В крошечной палатке сразу запахло весенней грозой и полынью. Я принялась растирать их по коже, стараясь защитить каждый миллиметр. Неизвестно, чем болеет остроухий и чем мог заразиться, лазая в таком виде по болотам и гнили, а после сегодняшних лесных приключений и на моих руках появилось достаточно новых царапин.

— Ты его что, сломала? — повернулась я к Алоне, не дождавшись вразумительного ответа от младшего целителя.

— Не обращай внимания, — отмахнулась она, давясь пошленькими смешками.

— Я вообще-то его к тебе хотела перевести. Ты давно просила парня.

— Меня? — вырвалось у бедняги Эшера, вопреки всем уставам и субординации.

— Его? — у бывшей наемницы получилось еще более озадачено.

— Ну да, — пожала я плечами, отщелкивая замки контейнера своих личных инструментов, которые успела сунуть в сумку незаметно для Балдра. — Так что в тут без меня устроили?

— Да ничего, — все-таки заржала Алона. — Я этого дурака... попросила поправить член, пока обрабатывала остроухому мелкие царапины от ядов... ы-ы-ы... а он полез к себе в штаны!..

— Вы сказали: "отлично", — буркнул Эшер, краснея еще сильнее, хотя я думала, что больше некуда.

— Да-а!.. — бывшую наемницу вообще сложило пополам от хохота. — А потом предложила сделать то же самое для пациента... бы-гы-гы...

Я возвела страдальческий взгляд к потолку палатки, пряча неуместную усмешку. Юморок у моей помощницы был, конечно, примитивней скальпеля, но смеяться она умела очень заразительно. А издеваться над новичками доставляло ей ни с чем несравнимое удовольствие. Досчитав про себя до двенадцати и обратно, я взмахом руки приказала прекратить веселье.

— Так, Гербоуд, становитесь справа, будете подавать инструменты... названия хоть не перепутаете? Вижу, не перепутаете. И фиксируете все для карты. Алона, ассистируешь в ранах. Поехали, времени у нас в обрез.

Мгновенно выключив смех, помощница продезинфицировала руки, привычно проигнорировав защиту. "Зараза к заразе не прилипнет", — искренне считала она, и в чем-то я была с ней согласна, хоть и не одобряла такого фатализма. Просто с ней проще было согласиться.

Сосредоточившись на работе, я уже не видела и не слышала ничего вокруг. Мир сжался до ран, которые я обследовала, измеряла, расширяла. Удаляла инородные тела, грязь и ошметки магически отравленной плоти. Сводила края и накладывала швы. Повезло, что по-настоящему глубоких оказалось не много, а внутренние органы вообще не были задеты. Даже три сломанных ребра не нанесли моему пациенту какого-то значительного урона. Остальное — царапины и синяки.

На голове прощупывалось несколько гематом, одна из которых показалась мне подозрительной, и я осторожно подсветила ее магией. Кончики пальцев слегка обожгло родной силой. Не ошиблась, в крепкой эльфийской черепушке все-таки была трещина, но она сошлась еще тогда, когда я лечила его в лесу. Значит, можно не волноваться. Максимум, память ненадолго отшибет, но это даже к лучшему. Глядишь, посговорчивей будет...

Алона работала четко, выверенными движениями накладывала швы там, где мое вмешательство не требовалось. При этом успевая комментировать каждое свое действие для младшего целителя. Тот же, несмотря на свое смущение и явную неприязнь к бывшей наемнице, ловил каждое ее слово.

Наложив повязки, в том числе и на ни в чем неповинную голову эльфа, я смогла выдохнуть. Никто не приперся, не помешал, не... Кажется, получилось. Теперь бы разобраться с Балдром, и можно давать команду сворачивать платки. Силы в маскировочных амулетах должно хватить на несколько часов. Я малодушно понадеялась, что смазливая девчонка сможет увлечь друга настолько, чтобы он не заметил на своем свидании разницы. Но учитывая наш вчерашний разговор и его сегодняшние намеки, вероятность была невелика.

— Этого пока в послеоперационную палатку определи, — стягивая халат и вытирая им вспотевший лоб, проговорила я. — Там должно быть место. А рапорт на перевод младшего целителя Эшера Гербоуда принесешь после обеда. У меня сегодня "встреча старых друзей", про́клятые ее побери!

