Я бросился вперед, вспомнив, как Дарси в сообщении объяснила нам, что делать, чтобы запереть духа, когда он будет повален.

Нам всего лишь нужен был предмет, в котором его можно запечатать. Что-нибудь нерушимое, откуда он больше никогда не выберется.

— Держите его! — крикнул Ксавьер Максу, и тот загнал трезубец еще глубже в шею лошади, приколотив ее к месту. Калеб тем временем отползал на четвереньках, задыхаясь и пытаясь не блевануть.

— Мне кто-нибудь объяснит, что за хрень здесь творится? — спросил Макс, но я уже не мог остановиться.

Я пронесся мимо него, схватил с одеяла что-то длинное, твердое и резиновое, прыгнул вперед и, прижав его к шее лошади-качалки, выкрикнул заклинание.

Ко мне иди, созданье тьмы,

Забудь о веселье до новой весны.

Зима сказала: тебе пора,

В этой клетке жить до скончанья века.

Йоль восходит — скройся с глаз,

В ловушку горя тебя плели мы сейчас.

Не бейся, не рвись, не дергайся, прочь,

Мы ведьминой магией свяжем тебя в ночь!

Дух издал жуткое ржание и превратился в дым. Струйка черного тумана извилась и втянулась в предмет, выбранный мной для его вечного заключения. В одну из самых прочных вещей, известных фейроду.

— Это мой фаллоимитатор? — процедил Макс, с ужасом уставившись на него, а потом с недоумением перевел взгляд на меня.

— Я думал, это фаллоимитатор лошадки-качалки, — сказал я, но тут до меня дошло, что все эти штучки для секса, возможно, принадлежали Максу.

— Иногда слова, вылетающие из твоего рта, просто вводят меня в ступор, — сказал Макс, похлопав меня по плечу.

— Меня тоже, дружище. Меня тоже, — согласился я.

Я внимательнее рассмотрел секс-игрушку. Дух тяжело осел внутри, а от проклятого фаллоимитатора у меня кровь стыла в жилах.

— Твою мать, это подделка под фаллоимитатор Дариуса Дракона? Он же ебать какой огромный. И вроде был золотым, а его покрасили в синий. Видишь? Краска облезает. — Я подцепил ее ногтем, и Макс, покраснев, выхватил игрушку из моих рук.

— Я заказал себе другой, но мне прислали не тот, а времени на обмен уже не было. Я хотел устроить с Джерри ночное свидание здесь, внизу. Но теперь все испорчено, да? — Он ткнул в меня фаллоимитатором, и я сердито выхватил его обратно.

— Не смей тыкать в меня своей поддельной писькой, Макс, — зарычал я. — Ты же знаешь, как я отношусь к нелицензионному товару.

— Так кто-нибудь наконец объяснит мне, что, блять, происходит? Почему на меня напала пятнадцатифутовая лошадь-качалка? — потребовал Макс.

— Ну-у-у, история долгая. — Я покосился на Калеба, который вытирал рот футболкой, пока Тайлер продолжал его снимать.

— Рассказывай, — настоял Макс.

— Сейчас, сейчас. — Я набрал побольше воздуха. — Это случилось темным снежным вечером…

— Без драматизма, — раздраженно сказал Макс.

— Ты же знаешь, что я так не умею, — возмущенно выдохнул я. — Либо с драматизмом, либо вообще никак.

— Ладно, спрошу Калеба. — Макс направился к нему, а мой прекрасный лунный друг поднял голову от пола. Кудри встрепаны, на лице — одно страдание. Должно быть, он ужасно переживал из-за того, что не ему удалось одолеть лошадь-качалку.

Он явно что-то придумал с этими ударами головой в задницу. Я бы не хотел, чтобы меня так бодали в зад. Хотя… нет, если это будет он, мне, пожалуй, даже понравится. Но в конце концов я все равно сдался бы.

— Что происходит? — спросил Макс, помогая Калебу подняться.

— Лошадиная. Задница, — прохрипел Калеб.

Макс нахмурился и повернулся к Ксавьеру.

— Хоть кто-нибудь может мне все объяснить?

Ксавьер наконец дал ему то, чего он хотел.

— Джеральдин настояла, чтобы мы украсили рождественскую елку проклятыми игрушками, в которых были заключены души давно умерших и крайне злобных фейри. Потом все игрушки разбились, и теперь духи разгуливают по Дворцу Душ, творят хаос и все рушат. Габриэль предвидел много смертей, если мы не разберемся с ними как можно скорее. Он еще сказал что-то о том, что духи становятся все сильнее, чем дольше остаются на свободе, и что вся Солярия в опасности.

