Таня осела в постели. Она чётко понимала написанное. Более того, перед её глазами почти как живая, предстала, часть программного интерфейса. Она сейчас знала, что это за полупрозрачные синие прямоугольники, которые человек из сна использовал, чтобы заставлять арки переходов делать то, чего он хотел.

Таня принялась читать дальше:

«…во избежание досрочного прекращения гарантийных обязательств производителя, не используйте водонагреватель без блока умягчения воды. Производитель не несёт ответственности за снижение эксплуатационных характеристик оборудования и срока его службы в случае кальцинирования нагревательного элемента и/или стенок бака…»

Таня рухнула на подушку, и панцирная сетка закачалась. Книга выпала из рук девушки и упала на одеяло. Чужие мысли и знания постепенно покидали её разум. Вместе с этим ей становилось всё легче и легче. Сейчас она бы не смогла объяснить, что было в тех текстах, но точно никакая не древняя магия.

Зато она смогла понять очень многое.

Вот почему Репей не знает даже самых обычных вещей. Вот почему, каторжник то не может справиться с простейшим, а то легко решает задачи столь сложные, что к ним и подступиться-то не знаешь как. Просто его голова полна знаний иных миров.

Тане стало страшно. Так кто же сидит с ней за партой? Чудовище, или как в книжках — герой, из другого мира, пришедший спасти их? А ведь и правда, что если под грязным рубищем он прячет сияющие доспехи, прямо как в том романе…

Миг темноты и мы оказались посредине огромной ямы. Даже скорее котлована. Склоны его покрывали мох, кустарник и редкие чахлые сосенки.

Прямо перед нами высились два вертикальных обломка — всё, что осталось от арки портала. Надпись перед моим мысленным взором гласила, что транспортная система повреждена и нефункциональна.

Наверное, здесь когда-то было помещение, потому что под ногами у нас оказалась ровная поверхность. Правда, её покрывал слой мха. Тут только я заметил, что над нами раскинулось серое осеннее небо.

Мы стояли, притихнув. Мне хотелось кричать и радоваться, но стоявшая вокруг торжественная тишина словно бы требовала молчать.

— Где это мы? — шёпотом спросил Коля.

— А я почём знаю⁈ — пожал я плечами. — Пошли, осмотримся.

От арки портала вела еле заметная тропинка. Ей явно пользовались нечасто, но регулярно. Поднявшись по ней, я с удивлением обнаружил, что мы были не в яме. Нет, мы оказались на холме. А остатки арки окружали огромные валы, высотой больше двадцати саженей.

Во все стороны, сколько хватало взгляда, простирались поросшие хвойным лесом холмы. Естественно, карта не имела ни малейшего представления, где мы.

Погода была отвратительной, дул холодный пронизывающий ветер, нёсший в лицо водяную пыль. Честно говоря, я пришёл в ступор. Куда идти-то?

Но это ещё не всё. Мы далеко от Выборга. Если здесь не пустоши, то я по логике вещей должен быть уже мёртв. Несколько минут мы просто стояли, тупо пялясь на лес вокруг, а потом Коля неуверенно произнёс:

— Нам туда, — он указал рукой куда-то. Честно говоря, всё здесь было одинаковым, и как ориентироваться было для меня загадкой.

— С чего это ты взял? — проскрипел я.

— Они, то есть, она короч не хочет, чтобы мы там шлялись. Я эт дело чую.

Лучших предложений у меня не нашлось, и я двинулся в указанном клоном направлении.

— Слушай, а у тебя система есть, ну типа тебе квесты падают или ещё чего?

— Ну вроде, да, а вроде как и не совсем… — неуверенно ответил Коля.

Он почему-то был сейчас очень напряжён. Его настроение передалось и мне. Дальше шли молча.

Лес круго́м был идеально однообразен. Ели в два обхвата да редкий кустарник. Кое-где среди исполинов попадались чахлые берёзки. Вот, собственно, и весь пейзаж.

Тишина уступила место обычным лесным звукам: крикам птиц и шелесту их крыльев, треску белок, стуку дятла. Природа здесь была самой обычной.

