Я терпеливо ждала.

Наконец он произнёс:

— Вы слишком хорошо понимаете, какое впечатление производите на него.

Я едва не рассмеялась.

— Какое же?

— Джорджиана.

— Нет, мне действительно интересно. Возможно, вы сумеете объяснить мне то, чего я сама не замечаю.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Вы знаете, что он ухаживает за вами.

— Разумеется. И должна признать, делает это весьма приятно.

Клейтон сжал губы.

— Вы находите удовольствие в том, чтобы испытывать моё терпение?

Я улыбнулась.

— Не стану отрицать, что иногда ваше выражение лица доставляет мне немалое развлечение.

Он неожиданно рассмеялся, хотя смех получился довольно коротким.

— По крайней мере, вы честны.

— Всегда стараюсь.

— И полагаете, что это достойное занятие для молодой леди?

— А что именно? Танцевать с подходящим кавалером или наблюдать за своим опекуном?

— Джорджиана…

Я посмотрела на него уже серьёзнее.

— Клейтон, вы ведь сами поставили нас в такое положение. Вы говорите, что должны найти мне мужа, а потом сердитесь на каждого мужчину, который проявляет ко мне внимание. Признайтесь, вы просто не готовы расстаться с ролью моего единственного защитника.

Он посмотрел на меня так, что я немедленно поняла: попала в больное место.

— Дело вовсе не в этом.

— Тогда в чём?

Клейтон ничего не ответил.

Мы сделали ещё несколько движений, и я почувствовала, что он собирается снова уйти от разговора.

— Только не говорите, что это ваш долг, — предупредила я. — Я уже могу произнести эту речь вместо вас, причём с нужным выражением лица.

Он невольно улыбнулся.

— Не сомневаюсь.

— Хотите, продемонстрирую?

— Прошу вас, не здесь.

— Тогда вам придётся придумать что-нибудь новое.

Его улыбка исчезла.

— Вы действительно хотите услышать правду?

Я подняла глаза.

— Да.

Он помолчал, затем произнёс негромко:

— Мне не нравится, когда он смотрит на вас.

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, но заставила себя ответить спокойно:

— Почему?

Клейтон посмотрел на меня с таким выражением, что у меня пропало всякое желание шутить.

— Потому что я предпочёл бы сам иметь право смотреть на вас подобным образом.

На мгновение я перестала слышать музыку.

Его признание оказалось неожиданным, хотя я уже давно догадывалась о том, что он чувствует.

Я хотела сказать что-нибудь остроумное, но впервые за вечер не нашла подходящих слов.

Клейтон заметил моё замешательство.

— Вот видите, мисс Эшборн, — произнёс он с едва заметной улыбкой. — Оказывается, вас тоже можно заставить замолчать.

Я посмотрела на него с возмущением.

— Не обольщайтесь, ваша светлость. Просто я выбираю, насколько дерзким должен быть ответ.

Он тихо рассмеялся.

— И насколько?

— Достаточно, чтобы напомнить вам, что у вас уже есть женщина, которой вы обещали подобное право.

Его лицо сразу стало серьёзным.

— Джорджиана…

— Нет, Клейтон. Вы сами захотели говорить откровенно.

Он смотрел на меня, не перебивая.

Я продолжила, стараясь, чтобы голос оставался ровным:

— Вы можете сколько угодно сердиться на лорда Блэквуда, но я не собираюсь отказываться от приятного общества только потому, что вам это не нравится. Я хочу танцевать, путешествовать, читать интересные книги, знакомиться с людьми и когда-нибудь, возможно, выйти замуж. И не намерена проводить молодость в ожидании того, когда вы решите, что со мной делать.

Клейтон слушал очень внимательно.

— Вы уже рассматриваете Блэквуда в качестве будущего мужа?

Я не удержалась от улыбки.

— А вы уже собираетесь отказать ему за меня?

Он поморщился.

— Вы опять отвечаете вопросом на вопрос.

— Потому что мне чрезвычайно любопытно, что вы сделаете, если он действительно попросит моей руки.

Клейтон замолчал.

Я видела, что он старается сдержаться, и это было почти мучительно приятно.

