Закончив с трофеями, я подошёл к своим. Я сейчас различал их только по росту. В камуфляжных плащах они выглядели сетями из голубоватых символов.

— Ну что, как у вас? — спросил я.

— Автоматы, такие как у тебя, — безразлично ответил Анвиир. — Патронов много. По пистолету на каждого.

— Какие щедрые, — хмыкнул Громов.

— У первого винтовка мощная была. На пробивание щитов, наверное, рассчитана, — я протянул пирату магазин.

Тот какое-то время крутил его в невидимых руках, потом, уважительно хмыкнув произнёс:

— Серьёзная работа. Тот, кто это создал, был более чем искусен.

— Изменённые? — спросил я.

Громов только фыркнул.

— Гениальный артефактор и следов магии изменений здесь нет.

— Выходит, они уже знают о нас, — подытожил Анвиир. — В этот раз просто повезло, что тот дурачок вперёд сунулся. Уходить надо. Пойдём вихлять туда-сюда. Обогнём их крепость, выйдем к ней с другой стороны от моря.

— И сколько это займёт? — протянул пират.

— Часов девять, вашим счётом, — безразлично ответил эльф, пряча магазины под плащ.

— А они за это время подготовятся… — усмехнулся Громов.

— Они уже готовы. Разве не видишь⁉ — оборвал его эльф. — Своих отвели, чтобы бойцов попусту не класть. Выслали группы нам навстречу. Эту потеряли. Теперь знают, что это без толку, — Анвиир был непривычно многословен.

Я молча слушал. Как бы это ни было грустно, но старый солдат оказался прав. Нас заметили ещё после первой стычки в порту. Мы там без напряга десяток врагов обнулили и четверых снайперов. В белом мареве метели мы были практически невидимы, зато прекрасно видели своих противников.

После короткого спора предложение Анвиира было принято и мы двинулись в сторону от крупных улиц. Дома как не странно здесь были намного целее. Между некоторыми прослеживалось даже нечто вроде тропинок. Сейчас их занесло снегом, но кажется тут ещё недавно ходили.

Где-то через час, мы наткнулись на первую берлогу. Ну как берлогу. Это была небольшая дыра в сугробе, из которой поднимался тёплый воздух. Анвиир заметил её первым, и мы благополучно обогнули эту штуку.

Дальше такие вот отдушины стали попадаться всё чаще. Дома, кстати, пошли совсем целые. Во многих местах даже стёкла сохранились. Эта часть города была вообще в своем роде обитаема.

На стенах стали попадаться примитивные рисунки, кое-как намалёванные чёрной жижей. Знакомое творчество. И запашок здесь стоял знакомый.

Мы шли, стараясь не останавливаться и как можно дальше обходить берлоги. Ещё часа через два мы оказались почти в самом центре города. Здесь, наверное, бурлила жизнь. Если это так можно назвать. Петляя по дворам, мы оказались у небольшой площади.

В створе улочки видимость была так себе. Однако разглядеть вполне было можно. В центре практически лишённого снега пятачка, стояло нечто вроде алтаря. За ним возвышалась четырёхрукая фигура — Богиня любви и красоты.

Я тут же врубил летальное оружие. Однако к моему удивлению эта штука не определялась как противник. Она вообще не подсвечивалась, словно неживая. А может, так оно и было?..

В полном молчании мы двинулись дальше. Минут через сорок по моим часам как раз миновала полночь, мы наткнулись на первую крупную плешь.

Я уже зашёл на неё, когда вспомнил, что товарищи сделать этого не могли. Вернувшись, я шёпотом заговорил:

— Там плешь, — придётся огибать.

— Сам вижу, — сварливо произнёс Громов.

Анвиир только хмыкнул.

Аномалия оказалась весьма велика. Мы обходили её не меньше полутора часов, когда увидели мельницу. Обыкновенную ветряную мельницу. Она бешено вращала своими лопастями, светившимися как новогодняя ёлка. Нетрудно было догадаться, что сияли заряженные кристаллы. Анвиир резко вышел вперёд и подал знак стоять.

Я вытащил тяжёлую винтовку и по команде эльфа мы двинулись. Совсем скоро я увидел то же, что и он. Сияние фиолетовых рун на плащах. Обычным зрением я не видел ничего. Наши противники закидали себя снегом.

