Откровенность, блин… Никогда не поверю, что Бюро вот так легко отпускает тех, кто их заинтересовал, и кого они полгода мариновали в «Трубе»!

Значило ли это, что Зверева (или её начальство?) действительно думает так, как она говорит? Или всё же кто-то подозревает о моей тайне? О том, о чём я запрещал себе думать всё время заключения, чтобы ни на одном допросе не сболтнуть лишнего?

Так оно надёжнее…

— И какие у меня будут обязанности?

— Поначалу — особо никаких, — милфа пожала плечами, — Познакомишься с группой, освоишься, поможешь им, если сможешь, попробуешь освоить свой резонантный талант… А мы пока понаблюдаем за тобой, пригласим ещё пару раз на тесты, если будут какие-то изменения в способностях. Уже не как заключённого, само собой.

Гладко стелет товарищ Зверева, ох как гладко!

«Ничего особенного, понаблюдаем, познакомишься, попробуешь…»

— Всё это звучит очень и очень расплывчато.

— А что поделать? Говорю как есть — ты правильно заметил, что мы и сами не особо понимаем, что делать с твоим талантом, и я готова это честно признать, — и снова слово «честно»! — … можно было бы тебя осудить за намеренное проникновение в аномалию, и отправить на пару лет в колонию-поселение, но зачем?

— Незачем.

— Ну вот и я о том же, — Милослава достала из портсигара ещё одну сигарету и снова закурила, — Поэтому, Андрей, отправляйся в своё новое жильё, и начинай новую жизнь. Ах да, насчёт браслета!

Милфа стряхнула пепел и кивнула в сторону моей руки:

— Ты пропустил кое-какие новости, пока был у нас в гостях, так что… Вкратце — это новый смартфон.

— Серьёзно? — искренне удивился я.

— Абсолютно. Практически не ломается, не требует зарядки, ловит почти везде на поверхности планеты, и в большинстве аномальных зон, исключая места с особо сильными помехами. Все функции стандартных смартфонов присутствуют — интернет, звонки, камера, и так далее.

— И где на этом камешке кнопки? Или сенсорная панель?

Зверева фыркнула.

— Прибор настроен на мозговые волны. Просто вызови интерфейс мысленной командой, он настраивается на владельца, когда надевается.

Я приподнял руку и попробовал это сделать…

— Ого!

— Нравится?

Ещё бы!

Над браслетом появилась голограмма привычного интерфейса — причём как руку не поверни, они всегда оказывалась лицевой стороной вверх. Я ради интереса ткнул на кнопку «Телефон» — и ощутил лёгкое сопротивление воздуха, будто отдачу от вибрации сенсора.

— Прикольно!

— Интерфейс сделали привычным, чтобы людям легче было освоить возможности девайса, — заметила Милослава, — Но вообще уже всякие оболочки делают. Сверхчувствительный микрофон встроен, можно даже руку не поднимать, когда разговариваешь. Звук проецируется теми же волнами сразу на барабанные перепонки, но если хочешь винтажа — наушники подключаются по беспроводной связи любые. Разберёшься?

— Разберусь. А номер…

— Найдёшь в настройках. Бюро оформило на тебя новый, предоплачен на год.

— Снять игрушку не получится, как понимаю? — усмехнулся я, заставляя «экран» исчезнуть, и покрутил браслет вокруг руки.

— Конкретно этот — нет. Нам так будет… Спокойнее…

Ну кто бы сомневался… Это чуть осложняет дело — сто процентов тут установлен трекер и Бюро всегда будет знать, где я нахожусь, так что соваться куда не положено точно не вариант…

Пока.

— В душе не намокнет?

— И даже в вулканической магме не расплавится.

— Прикольно… Но всё же, как его снять?

— Даже не думай, Андрей. Твою модель могут снять только в Бюро. Считай это… Одним из условий контракта нашего сотрудничества.

— Что, всё это прям документально будет прописано?

— А ты уже готов согласиться? — Зверева снова хищно прищурилась.

— Можно подумать, у меня куча других вариантов… Давайте сюда ваш контракт. Надеюсь, расписываться хоть не кровью надо будет?

Милослава Зверева. Бюро.

