Так вот, чем больше я размышлял на тему наркоторговцев, тем больше убеждался в нашем неправильном подходе. Ну уберём мы пару-тройку продавцов героина? Пустовать место недолго станет. Надо попробовать другой подход. Но какой? Убирать посредников на границе? В Башкирии или Казахстане? Какая принципиальная разница? С тем, что надо убирать, я согласен, выговором по партийной линии тут не отделаться. Другой вопрос, как эту ликвидацию обставить, чтобы уголовники сначала передрались между собой, а затем боялись к наркотикам приближаться? В любом случае пришлось мне своих безопасников во главе с Петровым отправить в командировку, надолго, почти на месяц.
Пока они катались по Пермской, Челябинской и Кировской областям, снова подняли голову чеченские эмиссары. Боевые действия на Северном Кавказе шли ни шатко, ни валко. Со стороны казалось, особой разницы с моим прошлым нет. Хотя, так нам подавали средства массовой информации, а кто платил этим журналистам? В отсутствие Березовского канал НТВ всё равно появился и позиционировал себя самым свободным и демократичным. Так же на нём оказался Киселёв, позднее убежавший на Украину. Выходит, БАБ представлял из себя только удобную ширму для других игроков? Собственно, в этом никто и не сомневался.
Так вот, пришедшие в себя демократичные и выбритые чеченцы снова поехали по городам и весям добывать деньги. Исключительно привычными средствами — грабежом и вымогательством. От большого ума они появились в двух наших бесплатных столовых, которых к осени девяносто третьего года набиралось уже сорок шесть заведений. В них кроме жидкого супчика наши шустрые пенсионерки приступили к раздаче сухих пайков в виде нарезанного хлеба и пластиковых контейнеров с кашей. Каша простая и дешёвая — ячневая, пшённая и перловая. Всё это укладывали в пластиковые пакеты и отдавали в руки желающим. Наши активистки, естественно, получали зарплату, но зато и работали от души. По вечерам проезжали по адресам неработающих женщин с детьми, занося им продукты и контейнеры с кашей. Детям привозили одежду и обувь, была у нас и такая статья расходов вместе с детдомовцами.
Короче, мы максимально старались удержать народ от бомжевания и побирания на помойках. Учитывая наше нередкое взаимодействие с нотариусами, часть из которых были жёнами наших охранников, договорились, чтобы те сообщали данные или просто звонили при оформлении квартир под явным давлением на владельцев, меняющих двушки и трёшки в Ёбурге на дом в деревне. С такими хитрецами парни Усатова справлялись без моих указаний и помощи. Насмотрелись парни на многое, начиная от нападений бандитов в степи, заканчивая двенадцатилетними проститутками. Нет, до убийств пока не доходило, но переломанные руки и ноги парнями в масках, после чего почти беспомощные уголовники оказывались в глухом лесу, давали информацию к размышлению.
Камиль даже посылал ко мне жалобщиков, сам не захотел приезжать. Зато его подчинённые пытались мне пенять, что я не контролирую своих кооператоров.
— Ты почему наших людей побил, да в лесу бросил? Есть же соглашение друг друга не трогать? — пытались меня пристыдить молодые и глупые уголовники. На что получали вполне конкретный ответ. Кто знает, какие магнитофоны у них под куртками спрятаны?
— Ай-яй-яй, как могли таких сильных и здоровых побить? Сочувствую, но мои сотрудники тут не причём. У нас тоже какие-то хулиганы завелись. Не знаю, как быть, две столовые разгромили и магазин обокрали! Может, ваши уголовники? Нет? Ты поспрашивай, как узнаешь, буду признателен. А насчёт договора в следующий раз попроси Камиля его показать, с нашими подписями. У меня такого нет, потерял, видимо. Так ты у Камиля попроси, ладно? Как только прочитаю договор, обязательно сделаю всё, в чём подписался. Мы же люди понимающие, договор соблюдаем, поспрашивай кругом, все подтвердят! — с улыбкой выпроваживал я таких гостей, да не забывая поклон Камилю передать.
