Тэл замолчал, бросив взгляд в окно. С места, где я сидела, было видно только догорающее закатное небо, но вряд ли эльфа интересовало именно оно. Скорее всего, высматривал Балдра, к которому должны были уже присоединиться несколько его солдат и Алона. Я невольно залюбовалась высоким широкоплечим силуэтом, слегка подсвеченным изнутри силой Магических Узлов.
Все три горели ровно и ярко, значит, окончательно восстановился... В груди потеплело и пришлось приложить усилие, чтобы не глазеть на него с глупой улыбкой. Все-таки отлично проделанная работа — плюс один повод для радости. Да-да, пялюсь я на него исключительно поэтому. И от предвкушения, что мой план вот-вот сработает.
— Он расправился с двумя моими подданными, прежде, чем я согласился, — глухо продолжил эльф. — Простых лучников, даже не магов, но какая разница? Я давно понял, что быть Владыкой — это постоянно выбирать из двух гнилых яблок... Позволить погибнуть безымянным солдатам ради спасения всего народа или подписать смертный приговор всему народу, ради эльфов, которые просто не заслужили пыток и бесконечно-долгой смерти... Когда Солорн меня отпустил, я направился не в Древнюю Рощу, а к ближайшему поселению, где энергетическая нить выходила почти на поверхность.
— "Эльфийская кровь пережмет нить Жизни, закупоривая и пресекая поток", — процитировала я недавно прочитанный трактат по подготовке к ритуалу.
Собственно, для его успешного завершения и нужен был знатный эльф, который закроет рану, которую наносит целитель, чтобы его собственная кровь попала внутрь. Но, если верить составителю, там и от остроухого требовалось не больше десятка капель. Так чего же я нашла Владыку в таком виде?
— Именно, — кивнул Тэл то ли мне, то ли каким-то своим мыслям. — Вот только у меня ничего не получилось. Никакого оружия маги мне, разумеется не оставили, зато гниль позаботилась, открыв все старые шрамы кровоточащими ранами. Только это не помогло, — повторил он. — Сердце Мира отвергло заразную кровь.
Горечь в голосе эльфа остро кольнула ощущением безвыходности. И какого-то беспросветного одиночества в ежедневной необходимости принимать решения, которые обязательно будут кому-то стоить жизни. Я впервые в жизни подумала о том, как Балдр с этим справлялся всю войну. Наверняка ему тоже приходилось несладко, недаром же он вспомнил обо мне, когда припекло! И не просто вспомнил, а нашел, хотя я пряталась очень хорошо... И уговорил возглавить госпиталь. И надеть эту всеми проклятую корону.
Может, Алона была не так уж не права, рассказав ему обо всем? Помощница лучше меня разбиралась в людях, я-то просто недолюбливала всех оптом.
— Ожидаемо, конечно, — я постаралась спрятать за профессионально-равнодушным тоном смущение от такой откровенности. — Но сейчас-то ты здоров, и мы можем объединить усилия...
— Как раз этого я и не понимаю! — Таэлас Сумеречный резко отвернулся от окна. — Зачем тебе это надо? Я расспрашивал о тебе в госпитале и здесь, когда смог ходить... Да и сам не слепой! Ты постоянно занята то ранеными, то командирами, то обеспечением госпиталя... Теперь ты королева, и все твои мысли направлены на подготовку ритуала, но при этом уничтожила договор, который обязал бы любого эльфа тебе содействовать. Вместо этого ты пришла просить... Зачем, Мария? Кому ты хочешь отомстить моими руками?
— Да никому, в общем-то, — озадачилась я такой постановкой вопроса. — Да, Ковен уничтожил мой Орден, но я ни к кому там не была особенно привязана... Просто эта глупость может дорого обойтись миру. Поэтому я предлагаю заключить честный мирный договор, по которому ты помогаешь мне в ритуале исцеления Сердца Мира, а я возвращаю вам все ваши территории и что там еще. Как только Оно забьется ровно, ты вернешься в Древнюю Рощу, а я смогу, наконец, заняться своими делами. И нет, я не считаю себя добрым человеком, я лечу просто потому что могу... Ну, точнее, не могу по-другому.
— Вот так вот просто? — не поверил он.
— А зачем усложнять? Сколько знаю вас, эльфов, вы как будто специально все усложняете, а почему бы не поискать простых путей? Они же банально легче сложных.
Остроухий еще несколько мгновений посверлил меня пристальным взглядом, а потом резко выдохнул.