Мы шли, целый день. Спустились с холма, поднялись на другой. Миновали широкую долину. Тропа повела вверх, затем снова вниз. Потом взобрались по склону и прошли порядком по относительно ровной вершине и вдруг буквально вывалились на открытое место.

Здесь почему-то не было нормальной опушки. Наоборот, деревья и кусты стояли очень плотно, словно отгораживая лес.

Мы оказались на сплошной каменной поверхности, покрытой руинами. Здесь когда-то стоял довольно большой город. Дома были сложены из ровных гранитных кирпичей. От времени раствор между ними выветрился, и многие здания превратились в горы камней.

Когда-то город защищала высокая стена, от которой мало что осталось. Здесь тоже было тихо, но как-то тягостно. Коля всё так же молчал, отвечая на все вопросы односложно.

Мы перекусили остатками консервов, взятых с плеши. Я помолился, а потом двинулись в город. Улицы его были узки и весьма странно расположены.

Они попарно сходились, образуя всё более широкие дороги. Надо сказать, при всей странности, здесь чувствовалась чёткая система. Я потратил немало времени, чтобы разгадать её, и не смог, пока не стал замечать еле видимые вторым зрением зелёные линии — следы эльфийской магии.

Практически сразу я вспомнил странное расположение улиц в виде ветвей дерева, которое использовала Эви. Она при этом отказывалась даже обсуждать любые иные варианты.

Итак, мы были в городе элдьфи. Только почему там не было ни былинки? Чётко были видны места, где когда-то располагались газоны, скверы и парки, однако даже следов растительности здесь не просматривалось.

Только глубокой ночью мы выбрались к широкому проспекту, шедшему сквозь весь город — стволу. Вдоль него когда-то стояли монументальные здания. По крайней мере, так казалось по виду развалин. Я много раз просил Колю сделать привал, но клон был непреклонен повторяя:

— Хочешь, приваливайся, а я пойду. Время не ждёт, она боится того, что там… — он указывал рукой.

По проспекту мы прошли довольно далеко и, видимо, добрались до «корней». Эта часть поселения представляла собой промзону. Здесь всё было похоже, и в то же время отличалось. Огромные постройки огораживали высокие стены, большей частью рухнувшие.

В одно из таких зданий меня и потянул Коля. В отличие от большинства, которых чаще всего оставались углы, да некоторые части стен, это сооружение отлично сохранилось.

Воистину циклопическое здание представляло собой каменную коробку. Ни окон, ни дверей у неё не было. То есть обычным зрением их нельзя было разглядеть.

Стоило же мне подойти к одному участку стены, как я увидел знакомый мне круг — замо́к. Я уже собирался коснуться его рукой, как наткнулся на барьер. Ах, вот как здание простояло так долго!

Коля, толкнул прозрачную преграду рукой и осел. Он привалился к ней спиной и обхватил колени. Вид у него был совсем раздавленный.

— Всё, приплыли… — мрачно произнёс клон. — Эту стену нам не пробиться, такая лагерь огораживала. Через неё даже ушастые ходили, только некоторые.

— Ну, тут ты не прав, братишка,– весело ответил я. — Такой барьер сломать нетрудно, если уметь. Только вот сдаётся мне, что туда и правда лучше не лезть без подготовки. Давай-ка передохнём. Я амуницию в порядок приведу. У меня же не такая модная, как у некоторых.

Упоминание крутой брони — настоящей Колиной гордости, чуть приподняли настроение клона. Пусть и нехотя, но он согласился передохнуть и почти сразу вырубился, что было мне на руку.

Мы устроились в руинах какого-то небольшого здания, наверное, это было что-то вроде караулки. Я вытащил зарядную станцию и вставил в неё все пустые батарейки.

Потом заполнил резервы своей брони перчатки, шлема и туманного лезвия. Проверил остаток полуматериальной субстанции, её опять не хватало на ремонт оружия. Затем зарядил дробовики, обшарил всё здание, не найдя ничего полезного.

Тут надо сказать, что Колина броня впечатляла. Лёжа на голых камнях, при едва плюсовой температуре он, кажется, вообще не мёрз. Увы, я таким похвастаться не мог.