— Что легче — мешок золота или мешок перьев? — невпопад спросил Дин и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мешок перьев, потому что золото тяжело отдавать!

Ѻ Ѻ Ѻ

Первый дом принадлежал мастеру Тону — краснолицему бородачу, который, не успели гости переступить порог, тут же предложил им отведать его фирменного эля.

— Благодарю, но нам нужна не выпивка, — вежливо, но твёрдо отказалась Ри, раскрывая корзинку и доставая оттуда пирожок. — Мы принесли угощение и хотели бы узнать, не живёт у вас вукор. Точнее, вукорка.

Тон почесал бороду, с явным сожалением глядя на отвергнутую кружку.

— Вукор? А, эти маленькие, пушистые… Да, есть у меня один такой, проказник. Только мужик он, не девка! — и гончар расхохотался так громко, что вукор корзине вздрогнул.

— А вы уверены? — осторожно спросил Дин. — Вукоры и вукорки внешне очень похожи.

— Уверен ли я? — Тон аж побагровел от возмущения. — Да я своего вукора знаю уже пятнадцать лет! Я, может, и подвыпить люблю, но не до такой степени, чтобы самца от самки не отличить!

Ри поспешно извинилась, оставила хозяину пирожок в качестве компенсации за беспокойство, и они с Дином ретировались.

— Ну, один из трёх домов проверили, — вздохнула Ри, когда они снова оказались на улице. — Остались ещё два. Надеюсь, там нам повезёт больше.

Но и во втором доме их ждало разочарование. Вукоров там не водилось вовсе. Хозяйка, миловидная женщина средних лет, объяснила, что к дому прибились две кошки, и вукор, не выдержав противостояния, покинул её дом.

Отчаяние начало закрадываться в сердце Ри, когда они подошли к третьему и последнему из списка дому в квартале гончаров. Это было двухэтажное здание с вывеской «Лучшие в мире горшки мастера Сота».

— Я знаю этого Сота, — шепнул Дин, когда они постучали в дверь. — Он известен своим скверным характером. Если у него и есть вукор, то тому не позавидуешь.

Дверь открылась с протяжным скрипом, и перед ними предстал худощавый старик с длинной седой бородой, заплетённой в косичку. Его пронзительные серые глаза смотрели настороженно.

— Чего надо? — буркнул он вместо приветствия.

Ри вежливо улыбнулась и протянула ему баночку варенья.

— Доброго дня, мастер Сот. Мы с поручением от хозяина трактира «Рыжий кабан». Нам бы хотелось узнать, не живёт ли в вашем доме вукор. Или, что было бы ещё лучше, вукорка.

Старик прищурился, но варенье взял.

— А на что вам мой вукор сдался? Хотите сманить, что ли? Не дам! Он мне глину разминает лучше любого подмастерья.

Дин выступил вперёд.

— Мастер Сот, мы не хотим никого сманивать. Просто наш вукор достиг возраста, когда пора бы создать семью. Вот мы и ищем ему… ну…

— Невесту! — подсказала Ри.

— Вот оно что! — взгляд старика смягчился. — А что ж вы сразу не сказали? Проходите, не стойте на пороге.

Он впустил их в мастерскую — просторное помещение со множеством полок, на которых стояли горшки, вазы и тарелки разных форм и размеров. В центре располагался гончарный круг, а рядом с ним — большая деревянная бадья с глиной.

— Эй, старик! — позвал Сот. — У тебя гости.

Из-за бадьи показалась седая мордочка вукора. Он был намного старше того, что жил в трактире, — шерсть его побелела, а движения стали медленными и размеренными. Но глаза всё ещё блестели умом и любопытством.

— Люди, — констатировал старый вукор. — И не простые. От женщины пахнет… кухней. А ещё… — он принюхался сильнее, — ещё одним вукором.

— Ближе к делу, старик, — проворчал Сот, но в его тоне слышалась нежность. — Они пришли по делу. Ищут невесту для своего вукора.

— Вот как? — старый вукор заинтересованно склонил голову. — А что он из себя представляет, этот жених?

Ри и Дин переглянулись, не зная, что ответить, но тут корзины Ри высунулась мордочка.

— Я здесь, — пискнул вукор и выбрался наружу.

Старый вукор обошёл вокруг молодого собрата, принюхиваясь и что-то бормоча себе под нос. Наконец он остановился и уселся на задние лапы.

