Впрочем, им и не требовалось быть хорошими в своём деле. Нужно было просто явиться. И чтобы их было много.

Даффи успел насчитать дюжину, прежде чем опустил бинокль на грудь. Эти играли в ковбоев и индейцев вовсю, выглядывая из-за любого доступного укрытия: фургона, мусорного контейнера, той самой кучи ограждений. Имелась и машина слабоумных из Слау-башни: Картрайт и Гай настолько прониклись правилами тайной работы, что оставили её посреди открытой площадки, под проступавшими в небе звёздами. В некотором смысле он окажет всем услугу, убрав их с доски. Даже подумав об этом, Даффи понял, что это как раз правильный настрой для подобной работы: необходимо твёрдо знать, что действуешь ради общего блага, в том числе ради блага тех, с кем собираешься расправиться.

Всех, сказала дама Ингрид. И людей из Слау-башни тоже.

Он наблюдал, как самозваные спецназовцы в чёрном суетятся внизу. Одни вытаскивали из фургона снаряжение — пару быстро собираемых строительных вышек с прожекторами наверху, — другие перебегали из тени в тень, занимали позиции и, судя по виду, развлекались от души. Только потому, что им ещё не доводилось делать такое по-настоящему. Будь Даффи склонен к сентиментальности, он, возможно, задумался бы о том, что когда-то и сам был таким. Но к сентиментальности он склонен не был, да и таким не был никогда. Поэтому он просто нагнулся к спортивной сумке у ног и достал чёрную шёлковую балаклаву. Чёрная — для ночи, шёлковая — чтобы не жарко: даже сейчас зной не спадал, словно в пекарне, где только что выключили печи. Но главное — балаклава скрывала лицо. Когда всё закончится, «Чёрные стрелы» останутся с мешками для трупов на руках, и всем будет спокойнее, если они не смогут дать его словесный портрет.

Затем он проверил оружие, проверил патроны и спустился принимать командование.

На верхней лестничной площадке Лэм обнаружил запертую на висячий замок дверь и подумал: ага, это уже похоже на зацепку. Ключ, разумеется, лежал в кармане у нашего солнышка Джима. Спуститься и забрать его — дело двух минут, но раз уж никто не спешил добровольно его приносить, Лэм просто рявкнул: «Стэндиш! На твоём месте я бы отошёл подальше!» — и без дальнейших церемоний ударил ногой в дверь. Первый удар вырвал щепки и наполовину выдернул из косяка металлическую накладку, державшую замок. Второй довершил дело: дверь распахнулась внутрь, ударилась о стену и захлопнулась обратно. В короткий миг между ударами Лэм успел увидеть Кэтрин Стэндиш, стоявшую в другом дверном проёме с чем-то в руке. Когда он снова толкнул сломанную дверь и шагнул в комнату, Кэтрин оставалась на месте, но руки у неё были пусты.

Лэм посмотрел на неё, оглядел комнату, снова посмотрел на неё и сказал: — Я думал, тебя похитили, а не отправили на загородный отдых.

— Замок был снаружи, — напомнила она.

— Я видел кроличьи клетки, которые охраняются надёжнее. — Пройдя мимо, он заглянул в дверь ванной. — Да тут, мать его, отдельный санузел!

— Возможно. Но я заказывала номер для некурящих, — сообщила Кэтрин.

— Отвратительная привычка — вся эта пассивно-агрессивная хрень. — Но всё же Лэм швырнул сигарету в унитаз. Она отскочила от сиденья и исчезла за пьедесталом раковины; скорее всего, пожара от неё не случится и дом не сгорит.

— Что ты сделал с Бейли? — спросила Кэтрин.

— Если ты о стажёре, которого тут оставили за старшего, он прилёг отдохнуть. Ещё один твой старый поклонник?

— Насколько надолго прилёг?

— Я его не убил, если ты об этом. — Лэм заметил поднос и прямиком направился к нему. — Не пойми меня неправильно: я не одобряю похищения сотрудников Службы. Но ты ведь не настолько важная персона.

Некоторое время он раздумывал, потом хмуро посмотрел на яблоко, сунул овсяный батончик в карман и разорвал упаковку сэндвича.

— Кто с тобой? — спросила Кэтрин.

— Никого.

— Ты приехал один?

Она не сумела скрыть недоверия в голосе.

— Да. Ну, Хо был за рулём. — Лэм откусил сэндвич и скривился. — Господи. Сколько это здесь валяется?

