— Я так понял, Лиана общалась с Сольтаром и Картэ лично, — немного извиняющимся голосом отозвался Валентин. — Видимо, нашла, чем их заинтересовать. Думаю, они оба хотят иметь возможность координации между орденами. Вот сейчас Варнэ главный в группе, и это логично — мы все-таки не на прогулку приехали, а на войну. Но есть Асатэ, и Книжники без знаний не останутся, но и он может помочь Варнэ и нам. И также среди тех, кто отправился в пески, есть маги из Цепей. При этом такие вот перешедшие все-таки не чужие люди, а хоть немного проверенные. Да и переводили только тех, чьи кандидатуры согласовали.

Агата тряхнула головой.

— Непросто.

— А то. В Некросе, как мне кажется, вообще все непросто. Я понимаю, почему наставница предпочитает воплощение и пребывание вдалеке от дома. — Валентин помялся, но закончил: — кажется, несменяемость власти личей сказывается на некоторых вещах не в лучшую сторону.

Клинок кивнула. Она уже успела ощутить это на своей шкуре. Участники Безмолвного Совета заседали там столетиями, и Агата чувствовала, что существует большой пласт всего, на что она, даже будучи фахашмой, просто не может повлиять: на пути встретится какой-нибудь лич, который, разумеется, не будет роптать… Но заговорит до смерти или приведет множество аргументов против новой идеи, или найдет другого лича, и они будут спорить до скончания веков. Да, ей, как Избраннице Иврейн, подчинялись, но во многом потому, что часть личей сами хотели действовать. Кто-то жаждал перемен, кто-то — реванша. Королева-чужеземка казалась символом изменений…

Которые, быть может, произойдут и в Рутении. Скоро.

За массивным столом в кабинете, походившим на тот, в котором они еще в Юграде обсуждали план атаки на воинство Михаила, собралось немало народу. Владимир, Василий, Светлана, Александра, Елена… и тот самый изобретатель, уже без маски. Свободным остались еще два стула.

— Я угадал, — довольно заметил Владимир и указал на стоявшие на столе напитки и простые закуски. — Садитесь.

Сам василевс так и лучился радушием.

— Думаю, стоит представиться еще раз, — глуховато проговорил изобретатель. Агате было неуютно смотреть на его лицо с вживленными кусками металла. — Ворон, ревизор.

— Это имя не похоже на настоящее, — не удержалась Клинок.

— Зато лучше передает суть, чем маска, — парировал изобретатель. — Такие как я предпочитают не раскрывать настоящие имена и фамилии. Нас не слишком любят, несмотря ни на что.

Агата бросила вопросительный взгляд на Владимира. Ответила на незаданный вопрос Александра:

— Мои коллеги, предпочитающие взрывающиеся артефакты, а не взрывающиеся зелья, выделяют у себя тех, кто присматривает за цехами от лица главы гильдии. Ревизоров.

Ворон коротко поклонился.

— Коротко и по сути. Я — глаза и уши Механика, и сейчас — его уста.

— Здесь нет иностранцев кроме вас двоих, — негромко заметил Владимир, — потому что пока все — внутреннее дело Рутении. И я хочу узнать от тебя, Агата, какое именно это дело. Что случилось в шахте? Алексей передал через своего человека благодарность за ваш визит, но, насколько я понял, все не так просто.

Агата кивнула и вновь принялась излагать все, что видела, порадовавшись про себя, что не стала ничего скрывать от рутенов раньше. Вышло бы неловко…

По мере рассказа Владимир делался все более и более мрачным, и под конец поинтересовался:

— Это правда? Ошибки быть не может?

Агата покачала головой. Василевс тяжело выдохнул и решительно произнес:

— Значит, будем готовиться к обороне. Гипотетической.

— Сложная ситуация, — глухо отозвалась Александра, — но теперь мы о ней информированы. Я так понимаю, это пока все, чем вы владеете? Вся информация?

Клинок кивнула.

— В таком случае я откланяюсь, господа. Владимир — Гильдия поддержит тебя и, если понадобится, мы выделим ресурсы на новых адаптированных для борьбы с духами и посмотрим, какие наши средства смогут помочь. Коллега?

— Мы поддержим борьбу с вторжением, если оно начнется, — кивнул Ворон. — Народ Рутении не должен оставаться без защиты. Я правильно понимаю, что вы, василевс, намерены считать угрозу реальной?