— Замечательно, — отозвался Макс. — Ладно. Где следующий?

— Вот в этом-то и проблема, — сказал я. — Они по всему дворцу. Прячутся по углам и щелям. Могут быть где угодно. Даже в моем новом лунном браслете.

Я поднял руку, демонстрируя его, и потряс запястьем, чтобы он засверкал и ослепил камеру.

— Я разве забыл показать вам свой сияющий браслет из лунного камня, который Калеб подарил мне на Рождество чуть раньше?

— Нет, вообще-то показывал всем. Много раз, — сказал Ксавьер. — Ты о нем не затыкаешься. Удивительно, что ты столько времени продержался, прежде чем снова о нем заговорить.

— Я и не затыкаюсь, — возразил я, снова любуясь браслетом. Калеб сотворил его магией земли из кусочка камня, который я привез с Луны. Браслет состоял из кольца потрясающих бусин, а главная имела форму полумесяца с летучей мышью. Точно как моя татуировка. Это был самый безупречно идеальный подарок на свете. Если не считать путешествия на Луну, которое он мне подарил.

— Ты показывал его мне трижды за завтраком, — возразил Макс. — А потом позвонил по видео всей семье Оскура и больше часа громко рассуждал с тетушкой Ласитой о его возможной мистической силе выращивать гигантскую фасоль.

— Она думает, что он может вырастить гигантскую фасоль, которая будет отпугивать злых флиглинов, — фыркнул я. — И как мне тут не завестись, Макс? Как?

— По-моему, нам стоит поискать других духов, — вмешалась София, и я повернул запястье так, чтобы браслет поймал свет и пустил ослепительные блики ей в глаза.

— Эй, перестань. — Она топнула ногой.

— Я не могу остановить сияние моего драгоценного лунного браслета точно так же, как не могу остановить восход солнца, София, — заявил я, пока мы поднимались по лестнице и наткнулись на спешащих по коридору Леона и Данте.

— Куда вы? — спросил Калеб, когда они подбежали к нам.

— Ищем Элис, — ответил Данте. — Она не отвечает на звонки.

— Мое маленькое чудовище может быть в беде, — нахмурился Леон.

Я пустил лунным браслетом зайчик ему в глаза, и он повернулся ко мне.

— Тогда вам лучше не мешкать, — подбодрил Макс. — С Лукой все в порядке?

— Он в игровой с моей мамой, — сказал Данте. — Он в безопасности. Эта женщина не позволит и мухе сесть на голову нашего bambino. На всякий случай мы наложили вокруг них защитные чары.

— Красивая штука, — заметил Леон, кивая на мой браслет.

— Ну наконец-то. Хоть кто-то оценил мой браслет. — Я поднес его ближе, чтобы он мог хорошенько рассмотреть, и глаза Леона засверкали. — Тетушка Ласита сказала, что он может выращивать гигантскую фасоль, — с драматическим взмахом добавил я.

Его глаза заблестели еще ярче.

— Вот как? — промурлыкал он. — Только представь, сколько гигантской фасоли я мог бы вырастить. То есть ты мог бы вырастить.

— Вот-вот! Наконец-то кто-то меня понимает. — Я улыбнулся. — Может, вырастим немного вместе, когда переловим всех духов?

— Договорились. Увидимся, Сет. — Леон усмехнулся как кот и, задев меня плечом, удалился по коридору вместе с Данте.

Мы с остальными повернули в другую сторону, на поиски следующего духа. Мы запечатали лошадку в фаллоимитаторе, так что один был готов, осталось еще десять.

Глава 7

Элис

Я дернула лозы, которыми мои запястья были привязаны к балдахину кровати, и с моих губ сорвался стон, когда Райдер втянул в рот затвердевший сосок и пальцами принялся за пуговицу моих джинсов.

— Такое чувство, будто ты не доставалась мне одному уже целую вечность, — прорычал он, расстегнул мою ширинку и просунул руку в трусики.

— Знаю, — выдохнула я. — Не то чтобы я жаловалась на то, что меня делят.

— Я тоже. Но сегодня я жадный. — Он снова провел кончиком языка по моему соску, а затем сильно прикусил чувствительную плоть, пока его пальцы наконец добрались до моего лона.