Крадучись мы двинулись туда, откуда пришли. Противников два десятка не меньше. Они весьма грамотно рассредоточились, явно просчитав сектора огня.

Итак, нас теперь принимали всерьёз. Когда мы отошли саженей на двести. Я обратился к товарищам:

— Давайте я зайду с плеши и мельницу им подорву. Пускай побегают.

— Время, — только и сказал Громов. — Они рассчитывают связать нас боем и вызвать подкрепление. Тут где-нибудь рядом ещё бойцы.

— Согласен, надо обходить, — прошептал Анвиир. — лучше напасть на основные укрепления, пока часть из них здесь.

Потом снова шли молча. Пару раз натыкались на плеши и на каждой стояла мельница. Вот как эти ребята выживали в пустошах. Мы ещё несколько раз наталкивались на засады, но замечали их рано и просто обходили.

Ночь уже миновала и на востоке, который мы теперь оставляли за спиной, забрезжил жиденький рассвет. Мы сейчас оказались примерно в четверти версты от фабрики Твардовских. Здесь некогда стоял храм, от которого осталась высокая колокольня.

Как не удивительно, но даже лестница внутри уцелела. Анвиир вызвался сходить. Я тем временем уселся внутри и даже успел слегка задремать, когда беззвучно подошедший эльф разбудил меня.

— Тебе надо это видеть, — прошептал он.

Я устало двинулся за ним. Громов остался внизу. По скрипучей деревянной лестнице мы поднялись на колокольню. На верхнюю площадку вылезти было непросто. Пришлось сначала лезть по выкрошившейся кладке, потом подтягиваться на остатках стальных штырей.

Наверху я лёг на обледеневшие доски настила. Ветер раскачивал колокола и то и дело по округе разносился их тревожный звон. Красное, будто больное, зимнее солнце уже почти выбралось из-за горизонта. Весь мир в те минуты показался мне залитым кровью, как тогда в первый мой день в пустоши, когда я встретил Мурку.

Анвиир, кажется чего-то ждал, потом принялся махать рукой. Я вытащил бинокль и уставился туда, куда указывал эльф. Это было здание фабрики. Красный кирпич, чёрные кованые украшения на стенах, даже часовая башенка точно, такая как в Куйвале.

Фабрика была обнесена высокой кирпичной стеной. В отличие от тех, что я видел раньше, эта была в прекрасном состоянии. Я перевёл взгляд на двор. Снег там был убран и на ровной поверхности, словно какая-то диковинная жидкость растеклись тени. А потом я увидел это!

Никуда не спеша по двору, шёл робот. Гигантский, так его разъэдак, боевой робот!

Высотой эта штука была саженей пять. Она неспешно передвигала четыре мощных лапы. Тело её если это так можно назвать, сужалось кверху. В передней его части находился фонарь кабины.

С боков торса у робота имелись две конечности. На каждой из них тускло поблескивали перфорированные рубашки, в которые были одеты стволы.

Я хотел сказать Анвииру, что надо сваливать, когда эта штука с поразительным для такой махины проворством развернулась и подняла своё оружие.

— Бежим, — уже ничего не чинясь, заорал я.

Я даже не понял, как снова оказался под защитой мощных кирпичных стен, которые буквально в осколки разносили тяжёлые пули.

Мы как сумасшедшие неслись вниз по лестнице, под визг и грохот. Стены колокольни стремительно покрывались трещинами. В пробитые дыры проникали, лучи света. Я бежал, ничего не понимая,

Шаг! Другой… Дыхание с хрипом вырывается у меня изо рта. Я буквально влетаю в облачка пара.

Бах! Удар сокрушителен.

Не знаю как, но мне удается удержаться за торчащие из стены штыри. Щит просаживается в ноль. Перед внутренним взором мечутся надписи, но я не обращаю внимания.

Бам… бам… бам чистый звук сменяется надтреснутым. Обломки набатного колокола летят, вниз разбивая деревянную лестницу. Я прыгаю вниз…

Лечу и ели успев сгруппироваться, ударяюсь ногами в разлетающиеся доски. Вновь лечу. Ещё удар! Сгибаю прямые ноги, гася энергию. Снова полёт.

Я увязаю в сугробе по пояс. Хватаюсь за обломки стены. Подтягиваюсь. Сверху летят осколки кирпича и гнилого дерева. Рывок, ещё, ещё.