— Да. Лучше сражаться с тенью, чем обнаружить клинок в спине. Если наши соседи будут сидеть в горах, то мы, по крайней мере, сможем взять на вооружение то, что хотели использовать против них, и не сдадимся еще раз Союзу, заключив позорный мир.

— Необходимый и важный для нашего народа мир, — мягко проговорила Александра.

Ворон промолчал.

— Так или иначе — мы будем готовиться, — повторил василевс. — И я, господин Ворон, еще раз призываю Механика, особенно в свете открывшейся перспективы, дать понять поедрам, что они должны отступить. Нам нужна сильная, единая страна без вмешательства Союза, без церкви и отвратительных, противных Кали и всем богам, экспериментов. С сильным лидером во главе.

Изобретатель кивнул.

— Я поговорю с ним как можно быстрее.

— Если вы хотите, то можете идти, — кивнул василевс. — Детали, думаю, нам стоит обсудить позже, когда и мы, и вы поймем, каким объемом свободных ресурсов располагаем.

Оба высокопоставленных искусника попрощались и были таковы.

— Зачем звал? — не выдержала Агата, когда, судя по звуку шагов, Александра отошла достаточно далеко. — Ничего же не сказали, никак не помогли.

Василевс улыбнулся. Улыбка вышла вымученной.

— Некоторых людей не зовут, но не отказывают, когда они появляются на пороге. К тому же я хотел знать, какую позицию они займут. Изобретатели осторожничают… Как и всегда, впрочем. Хотя они понимают, что пока я в Рутте, им придется кивать и поддакивать. Ладно, давай начистоту, Агата: ты настояла на этой проверке. Ты нашла, что искала. Есть мысли, что делать дальше? Я постараюсь вооружиться как только могу, но я не знаю, какую войну придется вести.

Агата переглянулась с Валентином. У нее были мысли… Наверное, стоило их озвучить. Муж легонько кивнул, словно уловил ее сомнения.

— Надо закрыть шахту. Связаться с йохрами, попробовать узнать в Библиотеке о том, что это за существа, чем опасны и как их, кроме как сырой силой, уничтожить. Может, станет понятно, чего они боятся или чего хотят. Думаю, что стоит поговорить с Ой-Тере. Капитан с островов, он может нам помочь.

— Закрыть шахту невозможно, — тяжело отозвался Владимир. — За прошедшие два дня в наших переговорах мало что изменилось, и я не могу гарантировать, что это мое решение будет исполняться, не говоря уже о недовольстве магнатов. За ними потянутся изобретатели, за ними — алхимики, если решат, что так выгоднее. Увы.

Агата тяжело вздохнула.

— Они докопают туда. Рано или поздно.

— Это точно что-то изменит? — уточнила обычно молчавшая Елена.

— Не уверена.

— Тогда пока не будем злить магнатов, — поддержал телохранительницу Владимир. — Без точных доказательств. Поговори со своими друзьями, Агата. Я не уверен, что, если загорцы и правда нападут, то они остановятся на Рутении. Может быть, йохры правда что-то знают. Если твой капитан поможет — свяжись с ним. Я оплачу расходы Мото или кто там этим займется. Светлана — ищи в нашей библиотеке все старые записи, смотри на них так, словно это не мифы. Василий…

— Может очень нам пригодиться, — вмешался Валентин.

— Хорошо. Тогда поможешь некромантам в том, что они задумали. Появится информация, любая — говорите мне. Сразу.

Агата кивнула. Что ж, Владимир по крайней мере серьезно отнесся к ситуации. Хоть бы и на словах.

После коротких обсуждений планов на будущее Валентин повел Василия к некромантам, а Клинок направилась к йохрам. Те обосновались во флигеле особняка и успели обставить все своему вкусу. В центральной комнате разместились ковры, подушки, чайники с чаем… Магир играл в го с одним из своих людей, но оторвался, стоило появиться Агате.

— Говорить через полмира непросто, Королева Ночи, — негромко заметил йохр, выслушав ее. — Но мы справимся. Я могу спросить у Хранителей Знаний или могу обратиться к Марифатону. У него, однако, свое виденье того, какое знание стоит передавать другому, а какое — нет.