У поворота на Рыбную, шедший первым, Фингарил, по́днял руку, останавливая нас. Он жестами объяснил, что впереди с обеих сторон улицы на лестницах и под арками дежурят боевики.

Первой рванула Мурка, она в полном молчании взлетела на крышу по балконам и карнизам. За ней последовал Анвиир.

На другую сторону пошли Фингарил и ещё один малознакомый мне эльф из новеньких.

Потянулись секунды ожидания. Честно говоря, мне показалось, что прошло не меньше часа, когда из подворотни с той стороны улицы, куда отправилась Мурка, не вышла ударная волна. Раскидавшая, стоявших там людей, словно кегли.

Мгновение спустя, раздались тихие хлопки винтореза и автомата «Вал». Всего через минуту всё было кончено. Пока что всё шло очень хорошо, ведь нас, похоже, не ждали.

Демидова уверенно повела нас вперёд. Через два квартала она жестами приказала нам повернуть в подворотню. Пройдя её, мы оказались в небольшом дворике.

В дальнем его углу за дровяными сараями нашлась неприметная калитка в глухой кирпичной стене. Вторым зрением я видел, что вся она была покрыта колдовскими знаками. Поэтому я остановил всех жестом и, пройдя вперёд сам, взялся за ручку и нажал на неё.

В тот миг руны, которыми была испещрена калитка, словно свернулись, как лист бумаги, пытаясь опутать меня. Однако, не долетев, полусажени, рассеялись. Демидова сзади потрясённо охнула.

Я дёрнул ручку на себя. Калитка беззвучно отварилась, и мы оказались в целом лабиринте деревянных сараев и каменных домиков, неприятно напомнившем мне пещеру изменённых.

Здесь было грязно просто, потому что земля раскисла, превратившись в месиво, но никакого тухлого зловония я не чувствовал. Демидова уверенно указывала нам путь. Впрочем, теперь мы бы справились и без неё следы в грязи разглядеть мог бы каждый.

Я шёл впереди, собирая на себя самые разнообразные магические ловушки. Они бросались на меня со стен, пытались поджарить ноги, упасть сверху, но всё бéз толку.

Совсем скоро мы оказались у двухэтажного каменного дома. Штукатурка с него большей частью обвалилась, обнажая гранитные глыбы. На здании обнаружилась вывеска «Пьяная груша».

Дверь оказалась заперта.

— Здесь, — тихо произнесла Татьяна Николаевна.

Я, особо не чинясь, со всей дури шибанул в створку ногой, усилив удар телекинезом. Крепкое полотно выдержало. Я повторил, врубив техномагию на полную.

Дверь просто разнесло на куски, градом полетевшие внутрь. Не дожидаясь реакции, я рванул в дом. Помещение внутри было полутёмным, сваленные в углу столики и стулья, пыльная стойка и запах затхлости.

Только на полу шла цепочка отпечатков подошв. Я последовал по ним в дальний угол, где находилась дверь, наверное, даже более мощная, чем та, что вела наружу.

Её я снёс с первого удара. Комната за ней разительно отличалась. Здесь было светло, чисто и пусто. Только в дальнем углу валялись два тела.

Охранники уже на́чали подниматься. Хлопнуло раз, другой, и они оба упали назад. Анвиир опустил свой «Вал».

Посреди комнаты в полу имелся люк, как и предыдущие двери, испещрённый символами. Пару секунд спустя она разделила судьбу остальных ловушек, и люк тихо открылся.

Я потратил меньше минуты, меняя батарейки в своем наручи. Вот интересно, как это выглядело со стороны? Перчатку-то никто, кроме меня, не видел.

Эльфы тем временем опасливо посматривали на открывшийся тёмный проход. Вниз вели выщербленные каменные ступени.

Я первым двинулся по лестнице, быстро наткнувшись на магическую ловушку — странный рунный круг на полу у ступеней. Не сработало.

Я двинулся вперёд. Подвал оказался неожиданно велик. Всё помещение было заполнено бочками и ящиками. Здесь, и правда, располагался какой-то склад.

— Нам, туда, — указала Демидова.

Мы протиснулись за бочки и обнаружили высокий проход. Стены его были выложены кирпичом. Здесь было темно, но меня спасал шлем, а эльфов темнотой было не пронять.

