При этом ушастые достаточно аккуратно оттаскивали своих, как бы там ни было, а разум полностью они не утратили. Мы регулярно менялись, не позволяя усталости свалить нас. Не знаю, сколько это продолжалось, но вдруг пират заорал:

— Ломай!

Я в тот момент стоял в первом ряду, бешено молотя дубинкой напирающих, изголодавшихся. Удар, ещё один. Я рванул, назад вытаскивая из пространственного кармана плазменный резак. И тут же остановился, увидев около двери характерный семиугольный паз.

Вытащил иномирскую отмычку, или что это там и ловко вставил в углубление. Тут же безо всяких сообщений дверь стала медленно отползать. Я обернулся, обнаружив, что эльфы теснят наших.

По ту сторону проёма была темнота. Громов тяжело опирался на стену. Я, сделав шаг, подхватил его и поволок в вперёд во тьму. Тут же остальные рванули за мной.

Мы протиснулись в дверь и оказались в вязкой темноте, поглощавшей свет. Тут было душно и воняло тухлым.

Активировалось моё ночное зрение, и я смог разглядеть кривой коридор. Всё здесь стены, пол, потолок были заляпаны чёрной мерзостью. Фиолетовые нити уходили туда в темноту.

Я рванул вперёд. Остальные понеслись за мной, а следом за ними неслись изголодавшиеся. Дверь и не думала закрываться.

Громов еле переставлял ноги. Я волок его почти как мешок. Снова коридор петлял, как пьяная змея. Силы мои были на исходе.

Я начал сбавлять скорость. Тут же Громова подхватил Серёга. Стало легче. Однако бежать так, всё равно было очень тяжело.

Вонь всё нарастала, всего пару сотен саженей спустя мы вылетели в веретеновидный зал. Нет, домиков здесь не было.

Просто весь пол устилали одинаковые опухшие фигуры. В самом центре его поднималось зловещее фиолетовое сияние. Стоило нам оказаться в зале, как они на́чали подниматься.

— Серёга, мочи зомбаков! — заорал я

Я отпустил архимага. И уже по́днял руку, намереваясь жахнуть летальным оружием, когда Громов сзади сдавлено, произнёс:

— Расступитесь!

Мы с клоном только и успели отскочить, когда от архимага в зал понёсся вал пламени. Тухляки пылали, но продолжали идти или ползти в нашу сторону. Точно, так, как три́фиды.

Мгновение — и в зал понеслась ещё одна волна магического пламени, а потом ещё и ещё. Воздух заполнил дым, горящей плоти, он, судя по всему, заставил эльфов отступить, противогазы-то были только у нас.

Впрочем, как следует, защитить они нас не могли. Гопколитовых патронов-то у нас не было, и угарный газ проходил сквозь фильтры беспрепятственно.

— Стой! Стой, говорю! — заорал на пирата я. — Угорим на хрен.

И тут пламя вдруг погасло, причём везде и сразу. Обожжённые тухляки ринулись на нас с новой силой. Я активировал летальное оружие.

Тут же перед глазами появилась рамка целеуказателя. Я выбрал групповую цель. И тут же пожалел. Эльфы в коридоре оказались помечены красным.

Да чтоб вам!

— А вот это вот никак нельзя подправить? — разочарованно произнесла цесаревна. — Во время использования плетений почти ничего не видно. Просто вспышки и всё. А здесь ведь самый настоящий огненный вал применяют.

— Ваше Высочество, — на́чал маг, — мы не можем так быстро переключать артефакт со света на работу в темноте. Мы же не можем просить их сообщать, о том, что они делать собираются.

В этот момент вглубь пещеры прошли два сияющих серпа, рассекающих опухшие фигуры изменённых.

— А вот это то, что надо, — произнёс писатель. Глаза его горели. — Ваше Высочество, а позволено ли мне будет ознакомиться с отчётами бойцов. Мы ведь можем в дополнение к этому ммм… спектаклю, выпустить книгу, так сказать, для массового читателя.

Пока он говорил, на каменной пластинке, бойцы принялись разносить изменённых из длинноствольного оружия. Мгновение — и в чудовищ ударили тысячи извивающихся молний. В темноте это выглядело особенно эффектно.