Когда Андрей подписал все бумаги и ушёл, Милослава ещё пару минут сидела за столом с задумчивым видом. Затем на столе пилинькнул планшет, и повинуясь мысленной команде хозяйки, тут же спроецировал над поверхностью голограмму мужского бюста.

Это был человек лет пятидесяти на вид, с орлиным профилем, глубоко посаженными глазами, длинными, зачёсанными назад волосами и аккуратной бородкой.

— Как всё прошло? — уточнил он безо всякого приветствия.

— Как и предполагалось, — хозяйка кабинета откинулась на спинку кресла, — Объект не проявлял излишней заинтересованности, но и в конфликт вступать не стал, согласился сотрудничать.

— Прекрасно. Значит будем придерживаться плана. Пусть парнишка освоится, притушит бдительность, а потом… Будет видно. Пока что подкиньте ему пару несложных задач, протестируйте в лёгких экстремальных ситуациях. Только без фанатизма!

— Мы рассчитываем на какие-то его конкретные действия?

— Милослава, — улыбнулся мужчина, — Если ты задаёшь этот вопрос — значит, нужного уровня допуска у тебя нет.

— Господин Пепел, думаю, будет лучше, если я пойму… — начала было Зверева, но голограмма мужчины нахмурилась и бесцеремонно перебила её.

— Думаю, будет лучше, если ты будешь выполнять поставленные задачи. Пока что от тебя требуется только это. Ещё вопросы?

Щека начальницы отдела ликвидаций аномальных последствий слегка дёрнулась, но она сдержала рвущуюся наружу колкость.

— Никаких.

— Вот и прекрасно. Присылай мне отчёты раз в неделю, если не случится ничего сверхординарного. Конец связи.

Уже переодетым в свои старые линялые джинсы и выцветшую чёрную футболку я вышел из «Трубы», полной грудью вдохнул чистый столичный воздух, и от всей души улыбнулся.

Свобода! Наконец-то!

И пусть я сидел не в настоящей тюряге, и условия были сносными, но… Всё равно, это было заточение, в котором был полностью отрезан от мира, от технологий, новостей, общения, даже от нормального счёта времени!

Ухмыляясь, я повернулся к здоровенному цилиндрическому небоскрёбу и показал ему «фак».

Спускающиеся и поднимающиеся по ступеням люди явно это не одобрили — кто-то скривился, кто-то зашептался, а двое охранников у здоровенных стеклянных дверей поморщились.

Но ничего не сделали, что характерно…

Развернувшись, я пошёл в сторону Таганки, где располагалась общага с выделенной мне комнатой. Конечно, можно дойти до Павелецкой и сесть на метро — благо, Зверева была настолько любезна, что выделила мне целых двадцать косарей «подъёмных» — но ехать было всего одну станцию, солнышко приятно грело, ветерок нежно ласкал кожу, а я так истосковался по свободе, что решил пройтись.

И ещё раз всё обмозговать.

Хотя, в принципе, пережёвывать одни и те же мысли особой нужды не было, всё и так понятно.

Первое: косяк с проникновением в аномалию в Хамовниках — не столь страшное нарушение. Да, при неудачном раскладе меня могли упрятать в колонию на пару лет, но тут я был согласен со Зверевой — никакого смысла в этом не было, учитывая, что я стал резонантом.

Второе: учитывая полученные способности (хрень, да и только!) — я попал под внимание Бюро. Значит, то, что рассказала милфа, хотя бы отчасти является правдой. Скорее всего они и правда не знают, как меня использовать, но не всегда же так будет? С их стороны было бы полнейшей тупостью упускать бесплатный актив, на содержание которого не нужно тратить почти ничего. А в перспективе… В перспективе мой талант могут изучить, понять, как им пользоваться — и я стану полезен.

Могу я этим воспользоваться в своих интересах? Ещё бы! Глупо было бы не сделать этого! Какая-никакая работа, доступ к связям и знакомствам, новые возможности, «крыша», опять же… По идее я, обычный пацан из детдома, который по своей тупости вляпался в неприятности и которому из-за этого даже школу не удалось закончить, мог мало на что лучшее рассчитывать!