— Отлично, — хмыкнула я. — Сейчас здесь все уберу, и приду. Только скажите, в какую сторону идти.

— С уборкой и Тансар справится, — тепло улыбнулся старик, приобнимая меня за плечи. — Он смышленый парень... А если учесть, в какой глуши его родная деревня, и вовсе гений... Тансар! Партис! На сегодня все, уберите здесь все и подготовьте к утру перевязочный материал. На рассвете вас сменят Нариса и Вэлли. Меня ни для кого нет, не было и не будет до утра!..

Я хмыкнула, прекрасно понимая, что он делает, и обхватила мэтра Таледиса за талию.

— О, это хорошо, — хохотнул из темноты Партис. — В смысле, хорошо, что нас девчонки сменят... Ну и вам удачи, мэтр Таледис, что ли!

— Эх, красотуля, зря ты с нами не остаешься, — посетовал Тансар. — Ну хоть старика, может, порадуешь... гы-гы-гы...

Когда мужчины начинают думать причиндалами, критическое мышление у них отключается напрочь. По собственному опыту я знала, что нет больших сплетников, чем младшие целители и санитары. А пока они обсуждают, что смазливая целительница выбрала старика, отказав им, молодым и крепким, я смогу спокойно поесть, перехватить час сна, и свалить отсюда навстречу солнцу раньше, чем лагерь проснется. Хуже было бы, если б эти гении задумались, как одной женщине удалось за пять часов прооперировать такую прорву народа. Потому что любой дурак знает, что для этого нужно быть из Белых Целителей, либо в ней должно течь как минимум половина эльфийской крови.

Мы сразу свернули за полог и неспеша пошли в сторону палатки мэтра, разбитой поотдаль от остальных, но за спиной еще долго слышались басовитые шушуканья и тихое гыгыканье.

Глава 18

Ужин, оставленный старшему целителю давно остыл, но мы настолько проголодались, что заглотили его, даже не заметив. А потом старик достал из недр походного сундука мешочек, от которого пахло так, что я решила, что у меня обонятельные галлюцинации.

— Я понимаю, что вы не отказались бы поспать, Мария, — проговорил он. — Но, может, чашечка кофе не будет лишней?

— Кофе никогда не бывает лишним, — усмехнулась я, стягивая с головы пропахшую потом и кровью косынку.

Я бы, конечно, и от душа не отказалась, но пришлось ограничиться мытьем рук и умыванием. Чистой воды здесь было мало, ее экономили, но у мэтра Таледиса оказался целый кувшин именно для этих целей, и старик щедро пожертвовал его мне.

Кофе медленно закипал на компактной жаровне, оснащенной огненным артефактом, а я, наконец-то распустила волосы и с тихим стоном помассировала голову. Да, сложно сказать, что тяжелее — корона Белой королевы или косынка младшего целителя... Конечно, я уровень ответственности разный, но кто может с уверенностью утверждать, что Сердце Мира важнее тех, которые продолжили биться, благодаря моим сегодняшним усилиям?

Действие энергетика начало потихоньку отпускать, но я это предполагала. Кофе сейчас скорее всего окончательно добьет мою нервную систему, и я просто отключусь, где сижу.

— Мэтрис, на постели вам будет удобнее, — не оборачиваясь, предложил Таледис. — Походная кровать старика, конечно, не королевское ложе, но насколько мне известно, Белых Целителей это никогда не смущало.

— Да что вы знаете о Белых целителях, мэтр? — с усмешкой вздохнула я, перебираясь на кровать.

Сил не было даже на то, чтобы испугаться, что он кому-то что-то расскажет. Нет, я, конечно, держала в кармане наготове шприц со стимулятором, но от души надеялась, что он мне не пригодится. В первую очередь, потому что откат после него был тяжелее самого страшного похмелья, а у меня закончились даже самые простенькие обезболивающие средства на сушеных травах, не говоря уж о снадобьях с магической составляющей.

— Достаточно, чтобы делать выводы... О боги, мэтрис, — он обернулся, всплеснув руками, — должно быть, я напугал вас! Простите старика, у меня и в мыслях не было у вас что-то выпытывать! Я только хотел отблагодарить вас...

— Вот и славно, — зевнула я. — Расскажите тогда, что сейчас там, на севере. Вы же оттуда пришли?

