— Ещё как будет, — затараторила Эви.

Альвейн же в этот момент, пританцовывая под свою мелодию, направилась к нам.

— Тётушка, — обиженно начала она, — ты зачем юношам про меня плохо говоришь? Меня же, как тебя, никто замуж не возьмёт!

Эви обожгла её таким взглядом, какой смог бы заморозить извергающийся вулкан. Всего миг и основной удар холода при́нял уже я.

— Упс, — произнесла Альвейн, — кажется, сейчас кто-то огребё-ё-ёт.

Она опять заиграла на флейте какой-то прямо-таки виноватый мотивчик и рванула в сторону главного корпуса, где располагалась эльфийская общага. Я не буду вам пересказывать всё в деталях, но скандал вышел на славу.

Такой, знаете, с битьём посуды, обещаниями переехать, демонстрацией дверной ручки, которую я уже пятый день не могу починить, и, конечно же, сообщением, что лично мне были отданы лучшие месяцы. Вот и где только Эви этого успела набраться-то, а?

— В целом переговоры я считаю, для нас крайне успешными, — начал доклад Грибоедов. — Нам удалось значительно сдвинуть свои позиции по целому ряду важных вопросов.

Во-первых, территориальные претензии вайенторцев, так себя зовут эти элдьфи. Я так понимаю они, — он покопался в своих записях, — так называемые падшие, то есть родились после грехопадения Адама.

Во-вторых, — движение товаров, мы договорились о создании их торгового представительства в Выборге на постоянной основе. Непонятно только, что мы можем купить у них, а что они у нас. Существует лишь один товар, который их, безусловно, интересует — это истинная вода, то есть волшебная сила.

Ну и главное: они готовы открыть своё посольство в Выборге.

Есть целый ряд вопросов, которые ещё только предстоит утрясти. Во-первых, это их гражда́нство в империи. Они считают его постыдным и воспринимают себя как высшую расу, а нас как куски глины, в самом прямом смысле. Во-вторых, вайенторцы ни под каким видом не желают отпускать, а-ам…

— Клонов, — подсказал Орлов, — так называются искусственные братья-близнецы.

— Да-да, клонов Репья. В-третьих, вайенторцы пока не определились с гражданством возрождающихся элдьфи. В-четвёртых, они требуют установить зону безопасности вокруг их границ, в которую не будут заходить люди. Там много вопросов по контролю перемещений и так далее. Ну и, конечно, они пока что не готовы признать вас, Анастасия Павловна, императрицей, а свою территорию частью империи, — Грибоедов перевёл дух и опустился на место.

Совещание проходило в небольшом зале. По этому поводу сюда внесли длинный стол вокруг которого установили обитые бархатом кресла.

— То есть, пока что почвы для вашего личного участия в переговорах нет, — добавил Орлов. — Не думаю, что сто́ит спешить с широким освещением этой ситуации.

— Я так не считаю, — тут же встал худой, высокий как каланча граф Кропоткин, ответственный за внутреннюю политику. — Это событие должно освещаться максимально широко именно в плане участия их высочества, — чиновник принялся с силой тыкать указательным пальцем в столешницу. — До выкликания у нас осталось чуть менее двух месяцев, и результаты нужны прямо сейчас.

Награждение отличившихся при уничтожении гнезда изменённых получилось впечатляющим, однако этого решительно недостаточно. Таких поводов должно быть много, — наседал Кропоткин. — Так что следует форсировать создание хотя бы вре́менного представительства элдьфи. Открыть следует его максимально эффектно.

— Проблема в том, Павел Аркадьевич, — обратился к графу Елисей Нилович. — Нам ведь придётся объяснять, как мы установили контакт, а учитывая то, что первым с элдьфи встретился Медногорский Мясник… — покачал головой начальник разведки.

— А сам-то Репей, что думает, о том, что его не наградили? — внезапно спросила цесаревна.

Повисла короткая пауза. Елисей Нилович поднялся и зачитал из донесения.

— Он собственно на это сказал следующее: «разведчик, помни, от твоего подвига зависит награда прислонившегося». Кто-то из наших случайно сболтнул, и всего за пару дней это стало самой популярной фразой в управлении.

