Якобы частные деньги корпораций помогают государству держать аномалии под контролем, помогают обучать людей, спасать их, разрабатывать новые технологии и всё прочее — за скошенные налоги и иные преференции.

Но по факту…

Я прекрасно знал, что всё всегда упирается в одну-единственную вещь.

Власть.

Даже деньги и сила являются её производными.

И тот, кто владеет аномалиями — имеет реальную власть. Сильные «маги», личная гвардия, армия, артефакты, новейшие и сильнейшие лекарства, технологии.

Можно пренебречь любыми протоколами безопасности, если у тебя на содержании те, кто их придумывал и кто их контролирует. Можно забить на разрешения на опасные артефакты, если их выписывает тот, кого ты усадил на это место.

Да и невозможно тотально контролировать мир, в котором «магия» появляется ежедневно, частенько — произвольно, и давно уже стала обыденностью.

Около полудня мои потуги запомнить протоколы взаимодействия с полицией прервал стук о дверной косяк, и в архив заглянула Настя.

— Ещё не умер со скуки?

— Уже готовлюсь.

— Пошли, повеселимся.

— В каком смысле? — насторожился я.

— У нас новый выезд! — подмигнула нэко.

— Опять⁈ Вы же говорили, что два-три раза в месяц обычно выезжаете⁈

— Сама удивляюсь! Может, это ты притягиваешь интересные аномалии, а, Кедр?

— Не надо мне такого счастья… — пробормотал я, бросая должностную инструкцию на стол, — Что там на этот раз?

— Пошли, Ира всё расскажет.

Остальная команда уже ждала нас в общей комнате — той самой, с компами, мониторами, и железной дверью, за которой я развлекался в первый день.

Сейчас за ней почти не ощущалось никаких вибраций — очень и очень слабые, едва уловимые, и это меня порадовало.

Что-то не хочется снова оказаться не пойми где…

— Итак, все в сборе, — кивнула Ира, когда мы вошли, — Изложу кратко. Егор, монитор.

«Золотая ручка» (как я окрестил его про себя) тыкнул что-то на клавиатуре, и на экране проектора появилась карта Москвы.

— Десять минут назад появился сигнал о нестабильных флуктуациях в районе метро Бауманская. Конкретнее, — Егор приблизил карту и выделил здание, — в торговом центре Елоховский пассаж. Колебания серьёзные, в районе двух делений по шкале Власова, так что туда срочно стягивают все ближайшие группы. Нашу — в том числе.

— Время слияния? — коротко уточнил Макс.

— Примерно семьдесят три минуты, — ответила Ира, бросив взгляд на интерфейс браслета.

Егор хрустнул пальцами нормальной руки и они забегали по клавиатуре. Наши браслеты завибрировали уведомлениями.

— Скинул всю инфу. По предварительным данным в подвальных помещениях центра образовалась нестабильность воздушно-технической аномалии, отвечающей за систему кондиционирования. Судя по трекингу, она притащила нестабильность в несколько других мест, две точки на первом этаже, две на втором, и лаундж на третьем. Пока — ничего критичного.

— Прогноз? — снова уточнил Макс.

— Ждём от аналитиков Бюро, будет через пятнадцать минут.

— Получим по дороге, — заявила Ира, — У нас десять минут на сборы, и выдвигаемся.

— Все? — на этот раз уточнил я.

— Егор останется тут, следить за ситуацией и вести нас. Остальные — все, да, и ты тоже. Центр большой, так что нам потребуются все силы, чтобы помочь другим группам. Но прошу, Андрей — не лезь вперёд. Понимаю, что в прошлый раз вы с Максом тоже это обещали, но…

— Но там ситуация вышла из-под контроля, — я пожал плечами, — Пришлось импровизировать.

— Надеюсь, в этот раз обойдёмся без экспромтов! — отрезала начальница, сверкнув своим жёлтым глазом, — Будешь помогать Насте устанавливать сдерживающие щиты. Всё, за дело! Загружаем всё, что есть. Настя, ты с Максом, мы с Андреем на моей машине.

Как выяснилось, Ира ездила на ярко-красном «мустанге».

Они что тут, все по миллиону в месяц зарабатывают???

