Глаза Элвины наполнились слезами. Она понимала, что в том, что произошло с малюткой Лиззи, есть её вина. Она обязана была предусмотреть такой поворот событий, как-то подстраховаться. Она не думала тогда о дурном. Агата казалась тогда бодрой и сильной. Да и не ожидала Элвина, что задержится в столице так надолго.

— Себастьян, ты правда думаешь, что мы сможем найти её? — шмыгнула носом Элвина.

— Найдём, даже не сомневайся. На вот, — виконт протянул жене чистый платок когда карета дёрнулась, останавливаясь у ворот монастыря.

В затхлом воздухе тесной комнаты витал запах нестиранных пелёнок, лекарств и чего-то ещё тошнотворного.

— Матушка, пару недель назад вам не приносили девочку с рыжими волосами? У нас дочка пропала.

— Приносили, здесь она.

— Мы заберём её немедленно, — Себастьян оттеснил Элвину от монахини и протянул той горсть монет.

— По мне, так забирайте. Ей у вас будет лучше. Только матушке настоятельнице сказать надо.

Элвина кинулась к узкой детской кроватке, на которую указала монахиня. Слёзы счастья градом катились из глаз матери. Лиззи продолжала безмятежно спать. В том, что это она, у Элвины не было никаких сомнений. Девчушка открыла глазки, когда Себастьян взял её на руки. Малышка улыбнулась, повертела пальчиками серебряную пуговицу с топазом, прижалась к отцу и снова закрыла глазки.

— Я слишком надолго оставила Лиззи. Она даже не узнала меня, — расстроенно прошептала Элвина, прижимаясь к мужу.

— Зато она узнала меня, — улыбнулся Себастьян и поцеловал рыжую макушку дочери.

— Элвина, ты останешься здесь, будешь жить в монастыре, лечить малюток-сирот.

— А Лиззи? Ты собираешься разлучить меня с ней?

— Моя дочь будет жить со мной. Я сумею позаботиться о ней.

— Себастьян, ты никогда не сможешь простить меня?

— Глупая ты. Я безумно люблю тебя. Ты одна царишь в моём сердце. И так будет до конца моих дней. Я не хочу, чтобы с тобой приключилось несчастье. Для тебя, в свете открывшихся обстоятельств, жизнь в этом отдалённом монастыре будет безопаснее.

— Но я не смогу без тебя и дочери! Я умру от тоски. Оставь мне хотя бы дочь. Ты не знаешь, но она ведь тоже ведьма. И в столице без должного руководства с ней тоже может приключиться беда. Её силу надо сдерживать до поры и направлять в безопасное русло.

— Тогда я отвезу вас обеих в Фернстоун, к моей матери.

— Меня не радует это, но я готова подчиниться твоей воле. А что ты скажешь королю и королеве?

— Пока не знаю. Надеюсь, что мне удастся уговорить их обойтись без твоей помощи.

Минуло полгода.

Элвина с дочкой жили в Фернстоуне вместе со старой графиней. Замок уже не казался зловещим, в его залах часто звучал смех и топот детских ножек. Элвина освоилась с ролью молодой хозяйки. Она не жила затворницей, выбиралась в гости к соседям и навещала родителей на ферме. Не забросила она и своё основное ремесло — собирала и сушила травы, принимала страждущих. Графиня была недовольна, но сделать ничего не могла. Такова была воля супруга и требование сына.

Однажды в Фернстоун гонец из столицы доставил послание от виконта Бремзли. Себастьян уведомлял о том, что королева требовала немедленного приезда виконтессы во дворец.

***

Леди Эдит постучала в дверь кабинета.

— Да, войдите, — ответил виконт.

— Дорогой сын, Элвина сказала, что ты приехал ненадолго и скоро вернёшься в столицу. Я надеялась, что ты оставите жену и дочку здесь. Мне с ними менее одиноко, я успела привязаться к внучке.

— Нет, матушка. Однажды вы уже выгнали мою супругу из дома и пытались разлучить с ребёнком. Более я не могу доверять вам. Моя семья будет жить со мной, под моей защитой. Я не дам никого из них в обиду.

— Себастьян, я одна, совсем одна. Моё будущее беспросветно.

— Так поедемте с нами в столицу.

— Нет, Себастьян. Мне там никто не будет рад. Муж давно забыл о моём существовании. Мона, которой я посвятила жизнь, бросила и даже не приезжает навестить. Ты тоже бросаешь. Впереди меня ждёт безрадостная, одинокая старость.

— Матушка, в этом только ваша вина. Вы сами загнали себя в эту ловушку, рассорившись со всеми.

— Ты жесток ко мне, Себастьян.

— Не более, чем вы были жестоки по отношению к моей жене, пожелав по своей прихоти разлучить её с ребёнком.

— Твоя жена имеет дело с феями, а это до добра не доведёт. Я лишь хотела оградить от них внучку.

— Моей дочери ничего не грозит. Феи не причинят ей зла, ведь она наследница земли, на которой находится Волшебная Роща.

КОНЕЦ