Волшебные ботинки помогают вырваться из снега…

Я сам не помню, как оказался снаружи. Потом барахтаясь в снегу, полз от рассыпающейся колокольни. Только когда я оказался под горкой, на которой когда-то стояла церковь я смог чуть передохнуть.

Ко мне легко подбежал Анвиир. Эльф уже успокоился, только глаза его горели весёлым огнём. Ни капли не осталось в них усталого безразличия.

— Что это за штука? — в голосе ушастого слышался самый настоящий восторг. — Никогда таких не видел, — он вдруг заливисто по-мальчишески рассмеялся. — Вот это да, а как ты вниз-то подорвался а⁈ Весело, правда, — он перевёл дух и вдруг, посерьёзнев, сказал, — Великолепно, о нашей битве будут петь песни тысячелетиями.

Я тем временем засовывал полные батарейки в пазы наруча. Пускай щит мог выдержать и один выстрел, это всё же было больше чем ничего.

— По порядку расскажи, — Мрачно произнёс Громов. — Что это было.

— Если я правильно понимаю, — начал я. — Фабрику охраняет боевой шагоход. Сейчас он применил крупнокалиберные рельсотроны. Это оружие разгоняет железные болванки с помощью магнитного поля. Там, ну короче, где я бывал, их развитие ограничивалось источниками энергии. А здесь кристаллы можно заряжать практически на халяву, — голос мой всё время прерывался и дрожал. Адреналин в крови ещё не распался, и меня всего потряхивало. — Вопрос чем он защищён. У меня с собой есть гранатомёт. Это оружие для уничтожения таких штук.

— Разберёмся! — восторженно сказал Анвиир. — А я-то всё расстраивался, что драконов на мой век не хватило… Фингарил вон двух уработал, — завистливо произнёс он.

— Слушай, а мы сможем эти ре-льсо…чего-то там, потом использовать? — напряженно спросил Громов.

— Не знаю, но точно не сегодня, — пожал плечами я.

— Ладно, надо атаковать, а то они готовятся, — подытожил я.

— Подождём, пока они группу на разведку вышлют. Потом поменьше народу будет, — уже деловым тоном произнёс Анвиир.

Я молча протянул ему тяжелую винтовку, потом отдал магазины к ней. Эльф принял их и стал возиться с оружием. Я проверил РПГ. Солнце затопило красным всё вокруг. Оно уже поднялось над лесом на горизонте.

— Как он нас обнаружил? — спросил Анвиир.

— По отблеску оптики, наверное, — пожал плечами я. — Хорошо, у него лазера не было, а то ослепил бы.

Мы молча поползли к остаткам колокольни. Там залегли треугольником. В центре Анвиир с тяжёлой винтовкой с боков и чуть впереди мы с Громовым.

Враги не заставили себя долго ждать всего минут пятнадцать спустя, к нашему пригорку с двух сторон выдвинулись фигуры в маскхалатах. Странно шли они как будто не от фабрики. Они бодро бежали на лыжах, явно не ожидая, что мы живы.

Вдруг все звуки пропали, это Громов накинул на нас полог тишины. Дальше была стрельба как в тире. С горки мы прекрасно видели противников, а те не замечали и не слышали нас. Ещё со времён войны я знал, что так выглядит идеальный бой, но никогда я не гордился подобным.

Трупы осматривали наспех. Огнестрел был только у двоих. Остальные носили арбалеты. Одеты они были в ту же униформу что и бойцы в городе, разве что татуировок у большинства не было.

Всего минут двадцать спустя, мы двинулись к стене фабрики Твардовских. Снег здесь был глубок и абсолютно нетронут, словно за стену с фабрики никто не ходил. Впрочем, в этом была своя логика. Ведь даже наши ботинки оставляли на пухлом снегу пусть и едва видимые, но следы.

По мере приближения к стене стали слышны и шаги робота. Тот явно бродил туда-сюда, как бы патрулируя территорию. У самой стены мы остановились.

Анвиир запрыгнул на стену, повиснув на руках, чуть подтянулся. Оптикой мы договорились не пользоваться, чтобы не позволить обнаружить нас по отблеску. Минут через пять он спрыгнул и шёпотом произнёс:

— Туда-сюда ходит, боком, штуки эти в нашу сторону направил.

— Обходим, — резко сказал я.

