Пока шла притирка новых бойцов друг к другу, мы старым составом слетали к нашему астероиду и набрали полный трюм ходовых расходников для продажи на станции «Цаньлань». Легализация запасов требовала осторожности, и мысль продать часть вдали от их источника показалась всем весьма здравой. А деньги отряду требовались во все большем количестве.

Весь перелет с погрузкой не занял и суток, и, взяв новых членов экипажа на борт, мы полетели в мое родное баронство. Перед отлетом я попытался в открытых источниках поискать информацию о бандитских группировках в баронстве, но ничего не нашел. Как и ожидалось, преступные кланы не желали быть на виду. Нашлось даже несколько коротких заметок о гибели разумных на станции «Цаньлань», которые могли оказаться ранее свидетелями преступлений. Но высказывались корреспонденты очень осторожно с большим количеством оговорок. Становилось понятно, что с преступностью в баронстве не борется никто, а всех, кто знал слишком много, преступники стараются укоротить на голову.

Весь путь до баронства уложился в десять суток с одним выходом в обычное пространство. В промежуточной системе была военная станция Директората Ошир, так что пиратов не ожидалось. Правда, пришлось объяснить диспетчеру станции, что летим транзитом и останавливаться не планируем.

Беседовать с диспетчером Нил доверил мне. На трассе разгона решили протестировать наших пилотов москитного флота. В случае боевого столкновения Нилу хотелось бы точно знать, на что он сможет рассчитывать. Сначала вылетела тройка истребителей. И хотя мы уже удалились от станции на приличное расстояние, сразу же услышали крики диспетчера:

— «Шарк», что вы там придумали, срочно убрать истребители в ангар!

— Да мы же никому не мешаем, мы на трассе разгона одни!

— Вы подвергаете опасности всех участников движения!

— Каких, здесь никого нет. Или вы ожидаете по вектору нашего разгона выход транспортов нам в лоб? Тогда нам точно не помешают истребители, чтобы не рисковать основным кораблем.

— Нет, тут никто не выходит, но вы грубо нарушаете наш регламент движения!

— Сейчас, уже возвращаются, не переживайте.

Пока шла перепалка с диспетчером, истребители успели протестировать технику, облетев несколько раз вокруг флагмана, разойдясь в стороны и сымитировав атаку на него и друг на друга. В конце маневров пилоты доложили Нилу о завершении тестирования, и я с чистой совестью пообещал диспетчеру убрать истребители.

Диспетчер станции «Цаньлань» также начал с вопросов:

— «Шарк», какова цель прибытия?

— Поиск контрактов и торговля.

— Пристыковываться к станции будете?

— Хотели бы снять на месяц средний ангар, свободные есть? Какая стоимость?

— Есть. Ангар 04418 на четвертой нижней палубе. Будет стоить две тысячи кредов.

— А ближе к торговому этажу нет?

— Есть, ангар 19306 на девятнадцатой палубе. Но стоит он в два раза дороже.

— Нас устроит, давайте маршрут.

— Ловите. Скорость не превышать, штраф дороже вашего корабля.

— Поняли, не лихачим.

Корабль загнали в ангар и начали изучать конъюнктуру местного рынка. Товары и расходники для техники третьего поколения здесь пользовались спросом. Близость менее развитого Ошира, а также фронтира диктовала потребность в запчастях к старой технике. Цены здесь превышали цены на базе шестого флота процентов на двадцать. Нил велел срочно выставить наш прайс в станционную сеть, а весь трюм выгрузить в ангар.

А на меня накатила ностальгия. Стало казаться, что здесь даже воздух пахнет домом, хотя разумом я понимал, что на всех станциях воздух проходит одинаковую обработку на однотипном оборудовании и пахнуть по-другому не может. Но нахождение дома, ломало всю логику. Я понимал, что мне опасно появляться в своей квартире, да и просто показаться в коридорах станции без охраны. Меня вполне могли помнить те, кто захватил в прошлый раз, и могут захотеть заработать на мне повторно. Также опасно появляться одному и Нилу, но его и не тянет в коридоры станции. А меня тянет. Я попробовал ощутить предупреждение от своего пси, но опасности не почувствовал.

Решил обсудить это с командиром. Нил послушал, подумал и спросил:

— А как твоя чуйка, не предупреждает об опасности?

— Нет, не предупреждает.