С частными нотариусами получилось поначалу нехорошо. Уголовники прикормили среди них несколько жадин, которые за дополнительную плату оформляли любой договор. Мы их вычислили почти сразу, алкоголики и просто лохи продолжали переселяться в сельскую местность. Тут и пару трупов в Исети нашли, накануне отметивших продажу квартиры. Мне об этом сначала рассказала Татьяна, а потом и майор Петров подтвердил. Оставалось допросить этих нотариусов в «комнате правды», да попрощаться с ними, такими жадными. Нет, их мы ни в коей мере не стали трогать, даже пальцем. Только их подельники из бандитов внезапно заболели, кто ослеп на оба глаза, у кого ноги отнялись, кого скрючило от позвоночных грыж. С нотариусами ещё смешнее получилось. Первый пропал без вести, весной нашёлся в сугробе возле своей бани. Замёрз по пьянке, бывает. У второго правая рука отнялась, какая уж тут работа?
Небось, радовался, что живым остался, а то его уголовники-подельники компанией дружно угорели в деревенском доме, который приехали осмотреть перед очередной продажей. От этого резко перестали нотариусы продаваться бандитам. Всё-таки профессия предполагает наличие ума и предвидения результатов своих действий. После этого Нина рискнула спросить меня конкретно, на улице конечно.
— Это ты с нотариусами расправился? — Я не стал обманывать жену, чего правду скрывать?
— Нет, ребята и сами справились. Они видели, в какой свинарник этот нотариус переселил женщину с тремя детьми. Перед этим сами же бандиты вогнали её в придуманные долги. Сейчас эта женщина в нашем лесном домике живёт. Летом сдадим пару домов, найдём ей место.
— А руку ты парализовал? — Жена хотела знать правду, она не сомневалась в моём участии, я и признался.
— Конечно, показал ребятам, в каком месте надо нервы перебить. Остальное они сами сделали. Ты считаешь, надо было его тоже в снегу бросить умирать, пьяного и беспомощного? — Я посмотрел на Нину. Та отвела взгляд и я предложил: — Давай проедем по тем халупам, куда бандиты переселили семьи глупцов и алкоголиков? Потом их дочерей покажу, двенадцатилетних проституток.
Нина смолчала. А я сразу отдал Васю няньке и провёз жену на машине по тем местам, куда бандиты переселяют обманутых старух, алкашей и вдов с детьми. Всех мы не успевали переселить за зиму, не хватало мест в городе. Пока решали, что лучше: построить им дома в деревне, пусть на трёх-четырёх хозяев или отвезти в область, под опеку беженок? Так и уходили мои конфискованные деньги, утекали, словно песок между пальцев. Потому как выселить людей из отобранных квартир мы не могли по закону — те были добросовестными приобретателями.
После часовой прогулки по «местам боевой славы» у жены даже походка изменилась, она стесняться стала своего «богатства» и нашей зажиточности. Пришлось долго ей объяснять и доказывать, что нельзя объять необъятное. Постепенно Нина стала воспринимать мои внезапные «командировки» спокойно, а к жизни относиться жёстче. Уж золочёные краны в ванную она не будет покупать. Вот так, за всеми своими хлопотами чуть не пропустил слухи об отъезде наших чеченцев с собранными деньгами на историческую родину. Для безопасности поедут на трёх машинах, двенадцать джигитов, один другого круче. Ранним утром отправятся через Пермь. Для этого дела пришлось привлечь Олега из ЧОП «Защита», которому чеченцы попили кровушки своими наездами.
Они не только грабили продавцов, но и кидались с ножами на охранников. Те, конечно, заломали нескольких наглецов, даже ранения получили при этом. И что толку? Этих отморозков даже на ночь не задержали в дежурных частях. Сразу приезжали земляки-чеченцы в офицерской форме и под руку уводили задержанных. Никаких уголовных дел, естественно, не возникало. Хоть и копился компрматериал у меня и в ЧОП «Защита», да всё напрасно. Люди видели этих наглых грабителей уже на следующий день, с теми же требованиями денег и угрозами. Отгадайте, какой вывод делали торговцы? Вот именно, а парням «Защиты» было стыдно, как и Олегу с Алексеем от полной беспомощности.
Поэтому Олег ухватился двумя руками за возможность рассчитаться с бандитами, и мы с ним расставили нужных людей по нужным телефонам. Сведения передавали непосредственно на телефон Олега. Уже они сообщили по рации мне место выезда из города, где с наибольшей вероятностью проедут джигиты. Получив сигнал, я поспешил на своей машине добраться до нужного поворота. Ехал один, в таких делах свидетели не нужны. Едва успел припарковаться в присмотренном заранее месте, как перед поворотом появился кортеж, разогнавшийся на пустой трассе за сотню километров в час. Поэтому уснувшие под моим влиянием водители и все остальные «не смогли справиться с управлением», как пишут в документах ГАИ.