— Классная тачка, — заметил я, усаживаясь на пассажирское сиденье.

— Спасибо.

Мы выехали к метро «Красные ворота» и начальница ускорилась по Новой Басманной, параллельно подключив нас всех к конференц-связи.

— Егор, что по данным Бюро? — уточнила она.

— Судя по первой информации, там происходит «слияние», — в ухе раздался голос нашего технаря, — Так что прямо сейчас на территории торгового центра образовывается… Точнее, уже образовалась новая пространственная аномалия.

— Дерьмо… — выругался Макс.

— Да пока нечего бояться, — ответил Егор, — Там уже есть две прибывшие группы. Одна из них обнаружила мелкий проход, он пока единственный. Сейчас перешлю вам всем данные… Ага, готово.

Я вызвал интерфейс браслета, и запустил короткое видео.

На нём было видно, как на стене какого-то магазина одежды образовалось что-то похожее на мясистый провал, зияющий чернотой. Размером с колесо легковушки, примерно… На видео также было видно, как два человека в экзо-броне приблизились к провалу, и один из них запустил внутрь маленького дрона, который прошёл сквозь черноту, всколыхнув её, словно плёнку, и исчез.

— Данные изнутри уже есть?

— Поступают непрерывно, — Егор продолжил скидывать нам фото и видеоматериалы, — Сообщили о ещё трёх формирующихся «провалах». Запущенные внутрь дроны определили, что это опустошённый участок городской застройки, процентов на семьдесят аналогичный окружающим торговый центр кварталам. Агрессивной флоры и фауны не наблюдается, активных всплесков тоже.

— Скорее всего, потому что аномалия только начала формироваться… — заметила Ира.

— Специалисты Бюро так и считают, — подтвердил технарь, — По имеющимся данным прогнозируют, что это будет устоявшийся четвёртый класс.

— Наш предел, — заметила Настя.

— И поэтому всем нужно быть наготове! Проверьте защитные артефакты, и не лезьте вперёд. Сначала поговорим с координатором — и будем чётко исполнять инструкцию!

— Есть босс!

— Есть шеф.

— Так точно.

Все замолчали, и я потёр висящий на шее выданный Настей защитный амулет — от воздействия аномалий вплоть до четвёртого класса. Не всех, конечно — универсальной защиты не существует — но от большинства основных типов.

Но вот «пространственная аномалия» — это кое-что иное.

У Бюро и РАН было официальное объяснение о том, что это вообще такое. Если простым языком — то пространственные (не территориальные!) аномалии являлись как бы новой структурой реальности ограниченного размера, которые формировались за счёт аномальной энергии, перенимающей часть свойств нашего мира. Такие аномалии создавали что-то типа небольшого карманного измерения со своими законами, но за счёт «перенимания» частенько имели что-то похожее на наш мир.

Как, например, та хрень, в которую я попал в первый день своей практики.

Подумав об этом, я лишь хмыкнул про себя.

Карманное измерение… Нихрена вы на самом деле не знаете, товарищи академики и министры! Даже близко это всё не так!

Точнее, не совсем так…

До торгового центра мы долетели меньше, чем за пятнадцать минут — Ира гнала так, что я пару раз вцепился в ручку двери, мысленно прощаясь с жизнью.

«Елоховский пассаж» оказался четырёхэтажным зданием со стеклянным фасадом, зажатым между жилыми многоэтажками, и сейчас вокруг него царил форменный дурдом.

Перекрыт оказался весь квартал — патрульные машины, микроавтобусы полиции и частных групп аномального контроля, оцепление из резонантов в лёгкой броне. Зевак отгоняли за жёлтую ленту, но тем было пофиг — снимали всё на браслетофоны, будто на концерт пришли!

— Ого! — присвистнул я, выбираясь из «мустанга», — Тут прям как на съёмках нового отечественного блокбастера.

— Каждый раз одно и то же, — хмыкнула подошедшая Настя, забрасывая на плечо свою бездонную сумку, — Чем крупнее ЧП, тем больше народу набегает.

— И всем пофиг, что аномалия может бахнуть…

— До сих пор не перестаю этому удивляться.