— Так! — резко произнёс Громов. — Давайте переживать проблемы по мере их поступления.

Я только пожал плечами и, подняв автомат, двинулся вперёд по туннелю. Может это, правда был и не туннель совсем, а, например, канализационный коллектор. Хотя нет, слишком уж здесь чисто.

Это подземелье вообще производило впечатление используемого. Никакой воды, никаких повреждений на стенах, сломанных дверей… Да дверей…

Я с интересом уставился на одну. Она выглядела точно так же, как и в том комплексе. Только с боков от неё шли два вертикальных ряда символов, светившихся бледно-голубым. Я попытался тронуть створку и не смог. Её прикрывал прозрачный барьер.

— Так, все отходим! — скомандовал я. — Сейчас щит ломать буду.

Немного поприпиравшись все разошлись. Я вытащил заряженный кристалл и катушку проволоки. Приставил бледно-светящийся камень к барьеру, надел на него катушку и… ничего. Символы мигнули, кристалл погас, а барьер остался на месте. Попадос!

— Ну как? — заинтересовался Влад.

— Никак, — ответил я.

Вот это беда, враги, кто бы они ни были, изменили структуру, и барьер поглощал энергию не разрушаясь. Или просто он с самого начала был рассчитан на такие фокусы, это всё-таки техномагия.

— Рушить он вздумал, — недовольно пробурчал Громов, — отойди, неуч. Смотри, как батька работать будет!

Архимаг поднял руку, и с характерным гудением в барьер впилась электрическая дуга. Я отвернулся, прикрыв глаза рукой, не желая словить сварочного друга. Обычно молнии появляются на мгновение, но эта извивалась словно змея не меньше минуты.

Когда всё кончилось, я обнаружил, что знаки теперь сияли чуть ярче. Громов имел вид весьма расстроенный, а барьер остался на своём месте.

— Дальше пошли, — устало сказал Гилви, — хватит силу тратить её и так совсем негусто.

Мы двинулись. Прошли немного, и Серёга заговорил:

— Слышь, бать, а ты сваркой заниматься не пробовал — золотое дно! — родил идею он.

Громов, явно не сомневавшийся, что обращаются именно ему, совершенно спокойно ответил:

— Для сварки такое не подходит. Мужики огненным плетением варят, — пожал плечами архимаг. — Молнию маленькую создавать трудно, да и неточная она, так и норовит в сторону уйти.

— А ты, бать, палец поближе поднеси, почти вплотную, — не унимался клон.

— Обожжёт, — нравоучительно заявил пират-ректор, — пробовал.

Серёга призадумался и замолчал.

Дверей мы нашли много и все, кроме одной, оказались прикрыты силовым полем. Единственная доступная нам была даже чуть приоткрыта. За ней обнаружился короткий коридорчик с открытым проходом по левую руку, который вёл на лестницу.

Вполне обыкновенную лестницу. Причём мы были сейчас на самом верхнем этаже. Вариантов не осталось, надо было спускаться.

— Мне одному кажется, что это ловушка? — спросил Влад.

По коридору стало расползаться белое облако слезогонки. Я поудобнее перехватил дубинку, в которую превратил туманное лезвие.

— Ещё раз, — заорал я, и голос мой, искажённый противогазом, разнёсся по туннелю. — Мы не должны их убивать. Это даёт силы нашим врагам.

Остальные ответили что-то нечленораздельное. Я взвесил в руке мешочек с песком, который привязал на верёвку и ринулся на врага.

Шаг! Другой! Третий! Ещё! И вот передо мной оказался статный эльф в каких-то лохмотьях. Волосы его вылезли, и даже сквозь муть слезогонки я видел чуть блестящие пятна лишая, покрывавшие скальп несчастного. Я, не рассусоливая, приложил его по голове мешочком и тот расплылся кулём, а я рванул вперёд.

Удар!

Ещё один эльф рухнул мне под ноги. А впереди другой склонился в приступе кашля. Я заехал ему по затылку мешочком и рванул вперёд. Сзади слышался голоса, искажённые противогазами.

Бам!

В голову мне прилетел удар. Он был слабым, но всё равно было неприятно. Я с разворота вмазал грациозной эльфийке, отлетевшей в дым. Сшиб ещё одного и рванул вперёд.

