Не дожидаясь ответа, он ударил по струнам и запел. Голос его был удивительно красив. Баллада, которую он исполнял, рассказывала о молодом принце, потерявшем голову от любви к простой кухарке.

Ри затаила дыхание. Слова песни ложились прямо на сердце, словно музыкант мог заглянуть в душу. Она украдкой взглянула на Дина и увидела, что он тоже заворожённо слушает, а его щёки слегка порозовели.

Принц бросил злато-серебро,

Корона больше не манила,

За девушкой простой пошёл,

Что сердце навек полонила…

Песня становилась всё более проникновенной, рассказывая о том, как принц ослушался отца, сбежал из замка и тайно женился на своей возлюбленной. Их жизнь была бедной, но счастливой: они нашли друг в друге больше богатства, чем могли дать все королевские сокровища.

Когда последние аккорды замерли в вечернем воздухе, все трое — даже вукор — сидели молча, впечатлённые услышанным.

— Прекрасно, — с хрипотцой от волнения выдохнула Ри.

Музыкант грациозно поклонился.

— Благодарю за внимание, добрые люди! — сказал он, подходя ближе. — Надеюсь, моя песня тронула ваши сокровенные чувства. Если так, то не откажите бедному страннику в мелкой монете. Хотя бы на кусок хлеба.

Дин смущённо пощупал карманы, но Ри знала, что денег у них нет.

— Прости, друг, — Дин развёл руками. — Ни осмушки не завалялось.

Лицо музыканта на мгновение омрачилось и сразу же просветлело.

— Что ж, — философски заметил он, — случается. Искусство часто остаётся без награды.

— Бард поёт про любовь? А сам, гляжу, один ходит… Видать, песни не помогают, — отшутился Дин.

— Постой, — оживилась Ри. — А что, если мы подвезём тебя до Велбрука? Там ты точно заработаешь на сытный ужин: в городе всегда найдутся щедрые слушатели.

Музыкант просиял.

— Вот это предложение! — воскликнул он. — С радостью! Меня зовут… — он задумался на секунду. — Зовите меня Натом Сладкоголосым.

— Я Дин, — представился Дин. — А это Ри.

— И вукор, — добавила Ри, указывая на мохнатого спутника.

Нат забрался в телегу, устроился поудобнее и тут же оживился:

— Значит, Велбрук! Город я знаю понаслышке. Расскажите, что там нынче происходит? Где лучше всего выступать?

Дин тронул поводья, и телега снова покатилась по мощёной дороге.

— Велбрук — отличное место для музыканта, — сказал он. — Город стоит на пересечении торговых путей, рядом речной порт. Торговля идёт бойкая, люди при деньгах.

— Ещё бы, — подхватила Ри, любуясь тем, как медленно ползущее к закату солнце окрашивает дорогу в золотистые тона. — Купцы, путешественники, гребцы — все они любят хорошую песню после трудного дня.

— А что там за башенки вдалеке? — спросил Нат, подстраивая лютню.

— Это монастырь, — объяснил Дин. — Монахи там не только молятся, но и ведут подсобное хозяйство. А главное — производят бумагу. У церкви на это единоличное право, пожалованное самим королём.

— За что же такая милость? — полюбопытствовал музыкант, хотя не мог не знать причины. Просто ему хотелось поболтать.

— За безоговорочную поддержку власти и просветительскую работу, — ответила Ри. — Монахи учат детей грамоте, особенно сирот. При монастыре большой приют, где воспитанники получают и духовное, и ремесленное образование.

— Благородное дело, — одобрительно кивнул Нат. — А вы чем занимаетесь? Не купцы же?

— Мы содержим трактир «Рыжий кабан», — сообщил Дин. — Вернее, я помогаю отцу. А Ри — наша кухарка. И лучшего повара во всём Велбруке не сыскать!

Ри покраснела от похвалы, но в её глазах отразилась гордость.

— Кухарка! — воскликнул Сладкоголосый. — Вот это встреча! Знаешь ли ты, милая, что где-то за морем, на далёком острове, есть целая академия поваров?

Ри ахнула от удивления.

— Академия? — переспросила она, не поверив услышанному.

— Да, да! — оживился музыкант. — Сам я там не бывал, но слышал от других странников. Говорят, туда съезжаются ученики со всего света — изучать кулинарное искусство. Там есть мастера, которые знают секреты приготовления блюд из далёких стран, умеют сочетать специи так, что получаются настоящие чудеса.