— И всё равно жаль, что практически не было видно огненного вала, — задумчиво произнесла цесаревна. — Всё-таки это плетение используют почти исключительно архимаги, нечасто такое увидишь. Кстати, а мы не можем разыграть некоторые сцены? — протянула она. — Наберём актёров, расставим артефакты… — Анастасия Павловна задумчиво замолчала, сделав большой глоток ароматного чая.

— Ваше Высочество, — оговорился писатель, — осмелюсь доложить, что ценность именно этой записи в реальности. Сами эти подземелья, я даже не знаю, где мы такое сможем найти. И всё остальное… Летающие изменённые твари, те, которые без волос…

— Изголодавшиеся, — произнёс инженер.

— Да, да… — протянул писатель, — только представьте себе, Ваше Величество, — оговорился Хлеванский, — насколько сильны эмоции реальных людей… и элдьфи, там. Представьте, насколько потрясающим будет эффект присутствия прямо внутри происходящего!

Грохот очередей, низкое гудение молний и вопли тварей, заполняли пещеру. Даже потеряв сознание, эльфы остались целями для оружия. Всё, что мы могли, то сдерживать тухляков, пока я в ручном режиме настрою моё БФГ.

Метить каждого изголодавшегося, как союзника оказалось удивительно муторным делом, а самих ушастых нашлось просто-таки неприлично много. Я возился минут, наверное, десять, а то и все пятнадцать. Всё это время остальные сражались.

Наконец, мне удалось убрать пометки со всех эльфов. Я развернулся, поднял руку и… Как и в прошлый раз будто бы ничего и не случилось. Просто тухляков буквально перемололо. Тут же в зале исчезли все звуки.

И тут бешеный восторг победы стал подниматься из глубины моего существа. Словно вода библейского потопа он затапливал всё моё существо, скрывая все мысли и страхи. мне стало невероятно запредельно легко. Орды врагов оказались бессильны против нас, чудовища повержены.

Ни трифиды ни долбаная росянка ничегошеньки нам не сделали. Мы победили всех даже дверь прикрытую силовым полем. Мы жалкие человьи разнесли все эти подземелья. Я больше не мог сдерживать радости и подняв автомат к потолку закричал:

— РИКИ-ТИКИ-ТА, — голос мой разнёсся по залу отражаясь от стен, разрывая установившуюся здесь тишину. впрочем продолжалось это совсем недолго совсем скоро звук стих, а тишина вновь вступила в свои права.

— Ну что, всё, что ли? — спросил Гилви.

— Нет, главное ещё осталось, — пожал плечами я.

— Ну и как мы сюда народ притащим? — в свою очередь, спросил Громов.

— Не знаю, мне более интересно, как нам отсюда выбираться потом, — ответил я.

Я, не дожидаясь остальных, двинулся осматривать зал. Оружие моё более не видело активных целей. Так что двигался спокойно, однако старался быть осторожным.

Помещение, кстати, было не таким огромным, как зал с домиками, но всё же не менее трёх четвертей версты в длину. И самое интересное, что оно выглядело очень старым, словно бы тот комплекс просто пристроили к нему.

То тут, то там в стенах были трещины. С потолка кое-где капало. И мудрено ли? Мы сейчас находились… стоп. Моя карта не работала.

Минут за пять неспешным шагом я оказался у фиолетового свечения. На полу сияла сложная фигура из девяти кругов. Они были меньше предыдущих, но в вязь их по-прежнему была списана кисть руки.

Я чуть задержался, глядя на круги, и вдруг перед моим внутренним взором появилось сообщение:

Обнаружена транспортная система (прибор в мобильном исполнении). Система работает в режиме ограниченного функционирования. Возможен перенос массы только в пределах планеты между фиксированными устройствами.

Я принялся оглядываться, ища арку. Её не было. Прошёлся и вдруг, запнулся обо что-то. Присмотрелся, на полу под слоем грязи, лежало нечто.

— Эй, мужики, идите сюда? — позвал я.

Голос мой просто утонул в пространстве. Я рванул к выходу из коридора, через который мы сюда попали. Остальные сгрудились там, что-то обсуждая. Когда я подошёл, Гилви громко говорил:

— … а вот так нет! Там в конце коридора просто каменный завал, причём очень старый.