Слева от меня из облака появился крепкий эльф. По лицу его текли слёзы и сопли, он кашлял, но уверенно пёр вперёд. Голова, плечи и грудь его все были покрыты лишаём.

Я попытался достать его мягким кистенём, но он каким-то чудом увернулся и тут же врезал, длинным прямым в лицо. Я отклонился, но всё же по шлему мне прилетело знатно. Перед глазами мелькнула надпись о блокировании урона.

В ярости я приголубил его дубинкой. Тот отклонился и получил в плечо. Я тут же добил его ударом по голове. Изголодавшие всё пёрли и пёрли. Даже слезогонка их не очень-то останавливала.

Всё происходящее и правду было ловушкой. Кстати, заряды для летального оружия, были чем-то вроде издёвки. Или предложения неправильного решения. Я мог снести всех обезумевших эльфов одним ударом, но это значило лишь помочь врагам.

Самое интересное, что эти несчастные элдьфи не были охраной кругов. Едва видимые фиолетовые нити в воздухе тянулись мимо них, уходя куда-то вперёд. По сути, это мы были ловушкой для них, а не наоборот.

Впереди замаячил свет. Я рванул, вперёд отоварив очередного безумца, пёршего на меня. Тот рухнул.

Сразу за мной шёл Серёга. Мы уговорились об этом с самого начала, стараясь защитить остальных от магии, которой здесь не оказалось.

Нас атаковали изголодавшиеся — несчастные элдьфи, возродившиеся в подземельях. Это место было жилым сектором, здесь имелись комнаты с трёхэтажными койками, терминалы выдачи пайков, все удобства. Не было только магии — истинной воды, как звал её дивный народ.

Этот голод был в сотни раз страшнее обычного, превращая любого в опасного безумца, готового жрать себе подобных. Ведь только так можно было пополнять запасы магии в пустошах. Изголодавшиеся редко нападали друг на друга, просто потому, что взять им было у собратьев по несчастью практически нечего.

Я вылетел в крупный зал. Газ сюда почти не попал, и воздух был относительно чистым. Миг и вот я оказался окружён. Удары сыпались со всех сторон. Перед внутренним взором мельтешили сообщения о блокировании урона.

Кистень вырвали у меня из рук, и я лупил дубинкой не глядя. Силы стремительно оставляли меня. В голове билась одна мысль: «такой темп я долго не выдержу».

Вдруг по залу прошла волна, сбившая эльфов с ног. Ушастые валялись на полу без сознания. Я оглянулся. Из облака слезогонки выскочил Громов. Архимаг стоял, подняв руки, вокруг, которых вращались странные знаки.

— Быстрее! — голос его искажал противогаз. — Это совсем ненадолго.

Я рванул вперёд. Серёга ломанулся за мной. Позади грохотали шаги пирата, Гилви и Влада.

Из зала вело три коридора, но фиолетовые нити тянулись только в один из них. Мы рванули по проходу, изгибавшемуся как обезумевшая змея. Бежали что есть мочи. По дороге я снёс пару эльфов, болтавшихся здесь, кажется,, не понимая, где они.

Всего пяток минут и мы вылетели в небольшую комнату, где перед нами предстал финальный босс — прикрытая силовым полем дверь. Я чуть задержался притормозив. Громов вылетел вперёд и всадил в магический щит молнию. Бéз толку. Знаки на стене только мигнули.

— Не получится! — заорал я. Голос мой, и так искажённый противогазом, отражался от стен. — Барьер поглощает всю направленную на него энергию. Надо, наоборот, выкачать её из щита!

Пират замер. Оглянулся на меня, кажется,, раздумывая. Потом пожал плечами и вытянул вперёд руки. Ладони его слабо засветились, и я вдруг увидел, как голубоватое сияние от знаков потекло к пальцам Громова.

Не знаю почему, но мне стало страшно. Архимаг стремительно поглощал энергию из окружающих предметов. Ощущение было такое, что вокруг становилось всё холоднее, хотя разницы в температуре я не чувствовал.

Мы выстроились в коридоре, готовые защищаться. Минута текла за минутой. Враги не заставили себя долго ждать. Словно волна, накатились они на наш строй.

Коридор был достаточно узок, и мы смогли регулярно отдыхать, отходя назад. Я лупил своей дубинкой, не разбирая кого. Эльфы падали, но на смену побитым приходили всё новые и новые.