— А ещё мою связь с ним, — совершенно спокойно произнёс нечеловек. Я попытался активировать летальное оружие. — А, а, а, — замахал он пальцем у меня перед носом. Моя броня больше не отзывалась на приказы. Хуже того автомат заклинило. — Неужели же ты думал, что я позволю тебе наводить у меня дома свои порядки?.. — в пространство спросил он.

Нечеловек принялся что-то делать руками перед собой, словно бы возился с видимой ему одному клавиатурой. Чего тут удивляться портал-то построили мы, и управлялся он по-нашему.

— А зачем тогда я здесь? — не удержался я.

— Угадай, — продолжал улыбаться он.

— Слушай, я тебя прошу, не делай этого… — я знал что делать, но совершенно этого не хотел. На самом деле мне было страшно. Все мы люди, и страх неизбежного финала давит на нас, это естественно.

— А то, что… — спросил он.

Отвечать я не стал, просто нажав кнопку аварийного маяка. Я спрятал его в рукаве, обернув почти обычной алюминиевой фольгой. Сейчас содрав её, я активировал устройство. Не знаю, как афроякут понял, что я сделал, но он успел только закричать:

— Неееее… — крик его прервался, ведь всё вокруг потонуло в непередаваемо белом термоядерном пламени.

Я не шелохнулся глядя как истинный огонь, в котором рождаются и умирают миры, испарил меня без остатка. Как исчез нечеловек. Как разлетелось на атомы скопированное им оборудование и сами своды построенного им глубоко под Гельсинфорсом зала.

Мне было радостно. Я победил. Я закончил свою работу. Совсем скоро я встречусь с теми, кого так страстно желал увидеть, с теми, кто ждёт меня за чертой. На душе у меня был светло.

— Ну и м…… же ты Юрец! — произнёс нечеловек глядя на меня. — Вот не себе, не людям, а… ты вот сейчас уйдёшь и всё. На свободу с чистой совестью, а я и дальше буду мучиться тут. Я до всей этой гадости тоже не понимал, что смерть это величайший из даров создателя. Мне вот тоже казалось, что лучше бы её никогда не было. Я просто трусил, боялся неизвестности. Типа, когда привык к школе и не знаешь, как жить после выпускных экзаменов. И вот я свободен от смерти… — он горько засмеялся. — Вот я заперт в стенах школы навсегда.

— Слушай на хрена вы всё это затеяли, а? — спросил я его. — Просто, экспедиция в один конец, это как-то…

— А я думал ты меня и так поймёшь. Ты ведь тоже был готов на всё ради своего любопытства. Помнишь, как бабушка говорила — любопытство не порок, но большое свинство… — он опять рассмеялся. — Вот нахрена вам было этот портал строить, а, — на этот раз он говорил предельно серьёзно, — Я, кстати, в любом случае теперь знаю, как его создать и снова проверну этот трюк, как только вернусь, и никто меня уже не остановит. Так что ты Юрец про-иг-рал…

— Где ж ты энергии столько возьмёшь, пустоши-то тю-тю… — в свою очередь рассмеялся я.

— А вот это уже моё дело. Или ты думаешь, что я сложил все яйца в одну мо… то есть корзину⁈ — возмутился нечеловек.

Афроякут принялся разминать пальцы. То есть не так, никаких пальцев у него теперь не было. Он вообще был теперь какой-то странный. То есть я даже не могу человеческими словами описать его. Как, впрочем, и себя. Но всё-таки я был всё ещё человеком, а он нет. В нём по-прежнему главным была его нечеловечность.

— А про маяк, тебе Литиэль рассказала, — это было утверждение, а не вопрос. — Вот же ж су…

— Суровая воительница, — поправил его я. — Она прямо вся расцвела, когда я сказал, что помогу ей убить всех чужаков. Она, оказывается, прекрасно знала, как системой порталов управлять и даже как волны глюонного резонанса сфокусировать.

— Обманул, гад, девочку! Совести у тебя нет, — совершенно серьёзно возмутился афроякут.

— Слушай… — начал было я.

— Я свою личную жизнь обсуждать не собираюсь, ясно! — набычился нечеловек.

— Извини… — я даже опешил. — Ты вот лучше скажи. Это ты Умников надоумил магию изменения создать? Не могли же эти козлоголовые, сами до интерфейса додуматься, — задал я давно интересовавший меня вопрос.