— Чего хотел Донован?

— В обмен на тебя? — Лэм немного пожевал, проглотил и снова откусил. Набив рот, продолжил: — Ну, говорит, ему нужны «Летописи дебилов».

Кэтрин сперва растерялась, а потом растерялась ещё сильнее. — «Серые книги»?

— Ага. У меня была точно такая же реакция. С другой стороны, если он, как я подозреваю, трахал тебя в незапамятные времена, это уже правдоподобнее. — Он снова сделал паузу, чтобы прожевать. — В том смысле, что он явно псих.

— Мы можем теперь уехать?

— Я ещё не съел свой батончик. — Он помолчал и принюхался к сэндвичу. — Тут что, сыр?

— Господи, только не опять. Обернись.

Лэм обернулся и спустя мгновение почувствовал, как Кэтрин отлепляет что-то от сиденья его брюк. Повернувшись к ней, он увидел в её руке расплющенный кружок чего-то похожего на моцареллу. — Прежде чем садиться в комнате Родди, всегда проверяй стул. Сколько ты тратишь на химчистку?

— А что такое химчистка?

Она вышла первой и на лестничной площадке задержалась, чтобы оглянуться. Лэм даже не потрудился. Самая обычная комната, и ничего особенного там не произошло. На свете бывают испытания и похуже скуки.

С другой площадки внизу было видно бесчувственное тело Бейли в прихожей. Он вполне мог сойти за спящего, подумала Кэтрин, — если бы люди обычно перед сном расколачивали себе лицо о наковальню. — Он ведь ещё мальчишка, Джексон.

— У него был пистолет. И почему ты зовёшь его «Бейли»?

— Камера у него тоже была.

Лэм на секунду задумался, но отмахнулся от этой мысли. — Ну, теперь тебе придётся его разбудить. Я хочу знать, чего Доновану на самом деле надо.

— То есть ты не считаешь его настоящим психом.

— Он, скорее всего, и псих тоже. Но это ещё не значит, что у него нет тайных планов.

— Спасибо, что приехал за мной, Джексон.

— Ты думала, я не приеду?

— Нет, я знала, что приедешь. Просто ожидала несколько больше разрушений, вот и всё.

И именно в этот момент Родерик Хо протаранил входную дверь автобусом.

— Это «Блэк эрроу», — сказал Трейнор.

«Блэк эрроу». И двигались они по коридору точь-в-точь как в кино: один пробегал несколько метров вперёд и приседал, пропуская другого, который занимал следующие несколько метров. Большинство держали дубинки; у некоторых было нечто похожее на пистолеты, но слишком громоздкое. Электрошокеры, догадался Ривер, и где-то у основания позвоночника шевельнулась телесная память. Ему уже доводилось встречаться с электрошокерами.

— Твои люди? — спросила Луиза.

— Мечтали бы. — Трейнор посмотрел на Дугласа. — Где они? Что это за место?

Дуглас, так и сидевший на полу, угрюмо пожал плечами.

— Господи ты боже мой, — пробормотал Трейнор. Он схватил Дугласа за воротник, поставил на ноги и ткнул пальцем в экран. — Вот это. Где они?

Голос Дугласа нагнал губы только через пару секунд. — Это коридор С.

— Очень помог. Где находится коридор С?

— По эту сторону от коридора В, — пояснил Дуглас.

— Далеко им до складского помещения?

— Оно сразу за коридором Е.

— Ясно, — сказал Трейнор. Достав из-за пояса пистолет, он проверил патроны и опустил оружие вдоль бедра. — Так, план меняется. Я иду туда. — Он указал в сторону коридора, в котором исчез Донован. — Постарайтесь не путаться под ногами, когда мы пойдём обратно.

— У вас всё ещё наша коллега, — напомнила Луиза.

— В девять её отпустят, что бы ни произошло. Целую и невредимую. Вы что, считаете нас зверьми?

— Присяжные ещё совещаются.

Ривер смотрел на монитор, где бойцы «Блэк эрроу» занимали комплекс. — Собираешься в них стрелять?

— Собираюсь прикрыть своего командира.

— Да это детский сад с палками, — сказал Ривер. — У них одни дубинки да камни.

— Некоторые служили в армии, — сказал Трейнор. — И не все безоружны. Приходилось работать в частной охране?

— Пока ещё нет, — пробормотала Луиза.

— Поверьте: там работают как раз те, кто любит припрятать нелегальный пистолетик.