Так что мы, не зажигая света, двинулись дальше. Только одна Демидова испуганно сжалась, вцепившись в Фингарила.

Я шёл первым, активировав щит. Пару раз по дороге я вляпывался в магические ловушки, но все они против меня были бессильны.

Саженей через сто, ход раздвоился. Демидова указала нам на правый коридор, и мы двинулись по нему. Судя по моей карте, теперь приходилось идти в обратном направлении к центру города.

Мы прошли целую череду подвалов, разной степени пыльности и заброшенности, несколько ходов, в двух из которых сверху капала вода, когда вдалеке забрезжил свет.

— Помните, — мрачно прошептал я, — главари нужны нам живыми.

Ход был прямым, и спрятаться было просто негде. Потому мы рванули вперёд. По дороге я собрал пяток магических ловушек, но особого внимания на них не обратил.

Секунд двадцать спустя, мы вылетели в довольно крупный подвал. Помещение было хорошо освещено и. В центре стоял стол, на котором была расстелена карта. Вокруг него сгрудилось несколько человек.

Ещё группка сидела у столов, стоявших перед чем-то вроде органа. Множество труб уходило вверх. То и дело из них выпадало что-то или вновь улетало по ним.

Вооружены были только двое, один стоял у стены, второй спиной ко мне. Я, не задумываясь, поднял автомат и выстрелил одиночным. Тот рухнул.

Тут же в меня полетели всполохи и вспышки всех цветов, рассыпаясь пыльцой в сажени от меня. Я пальнул вверх и проскрипел:

— Это всё, или будет ещё что-нибудь?

Бахнуло.

В грудь мне словно бы молотком ударили, и я полетел назад, сбив кого-то спиной. Я порядком приложился головой. В глазах всё плыло.

Я перевернулся. Свет в помещении погас, и теперь его освещала горящая на столе бумага. Опираясь на стенку, я с трудом поднялся. Подхватил автомат.

В ярких отблесках метались тёмные фигуры, кто-то кричал. Я оглянулся, Демидова сжалась комком в шаге прохода.

— За меня быстро, — крикнул я ей.

Она не отреагировала. Я наклонился и толкнул её рукой. Она подняла глаза, в них плескался страх.

— Таня, держись за мной, хорошо. Никуда не отходи!

Я поднял автомат и двинулся к середине комнаты. Бумага уже большей частью прогорела, и света стало совсем немного. Это было даже хорошо, теперь заработало моё ночное зрение.

— Т-там, — Демидова указывала куда-то. Я резко повернулся и увидел скорчившегося под столом человека.

Я включил подствольный фонарь. Луч выхватил щурящегося парня лет двадцати. Он забился под стол, явно рассчитывая переждать там.

Поняв, что попался, резко выкинул руку. Я выстрелил, но поздно, словно в замедленной съёмке я наблюдал, как от его кисти оторвался нож, и метнулся нет, не ко мне. Лезвие неслось прямо в лицо Демидовой.

Всё, что я успел это вскинуть руку и клинок воткнулось в неё. Боль пронзила меня. Вот же ж гадство! Впрочем, после всего, что я вынес, эта боль меня особо не беспокоила.

Парень же тем временем был уже мёртв.

Я рванул рукав и стащил с себя перчатку. Извлёк нож из раны. Это оказалось удивительно легко.

Потом сорвал с пояса аптечку, разорвал зубами обёртку гемостатика и стал тампонировать рану. Затем вскрыл перевязочный пакет и положил повязку.

Вот интересно. Мой щит, способный остановить даже пулю, не сработал.

Первым делом я надел перчатку обратно, а затем подхватил клинок. Нож как нож, почти без ручки. Ну ладно, как говаривал мой командир — «претендуешь? соответствуй!»

Я поморщился от боли. Убрал автомат и взял в руку свой верный «Ясень». Демидова всё это время жалась за мной. Помещение, судя по всему, опустело. Здесь остались только мы и трупы.

Я быстро оглянулся: вроде наших среди покойников не было, затем спросил:

— Таня, где все?

— Т-т-там, — она указала рукой куда-то.

Я двинулся в том направлении куда указала девушка, та последовала за мной. Мы почти сразу оказались у прохода. Быстрым шагом двинулись по нему.

По дороге дважды натыкались на трупы, у развилки я обнаружил Анвиира, тот угодил в магическую ловушку. Ноги его затянул камень.