— Нет, — устало сказал нечеловек. — То есть направлено нет. Они как бы это тебе сказать, — дальше он довольно долго объяснял мне вещи, которые просто невозможно излагать человеческим языком.

Если очень коротко и очень, ну просто очень приблизительно, то они смогли подсмотреть идею компьютерного интерфейса в голове афроякута. Отчасти он сам не прятал эти мысли, как следовало бы, просто тогда он ещё не понимал, как всё это работает. Я, кстати, и сейчас не понимаю, но человеческие мысли от падших сокрыты, так что можете выдохнуть.

— Хорошо, а почему ты формированию кругов не помешал, ну тогда под озером? — снова принялся допытываться я. — Я всё видел. Ведь это ты туда тухляков загнал.

— Это сложнее, — какое-то время подумав. Я вот даже не знаю, времени там не было, в нашем понимании конечно. — Если коротко круги это проекции тех штук, которыми Умники искажают потоки энергии в мире, чтобы выкачивать из него энергию.

Твой коллега по прошлой работе смог внедриться в дом Твардовских, как самых уверенных последователей козлоголовых и заставить этих дураков создать круги. Таким образом, он сделал приборы Умников уязвимыми. Ну, дальше сюда закинули тебя, придав весьма специфические способности и вуаля! Только они не учли моего присутствия.

Я в процессе смог запитать своё оборудование от этой системы. Пришлось одному из меня собой для этого пожертвовать. Но теперь у всего меня есть шанс свалить отсюда навсегда. Да, да. Меня тут раньше было довольно много. Но последнее время я прекратил эту практику.

Да уж, а я-то думал, что у меня задание тяжёлое, а моему коллеге пришлось марать руки в таком дерьме! О Господи Боже всемилосердный спасибо, что не мне выпало пить эту чашу!

Я задумался и не заметил, как появился ангел в серой форме.

— Радуйся… — начал, было, он, но я оборвал духа.

— Повторяй за мной: Верую во единого Бога отца вседержителя… — только когда он произнёс Символ Веры, молитву Иона Дамаскина, а потом исповедовал Христа богочеловеком, я успокоился.

— Хорошо, — спокойно сказал он. — И так ты можешь завершить свой путь. Работа окончена, и ты можешь быть свободен.

— А он? — качнул я головой в сторону нечеловека. — Он же вернётся и всё по новой.

— А вот это уже не твоя забота, — ответил ангел.

— А ты можешь освободить его? — спросил я.

— Он по своей воле во всё это влез. Его предупреждали. Он не слушал, — пожал плечами ангел.

— А если я соглашусь продолжать? — спросил я. — Каина наказали, отняв смерть, за злодеяние, а этот сам полез. Если я буду работать дальше, ты сможешь освободить его? — повторил я.

— Слушай, ты понимаешь о чём ты просишь? — предельно серьёзно спросил ангел.

— Понимаю, — ответил я. — Я очень хочу к своим, туда, — я каким-то образом смог указать за черту. — Но если он вернётся, это обернётся бедами для слишком многих. Они не виноваты в происходящем, а я виноват да и ко всему этому уже начал привыкать.

— Я не могу, но можешь ты, — сказал ангел. — Однако, понимаешь ли ты какую цену за это придётся заплатить?

— Стать им, — качнул я головой на нечеловека.

— Нет, конечно. Тебе придётся придумать. как это сделать. Во времени мы тебя ограничивать не будем. Так что, если сможешь, дерзай.

— А если не смогу? — тут же задал я вертевшийся на языке вопрос.

— Тогда не обессудь… — пожал плечами ангел.

— А моё тело? — не отставал я.

— Не проблема. Ну, так?.. — спросил ангел, с интересом глядя на меня.

— Я готов! — резко произнёс я, и мир вдруг понёсся кувырком. Мгновение и зрение сфокусировалось. Я лежал. Глядя в пыльный потолок Выборгского вокзала. Вокруг сновали люди, а я веселился я одержал самую сокрушительную и великолепную победу. Волна восторга подхватила меня и я вскочив закричал во всю глотку.

— РИКИ-ТИКИ-ТА!

В этом месте и кончается моя история. Ну, то есть интересная её часть.

Но чтобы не оставлять хвостов и поставить точку я кое что расскажу.