобных мыслей голова разболелась только еще сильнее.

И вообще, что значит, что Вуд, Уилсон Вуд, был агентом Ноль Один Ноль?

– Да, артефакт позволял видеть эфир, – кивнула Алиса. – Но ты видел его фатальный недостаток, для этого ему нужно было изучать печать вблизи. В масштабе картежного стола – слишком большое расстояние.

– А, логично, – кивнул я, вспоминая попытки Тони поглядеть на Герду поближе.

– Что возвращает нас к очень интересному вопросу – как это умудрился сделать ты, – вкрадчиво продолжила учитель, уставившись на меня с доброжелательной улыбкой голодной акулы, что почуяла свежую кровь и теперь не отстанет.

Упс. Когда я успел спалиться? В разговоре? Думай, голова, думай, иначе нам секир‑башка. Или я не спалился и Десятый посох просто проверяет свои теории выстрелом в небо?

– Это уже второй вопрос, – поморщился я. – Шулеры и ответные действия против шулеров.

– И я должна поверить, что у тебя был набор для стрит‑флеша? – продолжала улыбаться Алиса. – Как удобно, что только он мог побить мой расклад.

– Совпадение? – попытался выкрутиться я. – Вы же сами говорили, что в Тумане и не такое случается.

– Верно, – согласилась леди Уильям. – Но есть невероятные совпадения. А есть слишком удобные, чтобы быть простой случайностью. Ты умный парень, Виктор, я ни за что не поверю, что мог так рисковать.

Я понял, что зря затеял этот разговор. У меня и так трещала башка, так зачем я решил подкинуть себе трудностей, спалив маскировку герцогини? И сейчас Алиса воспользовалась открывшимся преимуществом и без всякой жалости к страдающему от алхимической мигрени ученику окружала меня детективными капканами и логическими ловушками.

Так и хотелось спросить, какое зло я ей сделал. Мы же вроде заключили негласную договоренность не лезть в тайны друг друга. Так за что мне такие пытки? Воистину, нет ничего страшнее обиженной женщины… стоп…

Я едва слышно застонал от промелькнувшего озарения, ниспосланного не иначе как с небес.

– Я обещал вам подарок, – вспомнил я.

Леди Уильям недоуменно моргнула от такой резкой смены темы.

– Вспомнил наконец, – снисходительно фыркнула она, сложив руки под грудью.

Я мог лишь кивнуть, потому что не хотел закапывать себя еще глубже. Действительно, пока я договаривался с леди Уильям насчет добычи с огненной саламандры, учитель полушутя‑полусерьезно (с женщинами никогда не угадаешь наверняка и лучше даже не пытаться) намекнула, что неприлично пользоваться помощью одной леди, чтобы сделать подарок другой. И я пообещал сделать ей сюрприз.

В чем была проблема? Я пообещал сюрприз, не имея на руках ничего, даже заготовки для идеи.

А леди Уильям, как полагается благородной леди, оставленной в одиночестве, продолжила размышлять над возможными вариантами, накрутив свои ожидания до максимума. И теперь, когда я благополучно забыл о самом обещании, реагировала соответственно. Как говорят на малой родине, классика: сама придумала – сама обиделась.

Вот только мне от этого не легче. Нужно бросить хоть какую‑то кость вместо себя, чтобы меня не сожрали на месте. Все же Алиса приятная во всех смыслах личность и вот так, на пустом месте, портить с ней отношения не стоило. Тем более хорошее расположение ее ко мне будет весьма полезным в будущем.

Придется превозмогать.

Игнорируя мигрень, я прикрыл глаза, призывая другую грань моего Дара. Память будто отмоталась назад, в деталях воспроизводя тот разговор, чтобы найти в прошлом подсказки для настоящего.

Вот мой взгляд скользит по ладной женской фигурке, блуждает по комнате, замечает Десятый посох, небрежно прислоненный к стенке, и я обещаю архимагу достойный сюрприз.

Плохо. Была ли у меня идея? Нет, только образ идеи.

Голову не просто кольнуло болью, мозг, перегруженный использованием Дара, пожелал хозяину‑извращенцу развлекаться самостоятельно и свалил в Туман. Почти буквально – сознание помутнело, грозя вырубиться от перегрузки. Пришлось закругляться, оставшись ни с чем.

Почти ни с чем. Буквально в последний момент мутная картинка сменилась на похожую. Тот же кабинет, одни и те же лица. Застывшее от шока лицо Алисы, с открытым ртом уставившейся на мой подарок.

Виктор, да ты псих. Как я вообще умудрился создать такое? Это вне моих текущих возможностей. Я открыл глаза, и спешно воспроизвел в памяти последнее видение.

Отдельный вопрос: что это было? То, что я придумал тогда? Или подсознание таки сформировало идею сейчас? Или…

Так, соберись. Если это то, о чем я думаю, то мне нельзя забывать об этом.

Вот только леди Уильям восприняла мое молчание по‑своему.