— Это было единственное, что подвернулось под руку, — неубедительно оправдалась Тори.

— Он очень к-к-красивый… — Джерри поперхнулась словом, но заставила себя продолжить. — Моя королева выбрала п-прекрасный… — Она сдержала рыдание. — Клей с блестками заставит его чудесно сиять. Ему лишь не хватает… эффектности…

— Прости, — неловко сказала Тори, но Джеральдин отмахнулась от извинений.

— Разумеется, королевы не могут ошибаться. Это благородный выбор, — совершенно неубедительно выдавила она.

Дарси весьма заметно пихнула Ориона, и тот драматично вздохнул.

— Я найду твою коробку с принадлежностями, Блу, — предложил он, сухо взглянул на пару и вылетел из зала.

Я шагнул вперед, собираясь обнять Джерри, но ее ладонь врезалась мне в лицо прежде, чем руки успели сомкнуться.

— Не могли бы вы следить за ластами, сэр! — прокричала она. — Вы чуть не выбили драгоценные украшения из моих рук!

— Неправда, — возразил я, но она пренебрежительно отвернулась.

— Может, отпустишь Сета, Тори? — спросил Калеб. Я посмотрел на Волка, все еще прижатого к стене с яростью в глазах.

— Он будет хорошо себя вести? — с сомнением уточнила Тори.

Сет медленно покачал головой, словно психопат, и Калеб быстро метнулся к нему.

— Конечно, будет. Правда, Сет? — Калеб повернулся к нему и ободряюще кивнул. — Потому что иначе ты испортишь Рождество и завтра будешь не в настроении открывать остальные подарки…

Глаза Сета сузились до яростных щелок. Наконец он кивнул.

Тори закатила глаза и отпустила. Я ожидал, что он снова кинется за браслетом, но Калеб взял его за руку, и Сет сумел сдержаться.

— Кто-нибудь еще поймал одного из духов? — Джеральдин расправила плечи и с надеждой оглядела зал. — Хоть кто-нибудь?

— Я убедил ледяную королеву уйти и принять смерть. Она исчезла, — сказал Тарикс.

Джеральдин развернулась к нему, явно вздрогнув от неожиданного голоса.

— Прости, дорогой тенистый мальчик, должно быть, я ослышалась. Мне почти показалось, будто ты заявил, что освободил одну из злых душ, за которыми мы обязаны следить согласно традиции, вместо того чтобы заточить ее в праздничную безделушку и любоваться год за годом, за годом, за годом.

— Так и есть, — подтвердил он. Я поморщился, готовясь к новому крику.

Вместо этого Габриэль рванул вперед и выхватил из рук Джеральдин камень, совок и браслет за миг до того, как ее глаза закатились и она потеряла сознание.

Я подхватил ее прежде, чем она ударилась о пол, выругался себе под нос и осторожно уложил.

— Ты и правда это сделал, Тарикс? — спросила Дарси.

— Как? — добавила Тори.

— Она просто была одинока, — пожал плечами он.

— Одинока и зла, — кивнул Сет. — Все сходится.

— Ничего не сходится, — прорычал Тарикс. — Она жаждала мести. Но тот, кто заслуживал ее гнева, давно ушел в царство смерти. Ей нужно было лишь об этом напомнить.

— О-о-о, так ты ее трахнул? — Сет понимающе закивал. — Все сходится.

Тарикс прищурился.

— Я подарил ей компанию, а не свой член.

— Ну да. Компанию. — Сет показал Калебу знак мира и подмигнул, словно остальные этого не видели.

— О-о-о, Тарикс, — проворковала Дарси, лишь усиливая его хмурость.

В этот момент Орион влетел обратно с огромным сверкающим розовым чемоданчиком для творчества. Бока покрывали брызги краски, а из-под крышки, захлопнутой прямо поверх них, торчали кусочки ткани.

— А, ты нашел дорожный набор, — внезапно садясь, сказала Джеральдин. — Сойдет.

Она без единого слова благодарности выхватила коробку и принялась с одержимостью перебирать краски, самоцветы и тюбики клея с блестками. Все мы понимали, что лучше не вмешиваться.

— Обожаю клей с блестками, Мечта Феникса, — подколол Дарси Сет.

— Эй, взрослые тоже могут им пользоваться, — огрызнулась она.

— Ого, какая чувствительная тема, — широко ухмыльнулся Сет. — А это, случайно, не гелевые ручки?