— Мэтрис Мария! — попытался обратиться ко мне несчастный целитель, но я уже вышла из палатки.

— Да ладно тебе, — хмыкнула Алона, хлопнув парня по плечу. — Первая настоящая работа — как первая брачная ночь, предсказуемо, а все равно волнительно. Но я тебя всему научу...

Глава 4

— Ты еще здесь? — буркнула я, обнаружив Балдра за своим рабочим столом, увлеченно ковыряющимся в зубах.

Перед ним стояла только кружка с кофе, намекая, что завтрак давно закончился. При моем появлении он ковыряться резко прекратил и даже практически вскочил на ноги, но я, не обратив внимания на такие явные проявления галантности, быстро прошла за ширму. Впрочем, прогресс был на лицо — в юности он и зад чесать при мне не стеснялся.

— Конечно! — услышала я. — Я очень настойчивый кавалер!.. То есть друг, конечно.

— А чем тебя Лика не устроила? — я с трудом вспомнила имя девчонки, отправленной на завтрак к надоедливому генералу.

В переносном смысле, разумеется. Вопреки своему прозвищу — Ледяной Дракон — симпатичных девушек он не ел. Хотя и про сказочных гигантских ящериц трудно было что-либо сказать наверняка. Натянув штаны и тунику, я вышла в основное помещение кабинета.

— Она — не ты, Мария, — криво усмехнулся Балдр.

— Так и знала, что ты заметишь, — фыркнула в ответ я. — Но вас много, а я одна. Так что становись в очередь...

А вот это было уже в прямом смысле. Потому что в это время у входа в мою палатку собирались командиры отрядов. Кому-то нужно было подписать документы, кто-то шел доложить о выздоровевших и умерших, кому-то нужно было выдать дополнительные снадобья или амулеты. Я глянула на генерала матом, и Балдр с шутливым поклоном освободил место.

— Ты обещала уделить мне время, Мария, — посерьезнев, он прошелся вдоль стен, разглядывая травы, склянки с еще неготовыми настойками, стопки карт пациентов.

— Обещать — не значит жениться, — пробормотала я, пытаясь найти список дел на сегодня. — Видишь, задержалась... Поэтому повторю свое предложение: либо жди, либо выметайся.

Проклятая бумага никак не находилась, а подозрение, что и не найдется, все крепло. Конечно, там не было прямым текстом написано: "Пункт первый. Свалить раньше, чем явится Балдр Аведис". Только вот и дураком мой друг детства, к сожалению, не был. Вполне мог догадаться из контекста.

Тем временем, он выглянул в щелку между стеной и пологом:

— Ого, сколько у тебя там народа! А можно я без очереди? — фыркнул генерал.

— Должно быть девять человек, — не поднимая глаз, сообщила я. — Алона дрессирует младших целителей, а Рисан в карауле. И это те, кто без очереди!..

— Предлагаешь мне встать в очередь из тех, кто без очереди? — Балдр подошел к моему столу и протянул злополучный лист. — Это ищешь?

Я уже давно ничего не искала, занявшись просмотром карт, оставленных ночной дежурной. То, что он и в них сунул свой нос, стало очевидно, после того, как я открыла вторую. У Сати Лидинет была своя, неочевидная для окружающих, схема подачи документов, и сейчас она была нарушена.

— Нет, спасибо, — подняв на него ледяной взгляд, проговорила я. — Я и так прекрасно помню, что у меня сегодня по плану. И там точно нет ничего о том, чтобы разрешить генералу Аведису рыться у меня на столе.

— Ты хотела сбежать! — рявкнул он, нависая надо мной.

— А ты заключил договор с Ковеном о доставке строптивой целительницы в столицу, — с видимым равнодушием пожала я плечами, до побелевших ногтей вцепившись в карту бедняги, которому ночью срочно пришлось ампутировать ногу.

На самом деле мне хотелось не просто треснуть этой картой друга детства по слишком умной башке, а вцепиться в горло, и не отпускать, пока голубые глаза не подернутся льдом! Он слишком хорошо меня знал. И играл с Орденом, Ковеном и королем куда дольше меня. Лучший генерал, Ледяной Дракон, он чувствовал, когда начинает пахнуть жареным, раньше других, и всегда успевал выйти из-под удара. А если получится, то и вывести других. Но это не точно.