Уютный аромат, ассоциирующийся с мирной, спокойной жизнью, наполнил палатку. Старик протянул мне походную кружку, и я тут же оплела ее похолодевшими от волнения пальцами. Он заботливо накинул мне на плечи походный плед, положил рядом грелку — горячий кирпич, завернутый в мягкую тряпку, и только после этого налил себе кофе и устроился в раскладном кресле.

— Оттуда, — медленно кивнул он. — Но если вы хотите затеряться среди людей, вам лучше взять немного восточнее. Там куда меньше гнили, и сохранились нетронутые эльфами поселения...

Он еще долго рассказывал о том, где побывал за эти полгода, что видел и как выстраивал отношения со встреченными эльфийскими патрулями после заключения мирного договора. Я рассказала, как дела в столице, аккуратно выдернув из истории свое непосредственное участие, но мэтр дураком не был. Он действительно был из тех, кто умел держать данное слово без всяких магических клятв, чем расположил меня к себе еще когда лечился в моем госпитале. Так что слово за слово, я рассказала ему, что не уволилась, а просто сбежала.

— Закрыв все дела, я просто выскользнула через тайный ход в ночь. С собой у меня, как видите, всего пара свитков с особо редкими заклинаниями и походный набор целителя. Даже сменную форму брать не стала.

— А как же ваша помощница, Алона? — проницательно приподнял бровь мэтр Таледис.

— Я не стала прощаться даже с ней, — вздохнула я. — Мне, конечно, будет очень ее не хватать... Да что я? Уже не хватает! Но она и без меня не пропадет... Ее обязательно найдут где-нибудь в лесу, свежующей свежепойманную дичь...

Он усмехнулся и согласно кивнул.

— Ну, а мужчина? Наверняка поклонников у вас в столице поприбавилось, а они там все хоть куда!

— Мужчины?.. — хмыкнула я, пытаясь проглотить колючий ком, вставший в горле при воспоминании о Тэле. Даже пришлось сделать несколько мелких глотков горячего кофе.

Весь день я старательно гнала от себя мысли о том, чем там занимается моя команда, пока я топаю по едва заметной тропинке, изрытой звериными следами, все дальше и дальше от них. Балдр наверняка отправил на мои поиски самых надежных людей из своего ближайшего окружения. Алона, скорее всего, пошла напрямую к мастеру Каррету и, поигрывая тесаком, пригрозила произвести прямо на месте хирургическое вмешательство в его личную жизнь, если он не скажет, куда я делась. И плевать ей, что он — самый сильный огненный маг и первый советник, а у нее только ловкость рук и тот самый тесак. А Тэл... Представить, что предпримет Владыка эльфов, узнав, что его королева просто исчезла, моей фантазии не хватило. Умом я меньше всего хотела, чтобы он наделал каких-нибудь глупостей (как показала практика, на них он был тот еще мастер, даже не будучи влюбленным), но от мысли, что он просто смирится с утратой, сердце вообще рвалось на части.

— Мужчины там, конечно, хоть куда... но мне туда точно не надо.

За тонкой стеной палатки послышались шаги и какая-то странная возня. По тому, как мэтр насторожился, я поняла, что и для него они стали неожиданными. Караульные то ли перекрикивались, то ли переругивались с кем-то... Когда снаружи отчетливо раздался лязг металла, старший целитель приложил палец к губам и едва слышно шепнул:

— Сидите тихо, я разберусь...

Но едва полог палатки успел опуститься за мэтром, как чья-то решительная рука откинула его вновь.

— Мария!.. Ма... — Таэлас Сумеречный задохнулся, не договорив. — Какое счастье, что с тобой все в порядке, любовь моя... моя королева...

Одним слитным, каким-то нечеловеческим движением он пересек разделявшие нас несколько шагов и рухнул на колени рядом с кроватью, на которой я так и сидела, сжимая в руках почти пустую кружку.

— Зачем ты сбежала, владычица моя?.. Ты — вся моя жизнь, без тебя мне весь этот мир просто... незачем все...

— Я не сбежала, — от подкативших к горлу слез голос прозвучал хрипло. — Я ушла... потому что хочу просто жить... жить свою жизнь, не доказывая никому, что имею право на существование, что имею право на работу, что...