— И что с ними не так? — потребовала Дарси.

— С ними ее рисунки выглядят гребано ослепительно, Капелла, — выплюнул Орион, обнажая клыки. Его глаза вспыхнули угрозой, приказывая Сету отступить.

Джеральдин продолжала рыться в коробке как одержимая.

— Мы ведь все еще собираемся запереть эти штуки в ящике и никогда не доставать, если только не придумаем способ уничтожить их навсегда… правда? — тихо спросил Калеб.

Джеральдин развернулась так резко, что я удивился, как она не сломала шею.

— По традиции этих духов выставляют на обозрение, крадущийся кровяной гоблин! И в этом дворце никто не смеет идти против традиций! — заорала она.

— О подробностях подумаем позже, — быстро сказала Тори. — Сперва соберем остальных.

— Что дальше? — спросил я Габриэля.

— Думаю, мы сможем серьезно поднять просмотры, если во время следующих поимок вы сосредоточитесь на более зрелищных движениях, — сказал Тайлер. Он протянул Атлас, словно нам больше не на чем было сосредоточиться. — Зрителям понравились взрывы во время схватки с эльфом, но в финале не помешала бы пара колес, понимаете?

— Нет, — прорычал Дариус. — Это гребаный идиотизм.

— Да ладно, смотрите. — Тайлер включил запись боя с эльфом и пролистал вниз до комментариев.

Джина Стоун:

Я люблю тебя, Дариус #будуездитьрядом #обожаюрождественскийсвитер

Джессика Пола Мейн:

Так его, королева Тори! Это зрелищнее, чем тот раз, когда я нашла потерянное луковое колечко за диваном! #луковыекольцаостаютсявкуснымитринеделиспустя

Кайли Мейджор:

Давайте, ребята, вы справитесь!

#вспомнитеменя #командасети #можетпораперестатьменястыдить

Сет выхватил Атлас и быстро напечатал ответ.

Сет Капелла:

Как ты справляешься с мантикрабами, безымянный пердун #всемплеватьнатвоиодинокиеволоскииззадницы

Габриэль вздохнул, словно все происходящее было огромной тратой времени, и я с ним соглашался.

— Хорошо. Теперь Калеб и Орион должны отправиться за малиновкой на чердаке северной башни…

— А я? Я и мой лунный друг с лунной парой? Звучит как свидание, — добавил Сет.

— Ладно. Тогда Дариус, Тарикс и Ксавьер отправятся искать оленя на территории дворца. А Тори, Дарси, Джеральдин и Макс займутся рождественской елкой. Моя семья будет занята проблемой с волосами.

Глава 16

Сет

Я ехал на спине лунного друга, пока он мчался вверх по множеству, множеству лестниц, ведущих на самую верхушечку высоченной башни в северной части дворца. Там мы оказались на пыльном старом чердаке, пахнувшем арахисом.

Калеб огляделся и сморщил нос, а я слез со спины Ориона. До самых стропил громоздились сотни деревянных сундуков, между которыми оставались узкие проходы. Из некоторых выглядывали блестящие, сверкающие вещицы, и одна особенно сияющая привлекла мое внимание на вершине ближайшей стопки.

Откуда-то с чердака донеслось мелодичное птичье пение. Я ухмыльнулся Ориону и Калебу.

— Кто первым поймает птичку, тот и победил.

— Ты двигаешься вдвое медленнее нас. У тебя нет ни единого шанса, — сказал Калеб. Насмешка в его голосе заставила мое сердце сделать колесо.

— Правда, Кал? Потому что, по-моему, самый проворный здесь я.

— Ты проворный, как барсук с больной лапой, — заявил Орион. — Никаких шансов схватить ее раньше нас.

— Я поймаю птицу и найду себе новое блестящее украшение взамен оскверненного лунного браслета, — возразил я, запрыгивая на ближайшую стопку сундуков и начиная карабкаться. Я до сих пор не мог поверить, что Леон не просто украл мой браслет, но еще и запер в нем оскверненного духа погибели. Я даже не мог разбить украшение, выпустить духа и уничтожить, потому что тогда браслет сломается, а мне хотелось сохранить его хотя бы целым.

— Это называется воровством, — нараспев произнес Кал.

— Никакое это не воровство. Все, что принадлежит Вега, принадлежит нам всем. Так устроены семьи, Кал. Да-а-а.

Стопка сундуков опасно зашаталась, а желудок ухнул.