— Хм… крепкий, здоровый вукор. Хорошее чутьё, ловкие лапы. И счастливый — живёт там, где всегда есть вкусная еда.

— Он помогает мне на кухне, — с гордостью сказала Ри. — Безо всякой магии чувствует, когда что-то готово или вот-вот пригорит.

— Это талант, — важно кивнул старый вукор. — Редкий талант. Такому вукору нужна особенная самка. Не из тех, что пыль по углам гоняют. Ему нужна помощница на кухне, с таким же чутьём на еду.

Дин энергично закивал.

— Именно! Мы об этом и не подумали. Нужна вукорка с талантом к кулинарии.

— И где нам найти такую? — спросила Ри, с надеждой глядя на старого вукора.

Тот задумчиво потёр мордочку лапкой.

— В городе… дайте-ка вспомнить… Да, есть одна такая. Живёт в доме мясника Буна. Мне рассказывали, что она умеет определять свежесть мяса лучше самого Буна. А уж как колбасы крутит — пальчики оближешь! А ещё наведайтесь к деревенскому старосте Мишу.

Глаза молодого вукора загорелись, и он нетерпеливо запрыгал на месте.

— А мясник далеко живёт?

— На другом конце города, — ответил за старого вукора Дин. — Но мы можем добраться туда до обеда, если поторопимся.

Ри поблагодарила старого вукора и мастера Сота за ценную информацию, оставила им в подарок ещё немного угощений, и они с Дином и вукором поспешили к мяснику Буну.

— Вот ещё что сказать хотел… — бросил Дин. — Что общего между плотником и мясником? Оба умеют забивать.

Ѻ Ѻ Ѻ

По пути они заглянули ещё в несколько домов из списка Лиры, но безрезультатно: либо вукоров не было вовсе, либо были только самцы.

— Странно, — пробормотал Дин, когда они отошли от очередного дома. — Вукорок должно быть не меньше, чем вукоров. А мы всё никак не можем найти незамужнюю самку.

— Может, дело в том, что в город они реже переселяются? — предположила Ри. — Возможно, самки предпочитают тихие места. А здесь шум, суета…

Вукор, теперь сидевший на плече у Дина, согласно кивнул.

— Да, самки любят покой. Особенно когда готовятся стать матерями. А в городе… — он принюхался и скривил мордочку, — пахнет дымом, навозом и немытыми людьми. Не самое приятное место для выведения потомства.

Ри улыбнулась, представив, как их вукор будет нянчить маленьких пушистых детёнышей. В груди разлилось тепло: она словно наблюдала за взрослением собственного ребёнка, который вот-вот создаст свою семью.

Дин, поймав её взгляд, слегка покраснел и отвёл глаза. Ри догадывалась, о чём он думает — наверняка в его голове проносились те же картины семейного счастья, только с ними двумя в главных ролях.

Ѻ Ѻ Ѻ

Скотобойная слобода оправдывала своё название: здесь пахло свежей кровью, потрохами и копчёным мясом. Вдоль улиц располагались лавки мясников, колбасные мастерские и небольшой рынок, где продавали живую птицу, кроликов и прочую мелкую живность.

— Мне здесь не нравится, — пожаловался вукор, прячась обратно в корзину. — Пахнет смертью.

— Но ты же ешь мясо, — резонно заметил Дин.

— Есть — одно, а смотреть, как его добывают — совсем другое, — ответил вукор, глубже зарываясь в корзину.

Дом мясника Буна они нашли без труда. Это было массивное строение с вывеской в виде бычьей головы. Перед входом висели туши только что забитых животных, а из открытых окон коптильни доносился ароматный запах дымка.

— Ну, чего встали? — раздался грубый голос, и в дверях показался сам Бун — огромный детина с руками, похожими на окорока, и одутловатым лицом, блестящим от пота. — Покупать будете или просто глазеете?

Ри примирительно улыбнулась.

— Доброго дня, мастер Бун. Мы пришли по особому делу. Нам сказали, что у вас живёт… особенная вукорка. С талантом к кулинарии.

Мясник сощурил маленькие глазки, почти утонувшие в складках жира.

— А! — он громко рассмеялся. — Да, есть у меня такая помощница. Мяса свежего от лежалого с закрытыми глазами отличит. Что, хотите купить её? Не продаю! Она мне дороже золота.

— Мы не покупать, — поспешил успокоить его Дин. — У нас в трактире «Рыжий кабан» живёт вукор. Он… ну… ищет себе пару. Мы подумали, что может быть, ваша вукорка…