— Ни разу за всю историю... Ни разу, слышишь!.. ни один человек не делал для нас ничего просто так, — процедил он. — Просто, потому что может!.. Точнее, потому что не может по-другому...
— Все когда-то бывает в первый раз, — пробормотала я себе под нос, недоумевая, чего он так раздухарился, и что ему не нравится.
— Все, говоришь? — эльф одним нечеловеческим движением перемахнул кровать, оказавшись почти вплотную ко мне, и, неожиданно нежно коснувшись моего подбородка, заглянул в лицо. — Тогда объясни мне, остроухому идиоту, как я до сих пор не только не сдох со стыда после всего того, что ты со мной сделала, но и продолжаю глядеть в глаза?..
Глава 14
Глава 14
От его прикосновения меня обдало таким жаром, что я чуть не отвела взгляд.
— А... Должен был? — я нервно облизнула мгновенно пересохшие губы, не понимая, почему сердце колотится так, что вот-вот просто выскочит из груди.
— Вообще-то, да, — голос Тэла осип, а сам он медленно опустился на колени передо мной. — У высших эльфов не принято... раздеваться перед женщиной... Только после заключения брака, перед возлюбленной... А я... не только предстал перед твоими целителями в самом жалком и непотребном виде, но и... — он густо покраснел, но упрямо продолжил: — Позволил касаться... Алона, она же...
— Ну да, — неловко хмыкнула я, но получилось скорее жалобно, — Алона может. К счастью, она использует свои таланты во благо. Так что так и объяснишь своей возлюбленной, что злые человечки тебя заставили.
— Так я уже... пытаюсь, — эльф проигнорировал мою попытку свести все к шутке и не отстранился ни на миллиметр. — Объяснить своей возлюбленной, что единственная причина, по которой позволил... себя осквернить... это невозможность сопротивляться...
— К...какой возлюбленной? Что ты несешь? — чувствуя себя еще более нереально, чем пока шла по площади к трону, выдавила я.
— Которой от меня не нужно было ничего, только чтобы я выжил... Которая просто искала способы меня исцелить, когда я, дурак, сопротивлялся, хватаясь за устои мира, который уже сам же и решил уничтожить... Которая ни разу не причинила боль недостойному пациенту, пытавшемуся ей помешать и сводившему на нет ее усилия...
Я выругалась на эльфийском. Вот же вляпалась! Он слабо улыбнулся в ответ, но продолжил, как будто не слышал:
— Я и подумать не мог, что Белая целительница, которая согласилась взойти на трон — это ты, — эльф нервно сглотнул. — Иначе поверь, Мария, я бы лучше снова шагнул в гниль, чем украл тот кинжал у Гербоуда... Я был слеп, жил местью, гнал дурацкое тепло в душе от прикосновений твоих рук и магии, повторяя, что мой удел — сдохнуть в муках, раз не смог защитить свой народ... А ты меня исцелила... А теперь еще и предлагаешь спасти тех, кого люди на протяжении всей истории считали врагами... Ни брезгливости, ни отвращения, ни ненависти... Да в твоих глазах и сейчас этого нет! Как ты можешь так смотреть на недостойного?..
— Как смотреть? — решив, что спорить с сумасшедшими — себе дороже, уточнила я.
— Как на равного, — едва слышно выдохнул Владыка, наконец-то убирая руку и опуская голову.
Я сделала глубокий вдох и медленный выдох. Такого поворота я не ожидала!.. Нет, я всегда знала, что эльфы двинутые на всю голову, а у их знати традиции похлеще, чем у Ордена Белых Целителей... Нас, как выяснилось, и свои побаивались, поэтому бывший глава Ковена первым делом подсуетился, чтобы избавиться именно от тех, кто получил благословение от Жизни и Луны. Потом, правда, оказалось, что спешка нужна при ловле блох, но это уже другое.
А вот то, что Тэлу под двести, стало для меня сюрпризом... Не то, чтобы совсем неприятным, но шокирующим. Как-то это плохо укладывалось в голове. Конечно, мне приходилось во время работы в Серебряной Роще сталкиваться с высшими, но там общение сводилось к "спасибо-пожалуйста". Алона еще фыркала, что за дополнительные слова мы вроде бы плату не берем. А сейчас передо мной, склонив голову, стоял на коленях сам Владыка и что-то мямлил про свою недостойность, оскверненное тело и равенство. Еще и возлюбленных приплел...