Ри сидела с открытым ртом. Академия поваров! Она всегда знала, что кулинария — это искусство, но чтобы существовало целое учебное заведение…

— Расскажи ещё! — попросила она. — Что там изучают?

— Ах, милая, — Нат неопределённо пожал плечами, — я знаю лишь обрывки. Но говорят, что там учат не только готовить, но и понимать, как разные продукты влияют на здоровье, как создавать блюда, которые лечат душу…

Дин с нежностью смотрел на Ри, видя, как её лицо светится от восторга. Он знал, что в её руках даже простой хлеб становился особенным, а уж её рагу с травами могло поднять настроение самому хмурому гостю.

— Сладкоголосый, — попросил он, — а расскажи нам какую-нибудь историю из твоих путешествий. Дорога ещё долгая.

Музыкант задумчиво перебрал струны, потом кивнул.

— Хорошо. Вот одна история… — он помолчал, вспоминая. — Путешествовал я как-то в районе Северных гор. Суровые места, зато красивые. Там работают лесорубы, валят Гвоздже́невый лес для королевских нужд. Люди простые и щедрые. Работают тяжело, развлечений мало, так что песни мои принимали с радостью. Платили хорошо, кормили от души, поили крепким элем.

Вукор устроился поудобнее, явно готовясь слушать интересную историю. Ри обхватила колени руками, чувствуя, как прохладный вечерний воздух ласкает её лицо.

— Однажды, — продолжил Нат, — захотелось мне подняться в горы, чтобы сочинить новую песню, любуясь красотами. Поднялся я по тропе, дошёл до уступа над ущельем. Красота неописуемая! Ветер свистит между камнями, орлы кружат высоко в небе, а внизу леса зелёным морем расстилаются…

Его голос стал тише, напряжённее:

— И тут на меня напали. Это были горцы — свирепые воины, с которыми постоянно воюет наш король. Они совершают набеги на лагеря дровосеков, пытаясь остановить лесозаготовки. Считают лес священной землёй.

Ри невольно придвинулась к Дину, а тот обнял её за плечи.

— Связали меня и потащили далеко в горы, — музыкант вытер пот, вспомнив былую передрягу. — Думал, конец мне пришёл. Но оказалось, что предводитель их наслышан обо мне. Лазутчики докладывали ему о странствующем певце, чьи песни трогают самые чёрствые сердца.

— И что?.. — шёпотом спросила Ри.

— А то, что захотелось ему услышать эти чудесные песни! — Сладкоголосый улыбнулся, но улыбка была невесёлая. — Привели меня к нему в пещеру, высоко в горах. Сидит он на медвежьей шкуре, весь в шрамах, глаза как у волка, и говорит: «Если исполнишь песню, которая тронет моё каменное сердце, получишь свободу и награду. Если же нет, самолично сброшу в пропасть».

Дин крепче обнял Ри, чувствуя, как она дрожит от напряжения.

— Я попросил дать мне неделю, чтобы проникнуться красотой тех краёв, понять местные традиции. Он согласился. Всю неделю я жил среди горцев, слушал их предания, смотрел на их суровую жизнь. И написал балладу — о красоте гор, о гордом народе, который защищает свою землю, о том, как небо встречается с камнем…

Его голос стал мечтательным:

— Когда срок вышел, я, трепеща, исполнил свою песню. От её слов и мелодии плакали даже самые суровые воины. А предводитель… он сумел совладать с собой, но по его лицу было видно, что он едва-едва сдерживает слёзы.

— И что же он сказал? — прошептала Ри.

— Даровал мне свободу, — улыбнулся Нат. — А ещё предложил провести ночь с одной из своих дочерей, чтобы в его роду тоже появился талантливый певец. Но я вежливо отказался: дорога зовёт, а сердце свободно.

Он помолчал, затем снова заговорил:

— А вот ещё одна история… Случилось это в южных землях, где растут диковинные плоды и пахнет морем…

Телега ползла дороге, постепенно приближаясь к Велбруку. Впереди уже виднелись стены, а ветер приносил слабые запахи дыма от очагов и выпечки. Ри слушала рассказы музыканта, но её мысли то и дело возвращались к академии поваров на далёком острове. Неужели такое место действительно существует?