Анастасия Павловна хмыкнула в руку. Успокоившись, она спросила:

— А если серьёзно?

— Ну, ещё он сказал: «без права на славу, во славу державы» — Пожал плечами Елисей Нилович.

— А вот это, пожалуй, пойдёт, — пробурчал себе под нос Кропоткин, записывая что-то в блокнот. — Хм, только надо бы какого-нибудь автора поприличнее подобрать. Да, я ещё хотел вот что сказать, — он поднялся. — Я, конечно, понимаю, что господин Громов имеет более чем серьёзные заслуги перед империей, однако его методы обучения, честно говоря, вызывают возмущение в обществе. Я считаю, что нам следует надавить на него, чтобы он использовал более привычные способы.

— А я вот принципиально не согласен, — поднялся грузный и широкоплечий министр образования Захарьин. — В Выборгскую академию записалось почти в три раза больше студентов, чем в прошлом году, и это дело только набирает, так сказать, обороты.

Эффектная блондинка Ольга Ларина, бухнулась на стул передо мной. Я, не обращая на это внимания, сосредоточено, вкушал гречневую кашу из контейнера. Война войной, а обед по расписанию.

— Слушай, Репей, а почему ты в столовую не ходишь? — Лисица спросила это, не отрываясь от газеты, которую раскрыла, спрятавшись от меня.

— А почему вы не там? — вернул ей мяч я.

— Фигуру блюду́, — пожала плечами однокурсница.

— Хорошее дело…

— А шо это у тоби с физиохномией? — не здороваясь, завалился в аудиторию огромный, как два шкафа белорус Грыша, ещё один член нашей неформальной группы.

— Понимание приходит с опытом, — мрачно ответил я.

— Ты шо с Татьяной своей?.. — не окончил он фразы, многозначительно глядя на меня.

— Нет, просто от осколка не увернулся, — пожал плечами я.

Вот безобразие, пулю броня моя остановить может, а летящую в меня посуду угрозой не считает. Жизнь несправедлива! Вообще, царапину мне всамделишный кузнецовский фарфор оставил прямо-таки впечатляющую, наискосок через весь лоб.

— Вот кто бы мог подумать, что у нашей Танечки такие нетривиальные вкусы, ну вы поняли… — заявила прошмыгнувшая за Грышей Эльвира Тимирязева.

— А я-то тут при чём? — возмущённо произнесла только что вошедшая в дверь моя соседка по парте. — Ну и за что тебе прилетело? — спросила она, сев рядом со мной, — целый день держалась и вот на тебе. Интересно, сегодня Демидова забыла поставить между нами портфель.

— А-а-а… так… — махнул рукой я. — Девицу одну из элдьфи в замок привёл, а у той характер не подарок, вот госпожа Лии Виэлле в меня, чем под руку подвернулось, и швырнула.

— Высокие у вас отношения, — хитро уставилась на меня Демидова.

— Не мы такие — жизнь такая, — пожал плечами я.

Вот серьёзно, я уже устал от острот относительно царапины. Буквально каждый увидевший меня просто-таки горел желанием поюморить.

— Однако я сегодня не об этом, — резко перевела тему Татьяна Николаевна. — К нам толпа народу записаться хочет.

— Кто бы думал, — вынырнула из своей газеты Лисица. Вот вы только послушайте: «…однако наибольший интерес представляет группа 'Отверженные». Члены её без любых прикрас примечательны:

Во-первых, в неё входит Медногорский Мясник, считающийся сильнейшим бойцом курса.

Во-вторых, его соседка по столу и спарринг-партнёр — Татьяна Николаевна Демидова — визионер. Даже страшно представить, что могло толкнуть столь милую особу в… ну вы меня поняли. Её однокурсница, просившая не называть своего имени, заявила: «Знаете, некоторые просто получают удовольствие, валяясь в грязи».

В-третьих, Ольга Александровна Ларина, помимо яркой внешности обладающая выдающимися способностями в манипулировании людьми. В-четвёртых, это Влад Колышев — профессиональный истребитель нечисти с подмоченной репутацией. По непроверенным данным он использовал в качестве информатора русалку. Зная достаточно об этих существах, нетрудно догадаться, какие у них были отношения.