— Мужики, зверя нашли⁈

Шокированный Элвирэ уставился на меня как на призрака.

— Чо встал, где зверюга⁈ — заорал я.

— Эт… Глинйаный…

— Анвиир, где зверь⁈ — я кричал, убегая от всё более и более оживающего шоггота. Ядро неведомым образом возвращало себе власть над телом.

Мне приходилось бегать по кругу. Ведь дальше начинались берлоги. Впрочем, долго я так не смог. На третьем круге долбанная амёба приняла форму подковы, и мне пришлось бежать уже куда придётся.

Я рванул туда, куда вела цепочка следов, изо всех сил стараясь не провалиться в берлогу. А вот шаггот подобным не занимался.

По дороге он извлёк пару десятков каких-то существ. Вроде на тухляков они похожи не были. Так вот, попавшие внутрь злобной биомассы, стремительно переваривались, а само чудовище росло.

Я даже как-то не заметил, как меня догнал рептилоид. Натуральный такой рептилоид. Правда, он почему-то был в рогатом шлеме и с топором, но это уже детали. Надо сказать, улепётывал он образцово показательно.

Дыхание моё сбивалось, и бежать становилось всё труднее, а шоггот не отставал. По дороге он сожрал кучу гуманоидных и не очень существ и стал просто ну очень большим. Не знаю, сколько прошло времени. В боку кололо, ноги налились предательской тяжестью.

Тварь была всё ближе и ближе. Рядом со мной уже бежал странный мужик в шляпе с бородой из щупалец, в которых он нёс какие-то мелкие предметы. Интересно это был плотоядец осьминог?

Я уцепился за эту мысль стараясь отвлечься от боли в ногах. Бежать было тяжело, броня давила на грудь, мешая дышать. Амёба не отставала.

Вдруг из замаячившего впереди редколесья выскочил Громов. Его рыжую фигуру легко было узнать. В руках у него что-то двигалось. Я подлетел к пирату. Тот держал в руках зверя. Кажется, это была лиса.

Думать мне было некогда. Потому добежав до Громова, я вытащил из пространственного кармана ядро шоггота.

— Ты чо делаешь… — шокировано произнёс пират.

Я же молча принялся засовывать ядро лисице в пасть. Та яростно вырвалась. Секунда и мы жидкая плоть шоггота нависла надо мной. Мы были окружены.

Я краем глаза видел, как странный мужик со щупальцами вместо бороды тыкает жидкую плоть вилами, или чем-то таким.

Но тут лисица, кажется, поняла, что я делаю и с внезапной лёгкостью как это делала Мурка, откусила кусок от казавшегося мне неразрушимым ядра и проглотила его. Амёба вся пошла рябью. Плутовка тем временем стремительно доела ядро.

Что тут началось жидкая плоть рухнула вниз, обдав нас вонючей жижей. Кругом набралось небольшое озеро, от которого поднимался неприятный пар.

Я стоял, тяжело дыша, и во мне поднималось безграничное весёлое чувство победы. Я поднял лицо к темному небу, с которого падали маленькие колючие снежинки и закричал:

— РИКИ-ТИКИ-ТА!

Я кричал и смеялся как умалишённый. Мой враг, казался, неуязвим, он был намного больше, чем я, сильнее, чем я, он даже пах хуже чем, но я победил. Я кажется даже танцевал не обращая внимания ни на что вокруг.

Я бы долго ещё так орал если бы к нам. То есть танцующему мне, потерявшему дар речи от всего произошедшего пирату, и весьма симпатичной лисодевушке не подскочил рептилоид с воплем:

— Видели! Видели! Ка я его! — он яростно потрясал топором. Рогатый шлем его сбился на бок. Весь вид его выражал такую гордость, словноименно он только что справился с гигантской амёбой.

Тут же откуда-то нарисовался тот в шляпе со щупальцами вместо бороды. Тот глядел на грозного риптилоида с явным весельем. Мне вот честно хотелось остановиться и расспросить эту пару о местных делах. Ведь ни тот не другой агрессии не проявляли, но времени не было. Потому я просто повернулся и двинулся в ту сторону, откуда пришёл.

Я не отошёл и на десять шагов как меня кто-то хлопнул по плечу. Нет, это был не Громов, а тот самый щупальцебородый в шляпе.