— Вы хотите, чтобы я ответил честно? — спросил он наконец.

— Непременно.

Он наклонился немного ближе, настолько, насколько позволял танец.

— Я пришёл бы в чрезвычайно дурное расположение духа.

Я рассмеялась.

— Только и всего?

— Полагаю, этого было бы достаточно, чтобы испортить настроение большей части моего окружения.

— А мне?

Он посмотрел прямо мне в глаза.

— Вам я постарался бы ничего не испортить.

От неожиданности я замолчала.

В этих словах не было ни приказа, ни запрета, ни привычной уверенности в том, что он лучше знает, как мне следует жить.

И мне вдруг стало гораздо труднее продолжать нашу весёлую перепалку.

Музыка подходила к концу.

Клейтон осторожно отпустил мою руку, когда мы остановились среди других пар.

— Благодарю за танец, мисс Эшборн.

Я сделала реверанс.

— И я вас, ваша светлость.

Он подал мне руку, чтобы проводить обратно к леди Элеонор, но прежде чем мы успели сделать несколько шагов, рядом появилась леди Августа.

Она была великолепна в платье золотистого шёлка, с жемчужным ожерельем и высокой причёской, в которой не выбилось ни единого локона.

Её улыбка выглядела вполне приветливой.

Только глаза оставались холодными.

— Клейтон, дорогой, — произнесла она, подходя ближе. — Я тебя повсюду ищу.

Герцог остановился.

— Августа.

Она перевела взгляд на меня.

— Мисс Эшборн. Вы, кажется, прекрасно проводите вечер.

— Чрезвычайно, миледи.

— Как приятно. Я видела, вы танцевали с лордом Блэквудом. Он весьма серьёзный человек, не правда ли?

— Очень.

— Полагаю, вам следовало бы уделять ему побольше внимания. Насколько мне известно, он уже давно подыскивает себе жену.

Я улыбнулась.

— Тогда, возможно, наши интересы совпадают.

Леди Августа приподняла бровь.

Клейтон рядом со мной замер.

Я почувствовала, что сказала ровно то, что хотела.

— Вы хотите сказать, что рассматриваете его предложение? — уточнила леди Августа.

— Пока никакого предложения не было, миледи. Но я не вижу причин отказываться от знакомства с достойным человеком.

Леди Августа улыбнулась ещё шире.

— Как разумно. Я всегда считала, что девушке в вашем положении следует особенно внимательно относиться к подобным возможностям.

— Совершенно согласна, — ответила я. — Было бы глупо упускать хорошую возможность только потому, что кому-то другому она может не понравиться.

На мгновение наступила тишина.

Леди Августа посмотрела на Клейтона.

Тот стоял неподвижно, и я заметила, как напряглась его челюсть.

— Клейтон, — произнесла она мягко, — ты ведь тоже считаешь, что лорд Блэквуд мог бы стать прекрасным супругом для твоей подопечной?

Я едва не рассмеялась.

Вот это был удар.

Причём нанесённый совершенно невинно.

Клейтон посмотрел на неё, затем на меня.

— Я полагаю, что мисс Эшборн ещё слишком мало знает лорда Блэквуда, чтобы делать какие-либо выводы.

— Именно поэтому я и собираюсь познакомиться с ним поближе, — любезно пояснила я.

Леди Августа коротко рассмеялась.

— Какая очаровательная непосредственность.

— Благодарю, миледи.

Мне вдруг стало ясно, что будущая герцогиня искренне желает видеть меня замужем за лордом Блэквудом.

Это было вполне объяснимо.

Стоило мне покинуть дом на Гросвенор-сквер, и неприятная проблема, которую представляло моё присутствие, исчезла бы сама собой.

Но гораздо интереснее было другое.

Клейтон, судя по выражению его лица, воспринимал подобную перспективу с куда меньшим энтузиазмом.

И это обещало немало занимательных минут.

Домой мы возвращались поздно.

Леди Элеонор сидела напротив меня в экипаже и выглядела необыкновенно довольной, хотя время от времени бросала в мою сторону задумчивые взгляды.

Клейтон ехал в другом экипаже, поскольку обещал проводить леди Августу.