Со мной никто не спорил. Мы бежали, как могли быстро. Стена фабрики оказалась на удивление длинной и совсем скоро мы оказались у её угла.

С другой стороны был всё тот же нетронутый снег. Вот интересно лыжня по широкой дуге огибала это место. То ли нападавшие не хотели трогать снег, чтобы легче было заметить присутствие посторонних, то ли сами опасались рельсотронов.

Мы двинулись дальше и совсем скоро обогнули фабрику. Анвиир вновь слазал посмотреть. Спустившись, произнёс.

— На той стороне шарится.

— Ну что, тогда с Богом, мужики…

Громов поправил плащ и первым, запрыгнув, подтянулся и легко перемахнул через стену.

Я спрыгнул со стены и распластался на снегу, став практически невидим. Нам всего на секунду удалось опередить грёбаную жестянку. Та пулей вылетела из-за угла и остановилась у стены фабрики, медленно поводя рельсотронами.

Стрелять механоид не пытался, берёг то ли заряд, то ли забор. Что-то мне подсказывало, что он вообще никого сюда не пускал. Меня всего трясло. Вдруг жестянка заметит примятый снег или ещё что. Хотя умом я и понимал, что в сугробах собранных у забора можно было спрятать хоть целый взвод, всё равно трясся как осиновый лист.

Постояв минут пять, робот медленно-медленно маленькими шажками двинулся вдоль здания. Постепенно он оказался прямо напротив нас в тени и тут я увидел, что машиной управлял человек. Хотя нет, постойте! Это был эльф. Слишком правильным был остаток его лица.

Да-да, левая часть черепа выше скулы была закрыта синевато светившимся металлом. Из глазницы несколько выпирал объектив видеокамеры. Сквозь прозрачный материал колпака виден был и торс эльфа одетого во вполне характерную рубашку с узорной застёжкой. Левый рукав её отсутствовал, обнажая механический протез.

Вот же ж! Тут же ещё недавно фэнтези было. А теперь на тебе! Эльф киборг на гигантском боевом роботе нарисовался. Ни минуты покоя!

Пока я вам всё это втуляю, Громов умудрился телекинезом столкнуть сугроб, и часть белого месива осыпалась на расчищенную площадку. Я думал, сейчас эльф разнесёт там всё из рельсотронов. Однако тот просто развернул свою машину и двинулся в сторону оползшей кучи снега. При этом он оказался к нам боком.

Анвиир чуть заметной тенью метнулся в сторону и замер саженях в тридцати. Жестянка повернулась к нам. Покрутилась на месте, но тут Громов снова зашебаршил в снегу телекинезом.

Блииин я тоже хочу на таком расстоянии это делать. У меня-то дико затратный телекинез на пару метров и всё.

Эльф-киборг вновь направил свою машину к осевшему снегу. Мгновение и он выставил нечто, и я ощутил жар. С конечности механоида ударила струя раскалённого воздуха. Она в мгновение растопила снег и по двору потекли ручейки, от которых поднимался пар.

Анвиир тем временем переместился ещё дальше. Громов тем временем почти незримой тенью рванул к стене фабрики и затаился там. Я лежал на своём месте.

Единственной нашей надеждой на победу была атака сразу с трёх сторон. Так что мы действовали, не сговариваясь. Пока Киборг плавил снег, я тоже переместился и достал из пространственного кармана РПГ. Пока что я прикрывал его плащом.

Жестянка тем временем закончил с сугробом и принялся крутиться, ища врагов. Я замер, чувствуя, как по спине ползла холодная змейка. Сердце ухало в груди, что батин обрез, то и дело переходя на галоп. Я старался дышать как можно ровнее, чтобы успокоиться. Всё равно адреналин в крови буквально кипел.

Механоид принялся осматривать снежный вал. Видимо особых приборов у него не было, и он разглядывал сугробы просто глазами. Тут надо сказать, что зрение у эльфов и без всякой оптики о го-го.

Робот медленно-медленно подходил ко мне, повернувшись прозрачным колпаком к забору. В тишине зимнего утра громом раздавалось тихое гудение сервомоторов и негромкий «топот» четырёх ног машины.

Я замер. Секунда текла за секундой. Ожидание сводило с ума. Я лежал, мелко трясясь, а эльф методично осматривал снег. Наконец он оказался прямо напротив меня. Он вдруг остановился и, вытянув конечность с рельсотроном в мою сторону, стал медленно поводить ей.