— Уважаемый, — на хорошем русском начал он. — Дайте имя новенькой. С вашей стороны не вежливо вот так оставлять её.

Я повернулся и произнёс, указав на лису.

— Будешь Лизавета Патрикеевна.

В тот момент я почувствовал, как из меня вытекает муть, мне вдруг стало легко и приятно.

— Благодарю вас,- как ни в чём не бывало, снял с головы шляпу щупальцебородый.

До здания мы добирались, наверное, минут сорок. Вот никогда бы не подумал, что убегу так далеко. Эльфы ждали нас на месте. У здания тем временем развернулся стихийный митинг. Народ был самый разнообразный и невероятный. Эльфы стояли перед входом, держа оружие наготове, но на них вроде пока никто не покушался.

Я, не особо обращая внимание, на уже принявшихся делить чужую добычу чудиков вынес дверь и быстро вошёл внутрь. Здание и правду было каким-то складом. Всё оно было заставлено ящиками и тюками.

Впрочем я легко нашёл фиолетовое сияние на полу. Правда, опять пришлось ползать по полу. Я тут же приложил руку к двум кругам и над ними возникли знаки дара смерти. Тут же от них протянулись линии явно замкнувшие треугольник. И ещё одна протянулась из угла.

Я встал и пошёл по ней. Честно говоря, я чувствовал опустошение. Мои спутники что-то активно обсуждали, но я их не слушал. До центра треугольника мы добрались легко. Пара патрулей не в счёт. Первый мы расстреляли, а второй от нас просто дал дёру.

И вот я стою посреди леса над сияющим фиолетовым кругом.

— Ну, вот и добрались. Фина… —

Я опустился на одно колено и приложил руку к кругу. Мгновение и ночь стала днём. В темное небо, разгоняя тучи, ударил луч света настолько яркого, что я ослеп. Пришёл в себя я наверное через минут пять. В голове плескалась мучительная муть.

— Слышь, ты давай заканчивай, с чем заканчивал, — устало произнёс Громов. — А то это зябко тут….

И тут я услышал апплодисменты, а потом знакомый голос со смешинкой произнёс:

— Молодец, какой же ты молодец….

Иван Георгиевич споткнулся. Мгновение назад он стоял посреди зимнего леса, глядя как Репей возится в снегу, а теперь кругом была самая обычная улица, к тому же идущая под гору. Снег здесь был большей частью убран, только подальше между домами лежал сугроб, который просто ещё не успели вывести.

Ещё мгновение кто-то влетел ему в спину. Лишь чудом Громов удержался на ногах. Он повернулся и увидел обоих элдьфи: Анвиира и того у которого полголовы из металла. Он так пока что и не успел запомнить его имя.

— Чо за… — не удержался юный элдьфи. Он уже отскочил и держал пулемёт наизготовку.

Иван Георгиевич оглянулся. Они стояли прямо посреди улицы Чёрных братьев. Время было позднее и оттого кругом было пусто.

— Мы в Выборге⁈ — ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Громов.

Только сейчас он почувствовал, насколько его переполняла сила. Такой мощи он не чувствовал даже в гнезде изменённых. Он обернулся к железноголовому и вдруг обнаружил, что тот с интересом разглядывает маленький язычок пламени, парящий в воздухе над его рукой. А потом по земле пришёл удар такой силы, что они даже покачнулись.

Я обернулся. Сейчас мы оказались посреди большого куполообразного помещения, чьи стены ровно светились, создавая необычную призрачную атмосферу. Я стоял и не верил своим глазам. Вернее верил, но очень не хотел, чтобы всё это было реальностью.

Передо мной был портал. Тот самый, который мы построили в финале той моей жизни. Не было здесь никаких голубых рун или чего-то ещё. Только знакомое мне оборудование.

Я резко повернулся и уставился на афроякута. Нечеловек сейчас был одет в нечто вроде скафандра или доспеха из синего металла — полуматериальной субстанции. Он стоял, весело улыбаясь, как, впрочем, и в прошлую нашу встречу.

— Как? — просто спросил я.

— Рассчитываешь на злодейский монолог? — ещё шире заулыбался он. — А вот тебе, — он дурашливо показал мне кукиш. — Накося выкуси!

— Послушай, эта штука опасна, она может разрушить мир…