— Тогда можешь сходить в увольнение до завтра. Могу отправить с тобой пару ребят для охраны.

— Нет, опасности не чувствую, поэтому незачем напрягать ребят. Завтра им могут понадобиться силы.

Путь до родных апартаментов много времени не занял. Хотя по дороге возле лифта поймал на себе изучающий взгляд, от которого взвыло мое пси, но тут подошел лифт, и я уехал на свой этаж, а обладатель нехорошего взгляда остался на этаже ангара. Родные стены встретили меня равнодушно, хотя мне все казалось желанным. Я перебирал простые мелочи, принадлежавшие родителям и вспоминал свои такие счастливые годы с ними. Как мне их теперь не хватало! Но трогая их вещи, я вдруг осознал, что это вещи живых людей, а не погибших.

Утром я проснулся бодрым и заряженным. Вчерашнее ощущение, что родители живы, как будто добавило мне сил и смысла во все мои действия. Теперь у меня появилась цель: найти и освободить их из рабства. А то, что они в рабстве, не оставляло сомнений. Если расследование заключило, что лайнер «Сибилла» погиб в катастрофе, а не был атакован пиратами, означает, что следы заметали профессионалы своего дела. А чтобы с такими бороться, требовалось накопить сил. Значит пока придется выпрыгнуть из кожи, но сделать наш отряд грозной силой, и только потом освобождать родителей. Но искать их следы это никак не мешает. А предстоящие разборки с местными бандитами вполне могут вывести меня на какой-нибудь след.

Возвращаться на корабль в одиночку я не рискнул. Вчерашний недобрый взгляд заставил меня набрать по внутренней связи Нила.

— Привет, как спалось дома? — сразу спросил командир.

— Прекрасно! И, знаешь, чуйка подсказала через их вещи, что родители живы.

— Не ошибаешься? Может, просто тебе этого очень хочется?

— Нет, это ощущение, когда пси дает сигнал, не подделать. Буду их потихоньку искать в Аварской империи, а главное, вместе с тобой и «Старвулвз» набираться сил. Боюсь, без сил мне родителей из рабства не вытащить.

— Такой настрой меня радует, — засмеялся Нил, — он пойдет на пользу нашему отряду!

— А еще мне бы не стоило пока сильно рисковать без нужды, а риск нарваться на наших старых обидчиков явно вырос. Меня вчера срисовал один из их шайки. Так что мне понадобится охрана. Пришлешь?

— Конечно. Сколько тебе понадобится парней? Четверых хватит?

— Вполне. Лови адрес.

— Отправляю ребят.

Дождавшись ребят, двинулся с ними к лифту, на подходе к которому ко мне шагнула пара местных дегенератов. А как еще назвать бандитов с рожами, которыми хорошо пугать детей. Но мои охранники сработали четко: один из ребят выстрелил с двух рук из станнеров, а двое других подхватили обмякшие тела под мышки, как будто вели пьяненьких дружков домой. Все вместе через пару минут вошли в приехавший лифт, а через пятнадцать минут завели невольных информаторов в наш ангар. Так у нас появился выход на банду дона Альберто.

Ветераны-абордажники за долгую жизнь научились развязывать языки пленникам, так что у бандитов не было ни одного шанса утаить что-либо от них. Оказалось, что один из них, который встретил меня вчера, был тем самым исполнителем, что захватил меня в коридоре при переходе от диагностического центра в офис компании «Нейросеть». Вчера он очень удивился, увидев меня, но быстро выяснил, что курьер со своим кораблем был захвачен аратанским рейдером и отправлен на пожизненную каторгу. Тогда и созрело у него желание вторично заработать на моей тушке. Но не сложилось.

— Слушай, — обратился я к Нилу, — тут вырисовывается отличная интрига. Мы вполне можем стравить две банды между собой.

— А как?

— Допустим, ты сейчас прогуляешься до офиса твоих обидчиков и присядешь в ближайшем баре с пивом. Скоро настанет обеденное время, и те работники тоже пойдут на обед. Важно, чтобы они тебя заметили. Тогда, испугавшись, они вызовут поддержку, а ребята этих боевиков притащат сюда. Мы выпотрошим их, а потом в укромном месте между территориями банд подкинем трупы тех и других, как будто они перебили друг друга и вызовем туда прессу. Тогда замолчать инцидент у них не получится, а мы под это дело сможем пощипать и тех, и других. Как тебе мой план?